Читать онлайн "Союзная интервенция в Сибири 1918-1919 гг. Записки начальника английского экспедиционного отряда." автора Уорд Джон - RuLit - Страница 1

 
 
     


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 « »

Выбрать главу





Джон Уорд

Союзная интервенция в Сибири 1918-1919 гг. (Записки начальника английского экспедиционного отряда полковника ДЖОНА УОРДА)

ОТ ПЕРЕВОДЧИКА.

Переводчик старался, по возможности, дать полный текст записок Уорда, нисколько не переделывая глав, имеющих непосредственное отношение к главной теме книги, и стремясь сохранить небрежный стиль автора, заносившего наблюдения и мысли в свой дневник тут же, под живым впечатлением событий; следы таких записей кое-где сохранились в книге Уорда. Исключение представляют только четыре первых главы, описывающие события в Гонконге до путешествия в Сибирь, самое путешествие и чисто местную операцию по Уссурийской железной дороге в августе 1918 г.; эти главы сильно сокращены, местами переложены с сохранением всего того, что может быть интересным для последующего хода событий 1). Совершенно выпущена глава 20, повествующая о производстве Уорда в сибирские казачьи атаманы, как имеющая только личное значение.

В то же время переводчик считал себя в праве исключить из книги Уорда все то, что могло бы показаться известным, неинтересным или даже скучным для русского читателя, вроде описания красот природы, русского базара, православной церковной службы, одежды и тому подобного.

Таким образом, печатаемый текст записок по отношению к оригиналу представляется в таком виде: главы 1, 2, 3 и 4 переделаны, главы с 5-й по 19-ю даны полностью, глава 20 выпущена, главы 21-24 даны целиком.

') Сокращенные места отмечены в начале и в конце звездочками.

ПРЕДИСЛОВИЕ К РУССКОМУ ИЗДАНИЮ.

Всякая крупная переломная эпоха обыкновенно создает обширную мемуарную литературу. Это вполне понятно, и это очень хорошо. Записки, впечатления, воспоминания очевидцев и участников больших событий имеют громадную историческую ценность. Они, конечно, не история, а материал для истории. Но, как материал, они незаменимы, ибо дают ученому исследователю те живые краски в изображении исторических процессов, без которых его работа потеряла бы половину своего значения и своей яркости.

Однако далеко не все произведения мемуарной литературы одинаково ценны для историков. Многое, слишком многое тут зависит от личности автора. Умный и тонкий наблюдатель, обладающий литературным талантом, даже не играя особенно крупной роли в описываемых им событиях, может дать для понимания последних гораздо больше, чем ограниченный и литературно-бездарный деятель, хотя бы он и занимал видное место в общественно-политической борьбе.

Автор предлагаемых вниманию читателей записок, полковник Уорд, несомненно принадлежит ко второму типу мемуаристов. По своему прошлому он-средний английский рабочий,

прошедший долгую школу тред-юнионистского воспитания^ Школа эта не первоклассная и не слишком способна расширить умсгвенный кругозор типичного английского обывателя. Уорд не социалист, а самый типичный либерал, для которого максимум возможных для пролетариата достижений сводится к широкому развитию профессиональных организаций и к изданию парламентом кое-каких законов по охране труда. Социализм он считает блажью, несбыточной утопией, а социалистов, особенно на русской почве, приравнивает к каким-то полуанархистам- полу бандитам. Во время мировой войны Уорд, следуя «патриотической» проповеди Ллойд-Джорджа и К-о, пошел в армию. Вскоре он стал офицером. Новое звание не только не углубило его понимания движущих сил современных исторических процессов, но наоборот-к ограниченности его тред-юнионистскога мышления прибавило еще целую кучу специфических, чисто• военных предрассудков. В таком духовном состоянии Уорд: осенью 1918 г. попал сначала на русский Дальний Восток, а затем в Сибирь. С таким интеллектуальным багажом за плечами он воспринимал разыгрывавшиеся в то время политические события. И не только воспринимал, а принимал в них весьма активное и до известной степени даже руководящее участие. Одновременно он вел свои записки, предназначенные первоначально, как он сам об этом Сообщает, для пользования era оставшегося в Англии сына. Вполне понятно, что произведение Уорда оказалось очень несовершенным. Оно несовершенно литературно, ибо автор его н.е отличается талантом писателя. Оно,- что еще важнее,-несовершенно и как исторический документ. Ибо Уорд ничего не понял в русской революции и очень плохо представлял себе действительное значение тех событий, которые разыгрывались на его глазах.

Политическая ситуация в России в тот момент, когда автор настоящих записок появился в Сибири, в основных чертах сводилась к следующему.

