Выбрать главу

ЧЕЛОВЕК ИЩЕТ ИСТИНУ — ЧЕЛОВЕК РАСТЕТ!

Николай Иванович Дубов умер в 1983 году в возрасте 72 лет. Его первая книга прозы — повесть «На краю земли» — вышла в свет в 1951 году, последняя — повесть «Родные и близкие» — в 1980-м. Тридцать лет работы Николая Дубова в литературе были для советского общества годами сложными, переломными и трудными. Подлинный смысл, величие и трагизм этих десятилетий начинают открываться в необходимой полноте лишь в недавнее время.

Николай Иванович Дубов не дожил до этого времени революционных преобразований, времени, о котором он много думал, на которое надеялся, на которое работали его правдивые, бескомпромиссные книги. В произведениях писателя никогда не было лукавой «объективности». Дескать, мое писательское дело отразить «как в жизни», а дело читателя итожить выводы… Авторская позиция Дубова всегда чётка и ясна. Великий американский писатель Фолкнер говорил, что «истина — это длинная, чистая, неоспоримая, прямая и сверкающая полоса, по одну сторону которой черное — это черное, а по другую белое — это белое». Несомненно, что такой была истина и для Дубова. По крайней мере, читатель всегда точно чувствует, что писатель любит, а что ненавидит, что является его жизненным и писательским идеалом. Эта ярко выраженная, недвусмысленная позиция автора, резкий водораздел понятий «добро» и «зло» тем более важны, что Николай Дубов писал в основном о детях и подростках, затрагивал важнейшие процессы, происходящие в душе подрастающего человека, вступающего в ответственную, осмысленную пору жизни. Писать о подростках очень трудно. Но среди известных писателей этого направления, таких, как А. Алексин, Н. Думбадзе, В. Железников, С. Соловейчик, Н. Дубов занимает свое значительное место.

У Николая Ивановича Дубова счастливая писательская и человеческая судьба. Он испытал полную меру писательской удачи — его книги печатались в центральных издательствах, регулярно переиздавались и переиздаются — они оказались нужными не одному поколению советских людей.

Начиная с повести «Огни на реке», большая часть произведений Николая Дубова печаталась в «Новом мире» Твардовского. Сегодня все знают, что значила для истории советской литературы и всей духовной жизни страны деятельность Александра Трифоновича Твардовского не только как великого поэта, но и как редактора журнала «Новый мир», который объединял многих литераторов, стремившихся правдиво отразить жизнь народа, наметить духовные ориентиры для движения вперед. «Печататься у Твардовского» значило занимать твердую позицию, выраженную в знаменитых строках поэта:

А всего иного пущеНе прожить навернякаБез чего? Без правды сущей,Правды, прямо в душу бьющей,Да была б она погуще,Как бы ни была горька.

И то, что такой журнал публиковал произведения Дубова, означало не только внимание редакции к делу воспитания новых поколений, но и к художественной и общественной позиции писателя. Современность, реальная жизнь людей всегда были в центре внимания Николая Дубова. Проблемы, им поднимаемые, были отнюдь не проблемами детского сообщества, это в равной степени были проблемы общества в целом.

Писатель говорил только о том, что сам видел, сам прочувствовал, чем сам переболел. А жизнь щедро предоставляла ему возможность пройти самые различные свои «университеты».

Николай Иванович Дубов родился 22 октября (4 ноября) 1910 года в Сибири, в городе Омске, в семье рабочего. Двенадцатилетним мальчиком вместе с семьей переехал на Украину, с которой оказалась связанной вся его дальнейшая жизнь. В 1930 году, после окончания школы начал работать на паровозоремонтном заводе разметчиком. Каждый, кто прочтет в романе «Горе одному» страницы, где рассказывается о том, как молодой рабочий Алексей Горбачев начинает свою трудовую жизнь, поймет, что они автобиографичны и написаны с полным знанием дела. В романе есть эпизод, как на завод приходит писатель. Не для того, чтобы «изучать» материал для своих произведений, а потому, что он занимается трудоустройством ребят, окончивших школу и слоняющихся без дела. Ну, пришел на завод писатель, и его, конечно, водят по цехам, «показывают производство». Писатель подходит к разметочной плите. Он «не мог себя заставить уйти. Вот так же и он когда-то красил клеевой краской отливки и поковки, устанавливал и переносил чертеж на металл. Приятнее всего было работать по латуни. Поковки тоже ничего, особенно когда одна сторона уже обработана на фрезерном или строгальном. А вот с чугунным литьем беда. Без конца нужно подтачивать концы циркуля и рейсмуса — вплавившийся формовочный песок съедал их, как наждак».

