Выбрать главу

Елена Хорватова

Странствия по мирам

Возможно, каждый писатель, творящий Фантазию, созидающий Вторичный Мир, мечтает быть настоящим творцом, надеется, что все, им написанное, реалистично, что бытие его Вторичного Мира берет исток в Реальности – или впадает в Реальность…

Дж. P.P. Толкиен

ПРОЛОГ

– Счастлив приветствовать вас, мессир Реми. Что привело достопочтенного мага и чародея на скромное собрание нашего клана?

Человек, говоривший это, стоял у высокого стола, покрытого черным бархатом. Несколько предметов, разложенных на этом своеобразном алтаре, ясно говорили – здесь совершаются магические ритуалы. Человек, как и все прочие в этом помещении, был одет в черный балахон с капюшоном, скрывающим лицо, на поясе у него, так же как и у всех, висел острый кинжал без ножен, но что-то неуловимое подчеркивало – этот человек здесь главный.

Гость, к которому он обратился, учтиво поклонился в ответ.

– Мое почтение, сэр Морган, да пребудет с вами удача во веки веков. Как вы знаете, только чрезвычайные обстоятельства могут заставить меня покинуть мое уединенное жилище, ибо превыше всего я ценю собственный покой. И если уж отказаться от уединения, то только ради встречи с таким великим мастером, как вы, достопочтенный сэр Морган.

Морган усмехнулся, и его глаза под капюшоном блеснули зеленым пламенем. Он всегда был в курсе дел своих коллег и конкурентов по магическому сообществу, и его трудно было обмануть. Он прекрасно знал, что Николя Реми, черный маг, хорошо известный в определенных кругах, недавно совершил вынужденное путешествие в азиатские страны, где оказался втянутым в бои местного значения… И только могучая сила одной магрибской ведьмы, не терпевшей появления в своих владениях пришлых чужаков, помогла вышвырнуть его обратно, в пределы России, где Реми последние полсотни лет преимущественно и пребывал.

Такое обращение с могучим магом – насильственное водворение на Восток, потом столь же бесцеремонное вышвыривание из мест, представляющих сферу чьих-то интересов, – подрывало авторитет мессира Реми в магических кругах. Что-то не так с его хваленым могуществом, если другие чародеи перекидывают его по миру, словно тряпичную куклу.

– Простите мое недостойное любопытство, мессир, но до нас дошли слухи о вашем внезапном отъезде в страны Магриба… При вашей любви к покою и уединению такое путешествие кажется невероятным.

По лицу Реми прошла мрачная гримаса.

– Мне пришлось освежить доспехи Аттилы, сэр Морган. Такой предмет не должен застаиваться без дела, дабы не утратить тайную силу. К тому же и мне самому не помешало немного попрактиковаться в ратном деле – наш долг сохранять навыки воинов. Но вернемся к делу.

– Я весь внимание, мессир. Сегодня настало время завершать и начинать дела. Вернее, завершать старые и начинать новые дела. Если вам требуется наша помощь, члены нашего клана будут счастливы сделать все, что в наших силах.

Теперь пришла очередь мессира Реми усмехнуться: он был не настолько наивен, чтобы принимать речи Моргана за чистую монету. Но, как бы то ни было, придется искать союзников – он уже убедился, что в одиночку ему стало трудно бороться. Видимо, наступают иные времена…

– Сэр Морган, вы всегда в курсе последних новостей мира магии и, вероятно, уже знаете, что в Москве появилась молодая ведьма, которая лишь недавно обрела силу. Ни опыта, ни магической эрудиции у нее нет. Но она представительница весьма древнего рода, и ей в наследство перешли некие предметы, многократно усиливающие природную способность к колдовству и переданный ей фамильный магический дар. Имя этой женщины…

– Маргарита. Не так ли? – перебил мессира Морган, отбросивший наконец свою напускную вежливость. – Я действительно слежу за действиями этой неофитки, достопочтенный мессир. Сама по себе она и вправду очень неопытна и далека от магического восприятия этого мира, хотя и не без определенных способностей к нашему высокому искусству. Но у нее есть могущественные покровители и наставники, имен которых, я полагаю, называть не надо. А главное, среди магического наследства, которое вы изволите называть «перешедшими к ней некими предметами», имеется древнее кольцо. Об этом кольце говорят, что сам великий Один, князь колдовства, изготовил его для своего сына Бальдра и наделил невероятным могуществом.

