Галия Булатовна Хасанова
Антропология
Шестое издание, стереотипное

© Хасанова Г. Б., 2014

© ООО «КноРус», 2014

Рекомендовано Учебно-методическим объединением вузов России по образованию в области социальной работы в качестве учебного пособия для студентов высших учебных заведений

Предисловие

Дисциплина «Антропология» относится к вариативной части естественно-научного цикла ООП и формирует у студентов бакалавриата по направлению подготовки 040400.62 «Социальная работа» набор специальных знаний и компетенций, необходимых для выполнения социально-технологической и профессиональной деятельности.

Объектом изучения дисциплины является человек как биопсихосоциальное существо, предметом изучения – биологическая, психическая и социальная сущность человека. При организации учебного процесса по дисциплине устанавливаются следующие цели ее преподавания: сформировать естественнонаучное мировоззрение, дать знание многомерности человека, развить гуманистическую культуру.

В результате преподавания данной дисциплины могут быть решены следующие задачи: ознакомить студентов с современными взглядами на эволюцию человека, а также биологическими особенностями человека, его психофизиологическими возможностями; определить основные потребности человека, его интересы и ценности; выявить антропологические основания социальной работы; сформировать у студентов гуманистическое сознание; ознакомить их с проблемами девиантности человека. Таким образом, у студентов формируются следующие компетенции: использовать основные положения и методы социальных, гуманитарных и экономических наук при решении социальных и профессиональных задач (ОК-9); использовать в профессиональной деятельности основные законы естественно-научных дисциплин, в том числе медицины, применять методы математического анализа и моделирования, теоретического и экспериментального исследования (ОК-10); быть готовым решать проблемы клиента путем привлечения соответствующих специалистов и (или) мобилизации собственных сил, а также физических, психических и социальных ресурсов клиента (ПК-7).

Введение

Антропология как наука

Нет ничего более интересного и важного для человека, чем он сам. «Познай самого себя», – учил древнегреческий мыслитель Сократ. Проблема познания человека пронизывает всю историю философии и естествознания. Сократ и Эпикур, Гиппократ и Спиноза, Линней и Дарвин, Кант и Энгельс – это лишь немногие в плеяде выдающихся ученых, для которых познание человека было необходимой, первостепенной задачей.

Среди всех наук есть одна, о которой не так уж много знают, хотя она о человеке, его облике в прошлом и настоящем и, конечно, в будущем, о многообразии человеческих индивидуальностей, о тех поразительных изменениях, которые претерпели многие поколения людей в процессе длительного развития. Это антропология – наука о происхождении и эволюции физической организации человека и его рас; наука прошлого, настоящего и в какой-то мере будущего. Изучая настоящее, пытаясь проникнуть в прошлое, заглядывая в будущее, антропология стоит в центре человеческих знаний, и в этом заключена сущность ее необходимости и силы.

Итак, в широком смысле антропология – наука о человеке (от греч. anthrōpos – человек).

Предыстория развития науки о человеке достаточно велика. Антропологические знания накапливались постепенно, одновременно с общебиологическими и медицинскими, а антропологические воззрения и теории развивались в неразрывной связи с общественной и философской мыслью. Впервые термин «антропология» употребил Аристотель, древнегреческий философ и ученый, изучая духовное начало человека. Научные сведения о человеке встречаются в трудах античных философов: Анаксимандра, Демокрита, Эмпедокла, Сократа. Вопросы морфологии и анатомии человека, его места в системе природы, телесные различия в физическом типе отдельных народов, нравы и быт многочисленных племен и народов, с которыми сталкивались путешественники во время своих странствий, были предметом исследований многих ученых Древней Греции и Рима.

В трудах западноевропейских ученых термин «антропология» имел двоякое значение: как науки анатомической (о человеческом теле) и науки о духовной сущности человека. В начале XVIII в., когда слово «антропология» только начинало входить в повседневный научный обиход, оно означало «трактат о душе и теле человека». Впоследствии этот термин расшифровывался так же, объединяя всестороннее изучение человека: его биологические, социальные и духовные качества. В первые десятилетия XIX в. антропология еще не была самостоятельной наукой, даже определение термина «антропология» не было четко сформулировано. Однако многие сугубо антропологические вопросы, такие, как происхождение человека, расы и их различия, были в центре внимания общества, ученых и философов. Интерес к естествознанию, в частности к антропологии, зарождался у естествоиспытателей, врачей, передовой студенческой молодежи и у других групп людей прогрессивных взглядов.

Становление антропологии как науки в ее современном понимании относится к середине XIX в. В течение XIX в. и до наших дней во многих странах (Англия, Франция, США) распространена трактовка антропологии в широком смысле – как общей науки о человеке. Антропология в таком понимании подразделяется на физическую, или соматическую, и социальную, или культурную, т. е. этнографию.

В ХХ в. существенно изменилось положение антропологических наук в общей системе биологического знания. Прежде всего в качестве крупной антропологической науки сформировалась теоретическая медицина, аккумулировав важнейшие достижения биологических наук применительно к норме и патологии человеческого организма. Накапливались данные об отдельных классах природных свойств человека – это возрастная физиология, включающая учение о росте, зрелости и старении. Углубленное биохимическое, биофизическое, морфологическое, экспериментально-генетическое исследование возрастных особенностей позволяет рассматривать их как первичные свойства индивида.