В Москве Советское правительство напрягало все свои силы для организации красной армии и создания своего государственного аппарата. Территория, которой оно располагало, была весьма изменчива в своих границах, но в основном• исчерпывалась сравнительно небольшим кулаком центральных губерний плюс Петроград. Контр-революция везде по окраинам открыто подымала голову и со всех сторон протягивала свои жадные руки к Москве. Фронты были почти на всех границах Советской республики-на севере (Архангельский фронт), на востоке (Самарско-Сибирский фронт), на юго-востоке (Деникин-ский фронт). На юге и западе не было открытых фронтов, но зато было постоянное давление сначала со стороны Германии, а позднее-со стороны различных белогвардейских государств и отрядов, возникших на развалинах германского империализма. Советская Россия была в кольце и с героическим напряжением отстаивала Октябрьскую революцию.

В контр-революционном лагере к концу 1918 г. уже наметились первые признаки разложения. Ярче всего это сказалось на востоке-в Поволжьи и Сибири.

Первоначально здесь объединенным фронтом против большевизма шли все анти-советские силы от меньшевиков и эс-эров с одной стороны, до черносотенных царских генералов-с другой. Однако постепенно началось расслоение. «Демократическая» контр-революция имела свой центр в Самаре в лице так называемого «Комитета членов Учредительного Собрания», состоявшего почти исключительно из эс-эров с небольшой примесью меньшевиков. «Генеральская» контр-революция укрепилась

в Омске под фирмой так называемого «Сибирского правительства». Летом 1918 г. между Самарой и Омском возгорелась открытая борьба. Очень скоро выяснилось, что в этой борьбе все шансы на победу остаются за Омском. Ибо в эпохи революций общественные силы всегда группируются около двух крайних полюсов, делая невозможным существование какой-либо «третьей силы». Так было и сейчас. Все революционные элементы народа стягивались к Москве под Советское знамя, все реакционные- в Омск, под знамя монархической реставрации. Желто-розовое Самарское знамя не в состоянии было увлечьза собой никого, кроме ничтожных кучек «прекраснодушных» интеллигентов. И так как омские генералы были людьми дела, а самарские «демократические политики» представляли собой чистейший тип позеров и болтунов, то этот естественный процесс шел еще более ускоренным темпом.

Прежде, однако, чем он достиг своего логического конца, !была сделана попытка достигнуть известного компромисса между правым и левым крылом контр-революционного лагеря. В сентябре 1918 г. в Уфе состоялось государственное совещание, на котором Эьшо создано «Всероссийское Временное Правительство», получившее в просторечии наименование Директории. В состав Директории вошло 5 человек: Авксентьев, Зензинов, Вологодский, Виноградов и ген. Болдырев. Двое первых были представителями правого крыла эс-эров, Вологодский довольно хорошо отражал в себе настроение черносотенного сибирского офицерства, Виноградов был кадет, а ген. Болдырев являлся членом пресловутого «Союза Возрождения России», политические идеалы которого не шли дальше куцой монархической конституции. Директория воплощала таким образом компромисс между левыми и правыми, причем перевес в этом компромиссе явственно склонялся на сторону правых.

– и -

«Генеральская» контр-революция однако не успокоилась на достигнутом. Для нее Уфимское соглашение было лишь одним из этапов в борьбе за собственную власть. Поэтому, едва образовалась Директория, как из Омска начался против нее решительный поход. Так как в начале октября 1918 г. красные войска заняли Самару, то Директории пришлось переехать в Омск и здесь устраивать свою столицу. Остатки «Комитета членов Учредительного Собрания», переименовавшегося в «Съезд членов Учредительного Собрания», избрали своей резиденцией Екатеринбург 1). В Омске между Директорией, теоретически представлявшей всероссийскую власть, и Сибирским правительством, воплощавшим собой областную власть Сибири, разыгралось крупное столкновение на вопросе о создании так называемого делового министерства. (По конструкции, принятой на Уфимском совещании, пятичленная Директория должна была являться чем-то в роде коллективного монарха, который осуществлял свою власть через ответственный перед ним кабинет министров.) Директория хотела составить министерство как из «сибиряков», так и из «самарцев». Наоборот, Сибирское правительство категорически требовало, чтобы министерство состояло исключительно из «сибиряков», предлагая Директории признать в качестве своего «всероссийского» кабинета наличный состав Сибирского правительства. В этой борьбе полная победа осталась за сибиряками, причем в навязанный Директории кабинет в качестве военного и морского министра вошел адмирал Колчак.

     

 

2011 - 2015

Яндекс
цитирования Рейтинг@Mail.ru