Читать онлайн "В дни войны и мира" автора Петров Михаил - RuLit - Страница 5

 
 
     


1 2 3 4 5 6 7 8 9 « »

Выбрать главу





Много было и других поручений и заданий. И все срочные, сверхсрочные, ибо частые и довольно резкие изменения обстановки на фронтах требовали особой расторопности.

Выполняя задания и поручения, приходилось летать на связных У-2, мчаться по разбитым дорогам на автомашинах, а то и просто мерить их «своими двоими», то и дело бросаясь в кюветы при воздушных налетах врага.

После принятия решений и доведения до войск приказов Климент Ефремович и сам, как правило, появлялся там, где назревало наиболее трудное положение. Вот только один из бесчисленных примеров. Уже на четвертый день пребывания в Ленинграде, то есть 14 июля, К. Е. Ворошилов прибыл на станцию Веймар, а оттуда — в село Среднее Ивановское. Около этого села как раз создалась критическая ситуация: под натиском превосходящих сил врага, поддержанных большим количеством танков, некоторые наши подразделения начали отход. Климент Ефремович тут же приказал группе находившихся с ним командиров, в том числе и мне, во что бы то ни стало остановить отходящих. А сам вместе с командующим Северным фронтом М. М. Поповым продолжал вести наблюдение за полем боя, располагаясь всего в полукилометре от деревни, уже занятой противником. Рядом рвались снаряды, но Ворошилов не уехал из опасного места до тех пор, пока положение не стабилизировалось.

Здесь хочу подчеркнуть, что события под селом Среднее Ивановское, когда я в числе других командиров наводил порядок в наших дрогнувших было подразделениях, явились моим боевым крещением. Естественно, что скрыть нервное напряжение мне поначалу удавалось с трудом. Но, видя хладнокровие Маршала Советского Союза К. Е. Ворошилова, я тоже нашел в себе силы превозмочь минутную слабость, стал действовать четко, уверенно.

Не могу не рассказать и еще об одном моменте, показывающем, с какой отеческой заботой относился Климент Ефремович к бойцам и командирам, героям боев.

Как-то мимо нас санитары проносили на носилках раненого красноармейца. Он был почти весь перебинтован, но даже сквозь повязки продолжала просачиваться кровь.

К. Е. Ворошилов остановил санитаров, спросил, кого они несут. Оказалось, что на носилках — бывший рабочий ленинградского завода «Электросила», а вынесли они его с поля боя у села Среднее Ивановское. Там этот боец совершил подвиг, уничтожив до десятка фашистов.

Климент Ефремович наклонился над раненым, спросил, как он себя чувствует. Поблагодарил за мужество и стойкость в бою. А затем сказал командующему войсками Северного фронта М. М. Попову:

— А почему бы нам вот сейчас, на месте, не наградить героя медалью или даже орденом?

— Прав у нас таких нет, товарищ маршал, — ответил Попов.

Ворошилов, подумав, сказал, что героев боев все же надо награждать более оперативно. Причем право на вручение награды следует предоставить не только командующим фронтами и командармам, но и командирам более низкого ранга. Например, комдивам, комбригам…

— Я доложу об этом товарищу Сталину, — пообещал в заключение Климент Ефремович.

И действительно, через некоторое время не без его участия были приняты соответствующие решения по этому вопросу. Так, 8 марта 1942 года был издан Указ Президиума Верховного Совета СССР «О предоставлении военным советам армий права награждения медалями СССР начальствующего и рядового состава Красной Армии», а 10 ноября — Указ «О предоставлении права награждения орденами и медалями СССР и нагрудными знаками командующим фронтами, флотами, армиями и флотилиями, командирам корпусов, дивизий, бригад, полков».

* * *

Надо сказать, что в ту пору наиболее опасная обстановка сложилась на лужском направлении. Здесь фашисты планировали нанести свой главный удар через Лугу на Красногвардейск, чтобы затем с ходу прорваться к Ленинграду и соединиться с войсками финнов. Во исполнение этого плана 14 июля основные силы 41-го корпуса из состава 4-й танковой группы гитлеровцев по лесным дорогам скрытно вышли на реку Лугу в 20–35 километрах юго-восточнее Кингисеппа. Хотя и ценой больших потерь, но фашистам все же удалось захватить здесь два плацдарма — у деревни Ивановское и села Большой Сабск, потеснив оборонявшихся на восточном берегу реки курсантов Ленинградского пехотного училища имени С. М. Кирова и народных ополченцев из 2-й ленинградской дивизии.

