Выбрать главу

Он повернулся к Чезаре, нахмурив брови, словно ожидая возражений.

— Правильно, старик, давай я добавлю тебе пива, — сказал Чезаре.

— Ты чужак. Я тебя не видел раньше.

— Да, я ищу судно во Францию.

— Во Францию?

Старый моряк молча смотрел на него.

Принесли наполненные кружки. Чезаре поднял свою.

— Ваше здоровье!

— За вольную жизнь! Парень, сейчас ты не найдешь судно во Францию.

— Я могу хорошо заплатить.

— Очень нужно попасть туда?

— Очень, у меня срочное дело, — ответил Чезаре. Его раздражало любопытство моряка.

— Это можно сделать.

— Как? Скоро ли? Скажите мне, — встрепенулся Чезаре.

Моряк подумал, оглядывая всю таверну лукавыми глазами.

— Да вот не знаю, — заколебался он. А что если твое дело преступное?

— Я бы посоветовал держать свое мнение при себе, -резко сказал Чезаре. — Если скажешь, как это сделать, я в долгу не останусь.

— Сколько?

Чезаре выложил на стол несколько золотых монет. Моряк протянул руку к ним, но Чезаре так сильно сжал его запястье, что тот изогнулся от боли.

— Сначала ты мне скажешь, как это сделать. Моряк начал понимать, с кем имеет дело.

— Ладно. Убери их со стола и слушай. Она вдова судовладельца, — сказал моряк. — Живет на окраине города. Говорят, эта бабенка любит красивых мужиков, хотя сама — смотреть не на что. Года три назад сюда приехал какой-то молодой герцог, за его поимку обещали крупную награду. Он попросил устроить его на судно, а она ему: "Устрою, если ты устроишь меня". — Моряк захохотал.

— А где найти эту женщину?

Но моряк пропустил вопрос мимо ушей.

— Говорят, она с ума сходит без мужиков. Она любит, чтобы ее хорошенько похлестали до того, как пустит в свою конуру, — он снова захохотал, привлекая внимание соседей.

— Ближе к делу. Хватит болтать! — Чезаре уже терял терпение.

Они покинули таверну и пошли по узким улицам. Возле большого дома с верандой и лестницей, над которой висел фонарь, герцог сунул проводнику несколько монет.

— Ни слова об этом никому, — пригрозил он. — Если начнешь болтать, тебе оторвут голову.

В глазах старого моряка промелькнул страх.

— Да, синьор, — ответил он. — Зачем мне болтать, когда я и так стал богатым.

Чезаре постучался в дверь большого дома. Вскоре слуга повел его к хозяйке. У нее было властное лицо со следами былой красоты. А теперь женщина состарилась, располнела и обрюзгла.

— То, о чем вы просите, рискованное дело, — сказала она.

— Я хорошо заплачу.

— Но я не бедна, ваша цена меня не очень интересует. Итак, слухи о ней верны. Он решил облегчить ее проблемы.

— Но что же я могу вам предложить, синьора?

— Мне не хватает мужчины в постели. Чезаре улыбнулся.

— Синьора, такая откровенность столь замечательной женщины достойна уважения.

— Зато такому красивому мужчине, как вы, вряд ли нужна пожилая женщина, но… — она в нерешительности заколебалась, — но такова уж моя последняя цена.

— Синьора, вы меня удивляете. Ведь вы предлагаете мне наслаждение, а говорите о какой-то цене.

Приблизившись к Чезаре, она страстно обвила его руками.

— Мой покойный муж был хорош тем, что знал мои причуды, — прошептала она, теснее прижимаясь к нему.

— Причуды? Вас возбуждает что-нибудь ненормальное?

— Да, он обычно хлестал меня гнутом. Но кнута у меня больше нет, к тому же теперь, с возрастом, я предпочитаю несколько ударов тростью, которую я держу в будуаре. Извините, я отошлю слуг, — прошептала она.

Через несколько минут хозяйка появилась в шелковом халате, свежая и даже привлекательная. Они поднялись по лестнице в тщательно прибранный будуар с большой кроватью, на которой лежала длинная гибкая трость.