Специальной дисциплиной является сексология, изучающая закономерности полового диморфизма в филогенезе и онтогенезе, включая сложнейшие психофизиологические характеристики этого диморфизма у человека, связанные с историей естественного разделения труда, брака и семьи, а также с воспитанием.

Соматология рассматривает конституциональную структуру телосложения человека как соединение гуморально-эндокринных и метаболических характеристик с более точным комплексным определением параметров морфологической структуры человеческого тела.

Типология высшей нервной деятельности составляет общую основу таких наук, как психология, медицина и педагогика. Физиологические и психологические исследования нейродинамических свойств человеческого организма способствовали познанию природных особенностей личности. Выявить взаимосвязи между первичными свойствами человека – основная задача современной прикладной антропологии. Выдвижение проблемы человека в центр всей современной науки связано с принципиально новыми взаимоотношениями между науками о природе и обществе, поскольку именно в человеке природа и история объединены бесчисленным рядом связей и зависимостей.

Из новых гуманитарных дисциплин следует отметить аксиологию – науку о ценностях жизни и культуры, исследующую важные стороны духовного развития общества и человека, содержание внутреннего мира личности и ее ценностные ориентации.

На базе психологии, логики и теории познания, с одной стороны, нейрофизиологии и биофизики, с другой стороны, складывается эвристика – общая теория мыслительного поиска и творческого мышления человека. Пограничными дисциплинами являются психолингвистика, объединяющая психологию речи и общения с общей теорией языка, характерология, объединяющая психологию личности с социологией и этикой, а также все области прикладной психологии.

По сравнению с XIX в., когда с антропологией связывали весь комплекс научных знаний о человеке, предмет современной антропологии значительно ограничен проблемами антропогенеза, расогенеза и морфологией человека.

Раздел морфологии изучает индивидуальную и половозрастную изменчивость морфофизиологических признаков человека. Она включает учение о физическом развитии и конституции, вариациях телесных особенностей, соприкасается с анатомией человека, но в отличие от последней дает не обобщенное представление о типовом, усредненном строении органов и тканей человека, а характеристику половозрастной изменчивости отдельных структур в зависимости от этнотерриториальных и климатических влияний.

В морфологии человека выделяют соматологию, изучающую изменчивость тела в целом, и мерологию – учение об изменчивости отдельных органов. Основные задачи морфологии сосредоточились вокруг двух вопросов: теоретическое обоснование учения о физическом развитии и разработка методов стандартизации (соматология охарактеризована выше).

Раздел антропогенеза освещает проблемы происхождения и эволюции человека, рассматривает в сравнительном плане морфологию современного человека и его предков, историю становления человеческого общества. Этот раздел включает учение о современных и ископаемых обезьянах, эволюционную анатомию человека и палеоантропологию – науку о его ископаемых формах.

Раздел расоведения изучает формирование рас, расового состава и происхождение народов, их расселение и степень родства. В состав расоведения входит этническая антропология, но она имеет более узкое содержание. Речь идет о решении исторических проблем на основании изучения расового состава этнических общностей и определения характера генетических процессов в древних и современных популяциях. В связи с этим этническая антропология использует методы и данные естественных и гуманитарных наук.

Таким образом, современная антропология представляет собой раздел общей биологии, включающий естественную историю человечества, расоведение, генетику популяций современного человека, разнообразие морфологических типов, возрастные особенности человека и эволюцию его поведения.

Антропология – отрасль естествознания, которая занимает особое место среди биологических наук. Она изучает происхождение и эволюцию физической организации человека и его рас. Это наука об изменчивости человеческого организма в пространстве и во времени, о законах этой изменчивости и факторах, ею управляющих. Антропология как бы венчает собой естествознание. Но так как жизнь человека неразрывно связана с общественной средой, то и антропология, изучая человека, вступает в ту область, где существуют социально-исторические закономерности. В этом специфика антропологии, сложность ее исследований, в этом заключается ее отличие от других биологических наук, ее непосредственная связь с историческими науками: археологией, этнографией, историей.

Для современной антропологии характерно исключительное разнообразие тематики, и в этом отношении она разделяет общую тенденцию современного естествознания. За сравнительно небольшой отрезок времени антропология достигла значительных успехов, многие вопросы, которые в недалеком прошлом казались трудноразрешимыми, нашли свое объяснение, стали значительно ближе к окончательному решению.

В сферу антропологических исследований постепенно включаются такие вопросы, как определение закономерностей роста и развития человека в соответствии с формированием его конституционального типа, характера, темперамента, выяснение механизмов наследования многих физических, умственных особенностей в зависимости от пола, возраста, социального положения, зонально-климатических условий. Задача антропологов – изучить популяции людей, дать биологическую и физиологическую характеристику тем группам, которые живут в экстремальных условиях, обследовать и сравнить различные этнические, возрастные, социальные группы в регионах, сходных по биологическим условиям.

Антропология интегрирует в себе опыт, накопленный различными человековедческими науками.

Изучение антропологии является важной составляющей для формирования у современного человека представления о проблемах человековедения в единстве исторического и логического аспектов, а также понимания сложности и многомерности природы человека, противоречивости пути «очеловечивания» индивида. Антропология выступает в роли некой базы для освоения накопленного человековедческими науками опыта.