Это, конечно, рассказ про себя, про свою юность. Привязанность к рабочей профессии, к «мастеровому делу» Николай Иванович сохранял всю жизнь. Во время войны, когда стал «безбилетником», пошел работать на оборонный завод. И в последние годы жизни, когда построил под Киевом маленькую дачу, завел в сарае мастерскую — не было для него большего удовольствия, чем часами возиться у тисков, с немудреным слесарным инструментом. Что-то чинил, паял, строгал…

Но призванием Николая Дубова всё же была не профессия разметчика, а литератора. Любовь к ней сопровождала его с ранних пор. Николай Иванович был одним из самых эрудированных людей, каких я встречал. Познания его в литературе, а в особенности в истории поражали. А на вопрос, когда же он прочитал такое колоссальное количество книг, всю русскую и зарубежную классику, он отвечал — в детстве и в отрочестве. Николай Дубов не только любил читать, но очень рано начал пробовать писать сам: в цеховой стенгазете, а затем и в многотиражке. Вскоре он становится не только активнейшим сотрудником заводской многотиражки, но и её редактором. У Дубова был вкус к журналистской работе: его статьи, корреспонденции в областной газете выделялись остротой поставленных вопросов, компетентностью, литературными достоинствами.

Желание больше узнать, больше увидеть своими глазами толкало будущего писателя в новые места, к новым профессиям. Он учился на историческом факультете Ленинградского университета, переменил множество работ и городов. Был библиотекарем, заведовал заводским клубом. В 1944 году вернулся на Украину, сотрудничал в молодежных газетах, редактировал литературный журнал.

Первые шаги в литературе Дубов сделал как драматург. И начал он очень успешно. В 1948 году его пьеса «У порога» получила первую премию. Следующая пьеса «Наступает утро» была поставлена несколькими театрами. Одним словом, перед уже не молодым, но опытным литератором открылась накатанная дорога к театральному успеху и известности. Поэтому многим показалось странным и неожиданным обращение уже заявившего о себе драматурга к прозе, да ещё адресованной детскому читателю.

Свою первую повесть Дубов запечатал в конверт и отправил в Москву в крупнейшее в стране издательство детской литературы Детгиз без сопроводительного письма, без рекомендаций. Каждый, имеющий отношение к литературе знает, что такое «самотёк». Это поток рукописей от непрофессиональных, начинающих писателей. В больших издательствах специальные редакции существуют для того, чтобы читать «самотек», отвечать авторам, давать им советы и консультации. Такая редакция существовала и существует в издательстве детской литературы.

К чести работников издательства, они в этом потоке сразу же отметили рукопись повести «На краю земли». Фамилия автора, живущего на Украине, ничего никому не говорила. Конечно, повесть «На краю земли» по сюжету приближалась к традиционной повести о школе. Но чувствовалась в повествовании твердая рука мастера, умеющая создавать не кукольные персонажи, а живых детей — непосредственных, со своими характерами, привычками, языком. Не приходилось сомневаться, что если автор пишет о школе на Алтае, то это именно алтайская школа. Пейзаж Горного Алтая представал перед читателем во всей достоверности, без красивости, без риторического восхищения. Не приходилось также сомневаться в том, что автор знает, чем плохо сталистое железо, почему хомут может натереть шею лошади, как надо укладывать рюкзак… А главное в этой первой повести — отчетливо просматривалась тема, которая впоследствии станет самой главной в творчестве писателя — тема взаимоотношений мира детей с миром взрослых.