— Может, разденешься? — умоляюще предложила она. Когда Чезаре выполнил ее просьбу, она подошла к нему, сбросив халат.

— Поцелуй меня, а потом похлещи, пока не закричу.

Она потащила его к кровати и легла лицом вниз. Чезаре взял трость, размахнулся и резко ударил по толстой ягодице.

Хозяйка вздрогнула и издала глухой стон. Он повторил удар, она вскрикнула, дергаясь и извиваясь, на вспухшей коже остался кровавый след. Трость свистела в воздухе…

Наступил момент, когда она завизжала:

— Бери меня! Скорее!..

Чезаре притянул ее, поставил на колени. В глаза бросилась ее раковина, широкая и просящая, влажная от желания. Он вставил в нее свое жало и резко втолкнулся. Она задрожала, завизжала. Он мял ее толстые ягодицы, тискал, пошлепывал, врезаясь все глубже и глубже.

Каждый раз, когда он вонзался в нее, ударяясь бедрами о красную от побоев задницу, она судорожно прижималась к нему ягодицами. Он, разделив их, сунул два пальца в расщелину, другой рукой обхватил ее за живот и притянул к себе, до предела вонзившись в нее. В то же мгновение сокрушительный разряд, подобный удару молнии, заставил его содрогнуться и замереть в сладостной конвульсии…

Когда Чезаре в сопровождении слуги направлялся к таверне, к нему подбежал один из верных ему людей.

— Скорее, сир, сойдите с дороги!

Он схватил Чезаре за руку и потянул за собой.

— Что случилось? — спросил Чезаре. — Быстрее, я тороплюсь на причал.

— Слишком поздно, сир. Кто-то проговорился, и люди короля держат под контролем порт. Все провалилось. Чезаре выругался.

— Сир, наши лошади стоят в конюшне недалеко отсюда. Единственный шанс — скакать к границе Наварры.

Чезаре не терял времени. Он отпустил слугу, приказав ему сообщить госпоже, что обстоятельства изменились, и он не поедет.

В конюшне лошади стояли наготове, и герцог, окруженный верными людьми, поскакал навстречу долгожданной свободе…

* * *

Чезаре удалось бежать из Испании в Наварру, во владения своего шурина короля Хуана.

Новость о его побеге дошла до Ватикана, вызвав там тревогу. Он послал письмо королю Франции, предложив свои услуги армии Людовика.

Через несколько недель пришел холодный отказ: человек, который служил в лагере Гонсало де Кордобы, не может считаться другом Франции.

Это была горькая пилюля, надежда на возврат былых владений улетучилась.

В это время обострилась обстановка и в Наварре, где усилилась вражда между двумя влиятельными группировками феодалов.

Семейство Бомон отказалось подчиниться королю. Тот предложил Чезаре титул капитан-генерала с армией в десять тысяч человек для осады оплота мятежников — крепости Виана.

Рассчитывая приобрести себе союзника в лице короля, Чезаре согласился.

Крепость была неприступна, но припасы ее защитников уже иссякли, и можно было рассчитывать на быструю победу. Но осажденные нашли выход из положения: по ночам они просачивались через позиции королевских войск и добывали еду в соседнем городе.

В ту роковую ночь один из отрядов Чезаре случайно наткнулся на лазутчиков. Прозвучала тревога, и герцог Борджиа начал преследование во главе своих всадников.

Он был вне себя от ярости и, увлекшись атакой, вырвался далеко вперед.

Десятка два отступающих, заметив одинокого всадника, повернули коней и окружили Чезаре. Он пытался отбиться, повалил несколько нападавших, но и сам был сражен ударом сабли.

Новость о его гибели потрясла наваррцев. Даже противники воздали ему должное за смелость и отвагу. Однако многие говорили, что Бог, наконец, покарал этого кровавого, жестокого человека.

* * *

Так рухнул дом Борджиа. Но еще долго итальянские матери пугали своих непослушных детей именами Чезаре, Лукреции и Родриго Борджиа, чьи грехи, возможно, прощенные на небесах, вряд ли будут когда-нибудь забыты на земле.