Любой раздел антропологии так или иначе направлен на раскрытие определенного среза целостности человека, и именно только в этом он и может обрести свою специфичность в рамках общего антропологического направления гуманитарного знания. Иными словами, определить предмет антропологической дисциплины, означает определить тот срез целостного видения человека, на раскрытие и изучение которого эта дисциплина направлена.

В настоящее время оформился целый ряд антропологически ориентированных дисциплин, «региональных антропологий», изучающих отдельные «стороны» человека:

философская антропология – наука о сущности человека, его метафизической природе, о силах и способностях, которые движут им, об основных направлениях и законах его биологического, психического, духовного и социального развития;

педагогическая антропология – учение о человеке, формирующемся в сфере образования;

биологическая антропология исследует человека в его связях и взаимоотношениях с природным миром;

социальная антропология изучает социальные структуры и взаимодействие в них людей;

культурная антропология рассматривает особенности связи человека и культуры (устройство культуры, культурные институты, обычаи, традиции, быт, языки, особенности социализации человека в различных культурах);

психологическая антропология изучает психологию человека в ее специфике, ориентированной на понимание его сущностных психологических характеристик;

антропология техники – это философское раскрытие бытия человека в мире техники, проявление человеческой природы через нее.

Специфический комплекс проблем выделяется в юридической, медицинской, исторической антропологии. Существуют и такие формы ненаучного познания человека, как религиозная и художественная антропология.

Таким образом, современная наука охватывает разнообразные отношения и связи человека с миром. Человек изучается и как продукт биологической эволюции – вид homo sapiens, и как естественный индивид с присущей ему генетической программой, и как субъект, и как объект исторического процесса – личность. Важное значение имеет исследование человека как основной производительной силы общества, субъекта познания и управления, предмета воспитания и т. д.

Многообразие аспектов человекознания – специфическое явление современности, связанное с прогрессом научного познания и его применением к различным областям социальной практики. Система теоретического и практического человекознания для будущего человечества не менее важна, чем фундаментальные науки о природе. Проблема человека становится общей проблемой науки в целом, включая точные и технические науки. Возникают новые пограничные дисциплины и таким образом объединяются области естествознания и истории, гуманитарных наук и техники, медицины и педагогики.

Антропологические основания социальной работы

Объединение социального и биологического в человеке и несводимость их друг к другу определяет, с одной стороны, необходимость интеграции всей научной информации о человеке в общей антропологии, с другой стороны, дифференциацию конкретных знаний по самым разным направлениям человековедения: систематика и анатомия, исследования структурной организации, законов функционирования и эволюции человеческого вида, его познание возникновения и развития в форме общественно-исторической системы. Разноплановый и вместе с тем единый портрет человека, может быть нарисован путем синтеза всех знаний в области естественных и гуманитарных наук в контексте их социологического и философского обобщения. Такой комплексный подход, а не конгломерат «разных антропологий», позволит в будущем создать фундаментальную науку – общую антропологию, которая объединит информацию о человеке.

По мнению Л. Фейербаха, антропология – это универсальная наука о человеке, включающая комплекс человековедческих знаний, поскольку целостный образ человека может быть создан только в процессе его разностороннего изучения. И это действительно так.

Человек – это существо, принадлежащее одновременно к трем классам явлений: природных (космических), психических, социальных – и обладающее свойствами всех трех классов. Эти три класса явлений различаются структурой, спецификой функционирования, закономерностями. Они существуют реально, взаимосвязаны, проникают друг в друга и представляют собой целостную систему (рис. 1).


Рис. 1. Модель человека (Н. М. Пейсахов)


Класс природных явлений. Этот класс выступает как исходный и самый древний. Человек рассматривается как вид (hоmо sарiеns) и как индивид, организм. Реализуются жесткие генетические программы, происходит приспособление особей к изменяющимся условиям среды в интересах популяции, всего вида или рода, преобладают стихийные силы и процессы непроизвольной саморегуляции, идет жестокая борьба за выживание. Индивид, как считал А. Н. Леонтьев, это прежде всего генотипическое образование… Понятие «индивид» выражает неделимость, целостность и особенности конкретного субъекта, возникающие уже на ранних стадиях развития жизни. Индивид как целостность – это продукт биологической эволюции, в ходе которой совершается процесс не только дифференциации органов, функций, но и их интеграции, взаимного «слаживания». В понятии «индивида» содержится указание на подобие человека всем другим людям, его общность с человеческим родом. Но на этом уровне человек выступает не только как результат эволюции живого, но и как результат эволюции Вселенной. Прослеживается его зависимость не только от земной природы, но и от Космоса, в частности от Солнца.

Класс психических явлений. На достаточно высоком уровне развития животных возникает мозг как материальная основа психики, происходит становление человека и человеческой психики. Появляется новое качество, которым природа не обладает, новый класс явлений – субъектные.

Специфическим для человека является идеальное отражение бытия – сознание, формирующееся в процессе исторического развития человечества. Именно наличие сознания отличает человека от животных. Если животное только приспособляется к условиям обитания, то человек благодаря сознанию способен преобразовывать природу и самого себя. С этой точки зрения человека нужно изучать как индивидуальность и субъект.