Бои в районе плацдармов разгорелись жесточайшие. Так, у деревни Ивановское гитлеровцы в течение пяти суток пытались выбить наших курсантов из небольшой рощицы. На позиции героев по нескольку раз на дню пикировали вражеские самолеты, сбрасывая свой смертоносный груз. Иногда в налетах участвовало до 50 «юнкерсов». Но и это не смогло сломить сопротивление героев-курсантов.

А им было с кого брать пример. Ведь только за один из тех июльских дней артиллеристы полковника Г. Ф. Одинцова, а точнее, один из его дивизионов уничтожил 37 танков противника!

Храбро сражались здесь и моряки Балтики, североморцы, ленинградские ополченцы.

Как всегда, в самый трудный момент в лужский сектор обороны прибыл К. Е. Ворошилов. И сразу же направился в части. Беседовал с людьми, выступал на митингах. И его полные суровой правды слова, обращенные к защитникам города Ленина, возымели свое действие: вдохновленные воины выполнили приказ главкома, отбросили врага за реку Лугу, хотя за это было заплачено немалой ценой.

Затем в целях срыва наступления гитлеровцев на Новгород главнокомандующий Северо-Западным направлением силами войск 11-й армии и приданных ей частей организовал контрудар по вклинившейся вражеской группировке в районе населенного пункта Сольцы. Этот контрудар был осуществлен в период с 14 по 18 июля. В результате войска 11-й армии почти полностью разгромили 8-ю танковую дивизию и нанесли поражение другим частям и соединениям 56-го моторизованного корпуса — главной ударной силе 4-й танковой группы противника, отбросив врага на 40 километров к западу и вынудив его перейти на этом направлении к обороне.

Однако на Петрозаводск и Олонец стали все настойчивее пробиваться финские части. 19 июля К. Е. Ворошилов и А. А. Жданов выехали на это угрожаемое направление. В Петрозаводске они ознакомились с обстановкой, дали соответствующие указания командующему 7-й армией генералу Ф. Д. Гореленко и командующему фронтом генералу М. М. Попову о проведении перегруппировки войск.

На утро 20 июля в вагон к Клименту Ефремовичу Ворошилову снова было приглашено командование фронта для уточнения оперативных планов и рассмотрения других срочных вопросов. Но… Где-то около четырех часов утра я вдруг услышал нарастающий гул моторов вражеских самолетов. Выбежал из вагона, стал смотреть в небо. Вначале самолетов не было видно. Но вскоре они обозначились: шесть фашистских стервятников летело вдоль железнодорожного полотна. Шли они с севера, на малой высоте. Сердце забилось тревожно. Значит, сейчас будут бомбить. Надо немедленно доложить К. Е. Ворошилову и А. А. Жданову, предупредить их об опасности…

К слову сказать, кроме нашего состава на железнодорожных путях стояло еще около десятка эшелонов с людьми, боеприпасами и боевой техникой. Вот уж действительно заманчивая цель для фашистских летчиков!

Пока добежал до вагона, где размещались Ворошилов и Жданов, вокруг загрохотали зенитки и пулеметы. С большим трудом уговорил главкома и члена Военного совета покинуть вагон. И вовремя! Едва мы оказались на улице, стали рваться бомбы. Вспыхнули пожары на путях и в жилых кварталах города. К счастью, в эшелон с боеприпасами бомбы не попали.

Как только прекратился воздушный налет, Климент Ефремович Ворошилов и Андрей Александрович Жданов продолжили заслушивание доклада командующего войсками фронта. Было принято решение перебросить на усиление 7-й армии еще несколько частей, оборонявшихся на Карельском перешейке. Забегая вперед, скажу, что эти меры позволили командарму Ф. Д. Гореленко, сочетая контрудары своих войск с упорным сопротивлением на занимаемых рубежах, к концу июля остановить наступление финских войск на этом направлении, нанеся им ощутимые потери.

     

 

2011 - 2015

Яндекс
цитирования Рейтинг@Mail.ru