Читать онлайн "Коран (Поэтический перевод Шумовского)" автора Шумовский Теодор Адамович - RuLit - Страница 3

 
...
 
     


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 « »

Выбрать главу
Загрузка...

амир (эмир) — «получающий приказы». Амир алъ-муминин, начиная с 60-х годов VII века, когда возникла первая мусульманская династия (Омайядов), стало пониматься как «повелитель правоверных» (то есть халиф). Но тридцатью годами ранее это — «получающий приказы от надежных» (то есть ближайших сподвижников покойного пророка Мухаммада) на посту главы мусульманской общины;

халифа (халиф, правитель мусульманского государства) — «то, за чем следуют». Руководимый советом, состоящим из первых мусульман, вынесших на своих плечах всю тяжесть борьбы за торжество ислама, глава общины Мухаммада на первых порах безлично олицетворяет собою религиозно-державное начало, за которым надлежит следовать всем правоверным;

дин — «суд». Именно в таком значении это слово употребляет сура, поставленная в Коране на первое место (ее название: «Открывающая Книгу», по времени же ее произнесения она сорок восьмая). Указанное понимание поддерживается через арабское мадина (ма-дин-а, сирийское до-арабское с ассимиляцией мдитта) — «город», буквально «место суда» (осуществляемого крупным или мелким правителем в своей столице). Сюда же следует отнести арабское ханиф ад-дин — «судящий здраво».

Проникновение в глубь слова позволяет восстановить стершиеся под воздействием времени либо чужой руки подлинные страницы истории.

* * *

Помещаемый ниже текст Корана представит яркие картины:

клятвы —
Клянусь Я теми, перед кем предстали души чистых, скверных, Кто сонмы душ исторг из тел благочестивых и неверных, Кто, дело выполнив, плывет небесной высью голубою И в небеса на Суд влечет людские души за собою!
(СУРА 79),
Я небом, где созвездия трепещут, Клянусь, и Днем для всех мужей и жен, Свидетелем из тех, кто не клевещут, И тем, о ком свидетельствует он!
(СУРА 85),
Для клятвы — денница и десять священных ночей, И ночь, где мгновения мрака текут, как ручей...
(СУРА 89),
День Страшного Суда —
Когда падет на солнце мрак, померкнут звезды в небесах, И горы с мест своих сойдут, когда в сердца проникнет страх И десять месяцев подряд присмотра будут лишены Верблюдиц сужеребых стан и те, кто быть при них должны, Когда животные взревут, сойдясь нестройною толпой, И взбунтовавшихся морей затопит землю вал слепой
(СУРА 81),
Когда небеса распадутся, рассыплются звезд жемчуга И каждое море, восставши, свои разорвет берега, Не станет под водами пастбищ, селений и диких трущоб, Когда из глухих подземелий за гробом поднимется гроб.
(СУРА 82),
ад и рай —
Геенна — преступным засада, она нелегка, Вернутся к Суду и в геенне пребудут века. Не встретят их там ни прохлада, ни влаги глоток, Там гноем поят и еще поднесут кипяток. Расчет — по заслугам: они-то не ждали Суда И знаменья Господа ложью считали всегда Мы все записали и в записи тесно словам. Вкусите! Мы кару прибавим единственно вам. Но место спасения вечно для праведных есть: Сады, виноградные лозы, которых не счесть, Там дев полногрудых плывет за четою чета И сладостной влагой наполненный кубок — у рта.
(СУРА 78),
О Неотвратном, Тягостном к тебе дошла ли весть? — На лицах унижения следов не перечесть. Томимые усилием, они горят в огне, Питье им — влага жаркая, мучение вдвойне, Колючее растение дается в пищу им, Едок не поправляется и голодом томим. И — лица счастьем светятся, таким не быть в аду, Трудом своим довольные, в возвышенном саду, Где гам тебе не слышится, где нет пустых речей. В саду струится свежестью пронизанный ручей. Там чаши и седалища — готовятся пиры — Подушки там разложены, разостланы ковры
(СУРА 88),

Тем, кто считает стихи Корана плодом претенциозного сочинительства Мухаммеда и позднейших правок, следует задуматься о самой природе человеческого творчества. Ни один художник в широком смысле этого слова — поэт, живописец, музыкант, ваятель, зодчий — не созидает вне вдохновения, делающего его произведение вечным. Когда свершение не одухотворено, а вымучено или же бездумно слеплено, оно представляет собой ремесленную поделку, умирающую одновременно со своим изготовителем либо раньше. Двадцатый век представил множество

примеров этого. И сколько ни тщатся поклонники хрупкой преходящести поставить ее рядом с вечностью, выдать низменный бред за высокую речь сердца — усилия напрасны, суд времени строг.

Творцу истинных ценностей нужно обладать богатством житейских наблюдений и честностью души. Но главное для него — вдохновение. Оно посещает избранных, единицы среди миллиардов человеческих сердец, отворачиваясь от громадного большинства. Люди росли рядом, в одинаковых условиях, даже, бывает, произошли от одних и тех же родителей — а гением оказался один, остальные не оставили миру ничего — недаром, видно, слово «гений» произошло от арабского джинн — «дух, витающий в пустыне».

«Вдохновение». «Одухотворенность». То и другое создано словом «дух», лежащим в их основе. Речь идет о духе творчества. Но что это такое на вид, на вкус, на ощупь? Этого представить себе нельзя и отсюда начинается сомнение: почему мы считаем, что наша человеческая наука знает все или по крайней мере много? Если все — академии наук следует закрыть. Если много, то это относится прежде всего к точным наукам с их умными приборами, с их кораблями, плывущими в заоблачных высотах; что касается так называемых гуманитарных областей, то их достижения часто находятся на уровне знаний средневекового летописца.

Дух творчества не поднимается из-под земли, не влетает с улицы в раскрытое окно, а нисходит, следовательно, дается свыше. Что же находится в этой выси, чья неистощимо щедрая, но и неподкупно строгая рука дарует волны творческого духа избранным? Следует естественный ответ: вдохновение посылается высшим творящим началом, создавшим Вселенную с ее мирами растительным и животным. Народы именуют это начало по-разному, на русский язык оно переводится одинаково: Бог. Фоногенетически в этом наименовании заложены два понятия, величие, милосердие. То есть речь идет об исходных свойствах, которыми прежде других отметилось верховное начало в раннем человеческом восприятии.

Материалистически объяснить происхождение творческого духа невозможно, и того, кто действительно ищет истину, приведенное выше рассуждение способно убедить в этом. Материалистическая «теория познания», превращаемая жрецами ее в аксиому, необходимо ограничена и потому не может считаться строго научной. В свете непредвзятых исследований она теперь скорее представляет лишь исторический интерес.

Итак, одухотворенность, которую, отнюдь не стремясь повторить церковное определение, следует назвать «сошествием святого духа», посещает избранных: творящее начало Вселенной как бы приобщает их к себе, даруя счастье созидания вечных ценностей. Но художник, многообразные проявления которого названы выше, все-таки творит в более или менее замкнутом мире, определяемом его творческим любопытством. В отличие от него другой избранник вдохновения — пророк обнимает сердцем и словом все существующее: историю природу, мир человеческого поведения и общественных отношений» место человека во Вселенной, место Вселенной в человеке.

     

 

2011 - 2018