Класс социальных явлений. На определенном этапе развития человеческой психики появляется общество. Его эволюция идет по своим законам, отличающимся от законов природы и психики. На этом уровне человек выступает в качестве члена общества и должен рассматриваться как личность. По мнению Леонтьева, понятие «личность» выражает целостность субъекта жизни. Но личность представляет собой целостное образование особого рода. Личность не есть целостность, обусловленная генотипически: личностью не родятся, личностью становятся. Личность есть относительно поздний продукт общественно-исторического и онтогенетического развития человека.

Все три класса явлений предстают как соподчиненные, но различные по уровню сложности, обобщенности и интегрированности. Соседствующие уровни пересекаются, связываются между собой, а подчиненные уровни включаются в уровни структуры более высокого порядка в трансформированном виде за счет более высокого и сложного класса.

Конечно, представленный нами образ человека далеко не полон. Но даже благодаря этому образу можно понять, что человек разнолик: он является существом космическим, природным, телесным, а также социальным индивидом, участником культурной жизни общества, субъектом творческой сознательной деятельности. Соединяя различные проявления человека в целостное представление, мы формируем свое мнение о нем.

Пока все три класса явлений выступают объектами разных наук. Человек традиционно рассматривался в рамках разных дисциплин: и естественно-научных, и социально-гуманитарных. Это привело к определенному разрыву в полученных знаниях о человеке. Поэтому ни одна из наук о человеке: биология, психология, социология, культурология, история – не рассматривает человека в целом, а только в определенной проекции. В современных условиях существует практическая необходимость интеграции знаний о человеке в единую комплексную дисциплину. Поэтому необходим новый подход на основе синтеза научного, историко-философского, культурологического и эволюционно-синергического подходов к социальной работе, объектом которой является человек. Социальная работа связана с биологическим, психологическим, социальным и духовным параметрами человека. От степени изученности человека зависит эффективность и общественное значение всех форм социальной работы.

Человек – часть природы, ее детище, ее порождение, но он – и существо, активно, сознательно, целенаправленно изменяющее окружающую среду. Это теоретическое положение и один из принципов социальной работы имеет важное методологическое значение. Этот принцип предполагает ориентацию на интегративную, целостную концепцию человека в целях установления междисциплинарных и внутридисциплинарных связей, что способствует укреплению необходимой научной базы социальной политики, всех ее областей.

Для достижения целей социальной работы необходимы определенные знания. Их дают антропологические науки, к которым К. Д. Ушинский относил анатомию, физиологию и патологию человека, психологию, логику, географию, изучающую Землю как жилище человека и человека как жителя Земли, статистику, экономику и историю как историю религии, цивилизации, философских систем, литературы, искусства, воспитания.

Итак, человек – это принципиально незавершенное существо, открытое для мира, возможностей действия, способное и вынужденное делать выбор. Для социального работника эта идея имеет принципиальное значение. «Открытость» человека – мировоззренческая свобода действий для социального работника. Сейчас вместо оппозиции «человек – природа», «биосфера – техносфера», «Земля – Вселенная» формируется новая картина мира, которая не может быть сведена только к физической составляющей; нельзя абстрагироваться от космопланетарной роли человека и преобразующего влияния его технической деятельности на окружающую среду. Эта новая картина мира – представление целостной системы, преобразуемой человеком, но неразрывно связанной с ним как со своим специфическим элементом.

Глава 1
Происхождение человека

1.1. Понятие об антропогенезе

Этап эволюционных процессов происхождения и формирования человека обычно обозначают понятием «антропогенез». Антропогенетические знания представляют собой разнородную совокупность сведений о первобытном человеке.

Уже в глубокой древности идея происхождения человека от животных была бессознательно зафиксирована в тотемических верованиях, мифах, легендах и сказках. Положение «человек есть животное» (хотя и особого рода) прослеживается в истории науки начиная с эпохи Возрождения. В начале XVII в. появилось первое сообщение путешественников о человекообразных обезьянах и об их сходстве с человеком.

В середине XVIII в. К. Линней положил начало научному представлению о происхождении человека. В своей системе животного мира («Система природы», 1735 г.) он поместил человека в группу приматов вместе с полуобезьянами и обезьянами.

В XVIII в. зарождается и научная приматология. Так в 1766 г. появилась научная работа Ж. Бюффона об орангутанге. Голландский анатом П. Кампер показал глубокое сходство в строении основных органов человека и животных.

В XVIII – первой половине XIX в. археологи, палеонтологи, этнографы накопили большой эмпирический материал, который лег в основу учения об антропогенезе. Большую роль сыграли исследования французского археолога Ж. Буше де Перта. В 40–50-х годах XIX в. он искал каменные орудия и доказывал, что их использовал первобытный человек, живший одновременно с мамонтом, и др. Эти открытия опровергали библейскую хронологию, поэтому встретили бурное сопротивление. Только в 60-е годы XIX в. идеи Буше де Перта были признаны в науке.

Ж. Б. Ламарк первым писал, что человек произошел от обезьяноподобных предков, перешедших от лазанья по деревьям к хождению по земле. Новый способ передвижения привел к выпрямлению тела, освобождению рук и изменению стопы. Стадный образ жизни способствовал развитию речи. Однако даже Ламарк не решался довести до логического завершения идею эволюции животных и человека и отрицать роль Бога в происхождении человека.