Морган замолчал и после долгой театральной паузы внушительно изрек:

– Не будем недооценивать юную леди. В сочетании с природными способностями, наследственным даром, помощью влиятельных друзей и силой кольца Бальдра мощь молодой ведьмы превосходит все, с чем мы когда-либо сталкивались!

– Ну это громко сказано, Морган! Просто у вас давно уже не было сильных соперников, – парировал Реми. – Однако не стоит пугаться борьбы, друг мой, настоящая суровая, азартная борьба не на жизнь, а на смерть добавляет к унылому существованию ярких красок…

Морган снова блеснул из-под капюшона зелеными глазами. Стало быть, Реми полагает, что это он, Морган, должен бороться не на жизнь, а на смерть, добавляя ярких красок, которых в его существовании и без того немало, а старый хрыч Реми заползет в свою нору и будет наслаждаться вожделенным покоем и уединением. Как же он любит загребать жар чужими руками!

– Что касается ведьмы Маргариты, – продолжал мессир, – положение усугубляется тем, что она всеми силами пытается не делать зла. Добро она творит пока не слишком умело, но, похоже, девчонка выбрала именно этот путь. И пребывает в глупых, наивных иллюзиях касательно своего предназначения. Значит, ваше столкновение с ней неизбежно и рано или поздно случится. И если мерзавка первой доберется до членов вашего клана, то попытается уничтожить всех! Подумайте, Морган, насколько это опасно! Вы останетесь без соратников!

– Маги, вставшие на путь добра, обычно не так уж кровожадны. Хотя добро и зло часто неразделимы, и никто не знает, на что именно он способен, – сдержанно ответствовал Морган, которого предостережения Реми нисколько не напугали. – Пока она не интересовалась делами нашего клана. И, похоже, даже не знает о нашем существовании.

– Это вопрос времени, Морган. И я не советую вам пребывать в беспечности. Я редко проявляю заинтересованность в сотрудничестве с кем-либо. Подобные альянсы не могут мне дать ничего в практическом плане – я предпочитаю полагаться на собственные силы и считаю самого себя лучшим своим союзником. Но сейчас не время для самолюбования. Я предлагаю вам союз, Морган. Союз против проклятой ведьмы. Необходимо обратить ее силу против нее самой. Но для этого к ведьме надо приблизиться, надо вступить с ней в контакт. И то, что она пока не знает о существовании вашего клана, пойдет только на пользу делу. Впрочем, я отвлек вас от действа. Прошу простить мою бесцеремонность. Не смею мешать. Но на досуге поразмышляйте о нашей беседе…

Морган молча поклонился и вышел на середину комнаты. Окружавшие его люди запели какой-то тягучий гимн на латыни. Глава клана бросил горсть сухих трав в дымящийся сосуд, и по помещению пополз сладковатый дурманящий запах. Морган сделал знак, чтобы пение прекратили, в полной тишине выхватил кинжал и прочертил им в воздухе затейливый знак. Кинжал, в блестящем лезвии которого отражались лишь пляшущие огоньки десятков свечей, сам собой загорелся золотым светом.

Лучи, исходящие от кинжала, достигли хрустального шара, стоявшего на высокой подставке в центре комнаты. Шар тоже вспыхнул золотым огнем и завибрировал, озаряя помещение нежным светом.

– Мы готовы! – объявил Морган. – Введите нового посвящаемого!

Две фигуры, судя по порывистым движениям и смутным очертаниям тел под плащами – молодые женщины, выскользнули за дверь. Вскоре они вернулись и ввели молодого человека с завязанными черной повязкой глазами. С новичка сдернули плащ. Он был обнажен до пояса, словно на приеме у терапевта, хотя окружающая обстановка менее всего напоминала медицинский кабинет.

– Скажи, брат, ты по своей воле желаешь стать членом нашего клана? – спросил Морган.