Революционную роль в учении об антропогенезе сыграли идеи Ч. Дарвина. В книге «Происхождение человека» он убедительно доказал, что человек представляет собой последнее, высокоорганизованное звено в цепи развития живых существ и имеет общих далеких предков с человекообразными обезьянами. Этот факт еще не дает основания считать, что человек произошел от обезьяны, но то, что человек и обезьяна имеют общего эволюционного предка, вымершего несколько миллионов лет назад, оказывается правдоподобной историей: «Тот, кто не смотрит, подобно дикарю, на явления природы как на нечто бессвязное, не может больше думать, чтобы человек был плодом отдельного акта творения».

Человек, человеческий разум являются вершиной естественного развития Земли и ее биосферы. Какое же место занимает человек во Вселенной? В чем смысл его появления в процессе эволюции Вселенной?

По мнению К. Э. Циолковского, материя в ходе эволюции породила человека, чтобы не только двигаться к высшему уровню своего развития, но и при помощи человека познавать себя. Мозг человека, его разум имеют поистине безграничные способности, которые обусловлены функционированием миллиардов клеток. И одной из самых необыкновенных способностей мозга является постановка вопросов: почему, зачем, как, каким образом, т. е. вопросов познания. Иными словами, материя в образе человека ставит вопрос о смысле своего существования и стремится получить на него ответ.

П. Тейяр де Шарден в своей книге «Феномен человека» тоже дает своеобразный ответ на вечный вопрос о смысле и цели человеческого существования. Человек как «ось и вершина эволюции» ярко раскрывает то, что изначально, хотя бы по возможности, присуще материи, т. е. человек есть сложный, развернувшийся «микрокосм», содержащий в себе все потенции космоса. Это значит, что жизнь и человек неразрывно связаны с космическими процессами, усложнениями материи. С появлением человека Вселенная стала познавать себя и при помощи Разума целенаправленно развиваться.

По мнению Тейяра де Шардена, появление человека – это скачок в антропогенезе. Переход к «феномену человека» определялся внутренними силами самого организма будущего «человека разумного». И возникновение человека – это процесс коллективный, «первым человеком» является и может быть только множество людей.

Антропогенез не следует представлять в виде линейного процесса. В органической жизни, как и в социальной, видимо, вообще маловероятен строго линейный процесс развития и монофакторной детерминации эволюции. Р. Левонтин предлагает дерево эволюции человека, которое показывает, что в более раннее время существовало одновременно множество родственных видов, большинство из которых вымерло (рис. 2).


Рис. 2. Схема процесса антропогенеза (Р. Левонтин)


Говоря о нелинейности процесса антропогенеза, следует также иметь в виду, что эволюция осуществляется в процессе постоянного возникновения новых ответвлений, большая часть которых очень быстро исчезает. В каждый период времени существует множество параллельных эволюционных линий, происходящих от общего предка.

Основная проблема в восстановлении эволюции человека состоит в том, что у нас нет близких родственников среди живущих ныне предков. Наши ближайшие, хотя и не очень близкие, в настоящее время живущие родственники – шимпанзе и горилла – были связаны с нами общим предком не менее 7 млн лет назад.

1.2. Человек как биологический вид

Что представляет собой человек с биологической точки зрения?

В эмбриональном развитии человека есть черты, характерные для всех представителей типа хордовых: хорда, нервная трубка, жаберные щели в глотке. Развитие позвоночного столба, наличие двух пар конечностей, расположение сердца на брюшной стороне тела определяют принадлежность человека к подтипу позвоночных. Четырехкамерное сердце, сильно развитая кора головного мозга, теплокровность, молочные железы и другое свидетельствует о принадлежности человека к классу млекопитающих. Развитие плода в теле матери и питание его через плаценту характерно для класса плацентарных. Конечности хватательного типа (первый палец противопоставлен остальным), ногти на пальцах, одна пара сосков молочных желез, хорошо развитые ключицы и т. д. определяют положение человека в отряде приматов.

Таким образом, согласно зоологической систематике человека относят к царству животных, типу позвоночных, классу млекопитающих, отряду приматов, подотряду высших приматов, семейству гоминид (человекообразные), роду человек (homo), виду человек разумный (homo sapiens).

Чтобы понять, что у нас общего с животными и в первую очередь с приматами и что нас отличает от них, целесообразно проанализировать общие признаки приматов, среди которых можно найти и предпосылки для развития особенностей строения, физиологии и поведения человека.

Общая характеристика приматов. Приматов можно кратко охарактеризовать как группу лесных теплолюбивых плацентарных млекопитающих, приспособившихся к лазающему, древесному образу жизни, сохранив достаточно примитивную основу организации. Архаические черты в строении приматов проявляются в сохранении ими пятипалой конечности, опирающейся при ходьбе на всю ступню, сохранении ключиц, отсутствии специализации питания. Сохранение некоторых примитивных признаков и отсутствие специализации различных органов к какой-то одной (хотя и весьма совершенно выполняемой) функции обеспечивают высокую эволюционную пластичность приматов, проявивших в ходе филогенеза способность адаптироваться к самым различным условиям существования и способам использования природных ресурсов.

Важнейшие особенности приматов связаны с развитием приспособлений к древесной, лазающей жизни. Прежде всего это совершенствование хватательной способности конечностей, сопровождавшееся приобретением возможности вращения кисти и предплечья вокруг их продольной оси, а также противопоставлением больших пальцев всем остальным, облегчавшим хватание. Эти приспособления значительно увеличили общую манипулятивную способность конечностей, т. е. способность различным образом действовать с удерживаемым пальцами предметом.

Лазание по веткам требует хорошо развитого осязания (для исследования поверхности опоры), в связи с чем на концевых фалангах пальцев усиленно развиваются мясистые пальцевые подушечки, кожа которых богата осязательными тельцами и нервными окончаниями; когти преобразуются в ногти с плоской и тонкой когтевой пластинкой, защищающей конец пальца сверху.

Но самую важную роль среди органов чувств при лазании приобретают глаза, поскольку прыжки с ветки на ветку требуют возможности объемного (стереоскопического) зрения, с точной оценкой расстояний и надежности опоры. Развитие стереоскопического зрения достигается перемещением глаз на переднюю (лицевую) поверхность головы, их сближением и все большим перекрыванием полей зрения (что, собственно, и создает бинокулярный эффект: предмет рассматривается двумя глазами с разных сторон, и восприятие обоих глаз суммируется в центральной нервной системе). Острота зрения изменяется в связи с особенностями перехода к растительному образу питания. Приматы должны различать и цвет, и мелкие детали объекта, чтобы получить информацию о его пригодности к пище.

Вместе с тем при жизни на деревьях падает роль обоняния. Соответственно, орган обоняния у приматов подвергается некоторой редукции. Из «мира запахов» они переходят в «мир света».

Поскольку передвижение по веткам представляет собой один из наиболее сложных способов локомоции, требующий непрерывной точной оценки расстояний и качества опоры и соответствующей коррекции движений, происходит совершенствование центральной нервной системы – прогрессивное развитие головного мозга, особенно коры больших полушарий, в которой формируется сложная система борозд и извилин, а также мозжечка, происходит развитие областей мозга, связанных с сенсорным восприятием. Увеличение размеров головного мозга (у шимпанзе его средний объем равен 405 см3, у горилл – 500 см3) сказывалось на пропорциях черепа, в котором относительно увеличивалась мозговая коробка и уменьшался челюстной отдел.

Кочевая жизнь на деревьях, которую ведет большинство обезьян, не позволяет самкам иметь одновременно много детенышей, которые, цепляясь за шерсть матери, сковывают ее движения. Отсюда характерная для приматов тенденция к уменьшению числа детенышей до 1–2 за одну беременность. Малочисленность потомства, его беспомощность требуют максимальной материнской заботы, более совершенного ухода за ним, поэтому у обезьян должны были развиться сложные формы родительского поведения, обеспечивающие длительный уход за детенышами и защиту их родителями. Результатом уменьшения числа детенышей была и редукция числа млечных желез до единственной (грудной) пары.

Удлиняется период созревания, увеличиваются способности к научению. Все сложные формы поведения усваиваются экстрагенетическим путем, не являются врожденными.

Еще одной чрезвычайно важной характеристикой приматов является их общественный (стадный) образ жизни. Эффективная организация жизни стаи требовала развития социальных форм поведения. Наиболее жизнеспособными оказывались те стаи, в которых наследственно закреплялись такие формы поведения, которые обеспечивали снижение взаимной агрессивности особей и помощь более слабым животным в своей стае. В стаях формировалась так называемая социальная иерархия, т. е. происходило выделение разных категорий особей (доминантов – вожаков, животных второго ранга – субдоминантов и других уровней иерархии), что отвечало задаче оптимального разделения функций в организации жизни стаи (совместного целенаправленного движения по охотничьим угодьям, сведения к минимуму конфликтов между разными особями, преодоления различных критических ситуаций). Усложнение поведения в результате общественной жизни способствовало дальнейшему совершенствованию головного мозга и развитию системы сигналов, которая позволяла передавать необходимую информацию между разными особями стаи.

Антропоморфы (человекообразные обезьяны) обладают наиболее сложными формами поведения среди всех приматов, чрезвычайно высокой способностью к разнообразным манипуляциям с предметами, вплоть до изготовления примитивных орудий. Кроме того, человекообразные обезьяны весьма способны к научению: наблюдения ряда этологов за поведением этих животных в природе показали, что в стаях шимпанзе имеет место своего рода передача опыта между разными обезьянами (путем наблюдения и перенимания операций, «изобретенных» более старыми и опытными животными).

Сходство человека с приматами. Данные сравнительной анатомии и физиологии человека и животных показывают сходство человека с млекопитающими как в общем плане, так и в деталях, например, скелет, сердце, легкие, органы пищеварения, внутриутробное развитие, выкармливание детенышей молоком. Известно сходство человека с обезьянами в строении зубов, органов зрения, системы размножения, в частности наличие уникальных половых циклов. Изумительно похожи узоры пальцев, ладони, стопы (дерматоглифика); даже облысение у обезьян сопоставимо с облысением обычного типа у мужчин.

Гориллу и шимпанзе сближают с человеком группы крови системы АВО, антиген резус-фактор найден как у человека, так и у низшей обезьяны – макаки-резус (в принципе, кровь карликового шимпанзе бонобо соответствующей группы можно переливать человеку). Нас роднят структуры гемоглобинов и многих других белков.

Анализ данных по изменению состава крови и костного мозга, обеспечивающего кроветворение, у обезьян в процессе старения и в старости показывает полное совпадение с результатами подобных исследований у человека, что является доказательством общности их физиологических механизмов биологического старения.

Наглядны результаты исследования ДНК: у человека и шимпанзе 92 % общих, сходных по первичной структуре генов, у человека и гиббона – 76 %.

Американские ученые, биохимик А. Уилсон и антрополог В. Зарич, провели сравнительные биохимические исследования человека, шимпанзе и гориллы и установили, что каждый из трех видов отличается от двух других на 1–2% в последовательности генетического алфавита, кодирующего различные белки. Другими словами, если взять «большую энциклопедию» ДНК, которая описывает организм человека, и изменить только одну специфическую букву из каждых ста, то получим копию обезьяны. И наоборот, при изменении только одной специфической буквы в каждой сотне букв генетического алфавита получается человек.

На общность мозга человека и животных указывает их структура: ископаемые останки самых ранних из известных позвоночных свидетельствуют о том, что основное деление мозга на задний, средний и передний существовало уже несколько сот миллионов лет назад. И мозг человека в сравнении с мозгом обезьян не содержит ни одного нового типа клеток, тканей или органов, к тому же отдельные его части имеют аналогичные пропорции.

Подсчитано, что у человека и шимпанзе 396 общих анатомических признаков, у человека и гориллы – 385, у человека и орангутанга – 359.

Самым человекообразным из всех приматов считают карликового шимпанзе бонобо. У него утолщенные красные губы, у самок – отчетливо выраженные молочные железы, для них характерна склонность к прямохождению, сложная социальная организация и повышенная сексуальность, что также является важным признаком, отличающим человека от большинства обезьян.

Для урегулирования социальных отношений бонобо используют не только элементы дружелюбного поведения – поцелуи, объятия и касания, присущие также и обыкновенному шимпанзе, но и сексуальные элементы, причем как во взаимоотношениях между особями противоположного пола, так и своего.

Более того, у бонобо отмечены исключительные языковые способности. Дикие бонобо имеют некое подобие языка, на котором они общаются между собой. До сотни звуковых сигналов и десятки жестов – это не так уж далеко от языка примитивных человеческих племен, которые обходятся несколькими сотнями слов. Неудивительно, что бонобо легко учатся понимать человеческую речь и осваивают язык глухонемых.

Итак, если всех млекопитающих расположить в один ряд: от более простых к более сложным, то в конце этого ряда самым совершенным по строению, самым универсальным по своим возможностям окажется человек, а наиболее близкими ему в этом ряду будут человекообразные обезьяны.

Различия человека и приматов. Человек имеет свои особенности, которые качественно отличают его от животных, в том числе и наших ближайших родственников – человекообразных обезьян.

1. Прямохождение, благодаря которому выпрямляется позвоночник, черепная коробка может развиваться во всех направлениях, что создает возможность значительного увеличения объема мозга; освобождаются руки, что позволяет изготавливать и применять орудия труда.

2. Рука человека отличается от передней конечности приматов большей подвижностью, лучшей противопоставляемостью большого пальца; укреплением ладонного отдела.

3. Имеется различие в строении мозга, которое состоит в основном в меньшей плотности упаковки нейронов в коре, в большем числе дендритов, в большем числе нейронов коры с короткими аксонами и большем количестве (на единицу объема коры) нейроглиальных клеток. Соотношение абсолютного числа нейронов коры человеческого мозга и коры мозга обезьян равно 1,4: 1,0.

4. Хотя структура генов, как уже было сказано, одна и та же для нас и для обезьян, существует разница в характеристике, которая называется «экспрессия генов», иначе говоря, это их активность, скорость, с которой при их посредстве рождаются новые белки. Выяснилось, что в человеческом мозге эта экспрессия в 5 раз выше, чем у обезьян.

Существует мнение, что на каком-то древнем витке эволюции приматов предок человека получил неожиданное преимущество в виде «быстрых» мозговых генов. Другими словами, его мозг начал эволюционировать в 5 раз быстрее. Почему никто из других животных не получил такого дара, остается только гадать, поскольку ответить на этот вопрос невозможно. В чем мы такие разные, уже более или менее понятно, но совершенно не понятно, почему такое различие возникло.

5. Только человек имеет речь и способен передавать информацию, не относящуюся к настоящему моменту. В мозге человека существует область, управляющая понятийной стороной речи. И человек – единственный примат, который благодаря низкому положению гортани способен к членораздельной речи.

Между тем, судя по современным данным, ближайшие родственники человека – шимпанзе, бонобо и горилла – понимают символы, оперируют ими, комбинируют знаки, создавая новые значения. Особенно в этом преуспели карликовые шимпанзе. Например, бонобо по имени Кензи научился общаться с помощью символов, воспринимает слова со слуха без специальной тренировки, быстро устанавливает связь между нарисованным символом и его словесным выражением, понимает смысл простых предложений. Возможно, в природных условиях бонобо способны передавать информацию с помощью символов. Группа американских и японских приматологов недавно обнаружила, что члены одного сообщества, разбиваясь на группки, оставляют друг другу настоящие послания в виде символов: воткнутых в землю палок, положенных на тропу веток, ориентированных в нужном направлении листьев растений. Благодаря таким меткам сородичи могут определять направление движения впереди идущей группы. Эти метки чаще встречаются на развилках или в местах, где невозможно оставить следы на земле, – при переходе через ручей, в заболоченном месте и т. д. Так поступили бы и люди в подобных ситуациях.

6. Имеются существенные различия психики животных и человеческой психики:

– человек оперирует образами и понятиями, содержание которых свободно от ограничений пространства и времени и может относиться к воображаемым, никогда и нигде не существующим событиям, т. е. его мышление абстрактно-логическое в отличие от конкретно-образного мышления животных;

– человек обладает познавательной способностью, основанной на проникновении в структуру мира и построении моделей мира;

– человек может как соблюдать существующие моральные нормы поведения, так и разрушать и саморазрушаться;

– только человек имеет самосознание и саморефлексию, проявляющиеся в способности созерцать собственное существование и осознавать смерть.

7. Человек в отличие от животных не наследует формы деятельности вместе со структурно-анатомической организацией тела. Формы деятельности передаются ему опосредованно, через формы предметов, созданных человеческим трудом. Кроме того, как мы уже говорили, человек умеет изготавливать орудия труда и способен к длительной концентрации внимания, что необходимо для трудовой деятельности.

Таким образом, качественные различия между современным человеком – воплощением высшего этапа развития материи, носителем ее социальной формы, разумным существом, обладающим сознанием, – и самыми развитыми современными обезьянами очевидны. Значительно сложнее оказывается провести грань между первыми гоминидами и их животными предками в «вертикальном аспекте». Для этого попробуем выяснить, как выглядит цепочка наших предков.

1.3. Наши предки: кто они?

Немногие научные проблемы дискутировались столь длительно и эмоционально, сколь и проблема происхождения человека. Антропологи спорят о том, кто из обезьян – шимпанзе, бонобо или гориллы – ближе к человеку, и о том, что послужило толчком к уникальным морфологическим и поведенческим преобразованиям: развитию двуногости, эволюции кисти, увеличению головного мозга, становлению орудийной деятельности, речи, сознания. Нет окончательной ясности и в понимании пути социальной эволюции человека.

Однако наука хотя и медленно, но последовательно заглядывает все дальше в глубь времен.

Родословная человека сейчас исчисляется 44 млн лет, правда, кандидат на ее основателя твердо не определен. Это не мешает, однако, попыткам понять, когда и почему наши далекие предки «встали на ноги», научились изготовлять и применять орудия, обрели «дар речи», какими были сообщества пралюдей и на чем они строились.

Как же выглядит цепочка предшественников современного человека?

Расхождение филогенетических стволов, ведущих к двум семействам антропоморфов, т. е. человекообразным обезьянам и людям (гоминидам), произошло, по разным оценкам, от 15 до 25 млн лет назад. Ископаемые останки древесных обезьян дриопитеков по основным особенностям строения и размерам тела напоминали современных шимпанзе. Многие антропологи считают дриопитеков возможными непосредственными предками всех высших антропоморфов.

Высшего расцвета антропоморфные приматы достигли в неогене. Вероятно, древнейшие человекообразные обезьяны обитали в разреженных лесах на границах лесных массивов и лесостепей.

В этих пограничных местообитаниях и могла произойти дивергенция понгид и гоминид: первые остались лесными обитателями, предки же вторых перешли к освоению все более открытых ландшафтов. Предпосылки для этого заключались, во-первых, в переходе к наземности; во-вторых, во все большем использовании различных орудий для защиты и нападения и, соответственно, в освобождении рук от участия в передвижении; в-третьих, в необходимом совершенствовании двуногой локомоции. Использование орудий (грубо обработанных камней и костей животных) вместе с высокоразвитым социальным поведением позволили древним гоминидам, не имевшим ни острых клыков, ни крепких когтей, ни мощной мускулатуры (сравнимой, например, с таковой горилл), не только обороняться от нападений крупных хищников, но и сделать обычным добывание животной пищи (лишь эпизодически употребляемой шимпанзе).

В качестве же наиболее древнего и примитивного представителя эволюционной линии гоминид рассматривают рамапитека, ископаемые останки которого были обнаружены в верхнемиоценовых отложениях Индии, Кении и Венгрии, абсолютный возраст которых определен в 12 млн лет.

В последние годы специалисты по молекулярной систематике пришли к чрезвычайно интересным выводам относительно времени отделения гоминидной линии от общего с африканскими человекообразными обезьянами предкового ствола. Предполагается, что вначале ответвилась линия гориллы (между 10 и 7 млн лет назад) и только потом (также в миоцене, т. е. 7–6 млн лет назад) произошло разделение гоминоидной линии на гоминидную (австралопитеки, а затем род homo) и пангидную (шимпанзе и бонобо) ветви.

Филогенетическую историю гоминид, в ходе которой постепенно формировались особенности современного человека, разделяют на ряд последовательных стадий:

1) «предшественники людей», или протоантропы;

2) архантропы;

3) палеоантропы;

4) неоантропы.

Протоантропы были представлены австралопитеками. Существуют данные о большом количестве ископаемых остатков высших антропоморфов, принадлежащих к различным формам африканских австралопитеков: австралопитека, парантропа, плезиантропа, зинджантропа, а также homo habilis.

К настоящему времени с территорий Южной и Восточной Африки известны уже остатки не менее чем 500 индивидов. Австралопитеки могли встречаться и в других регионах Старого света. Таким образом, нельзя исключить диффузию австралопитеков в южные районы Евразии. Основная их масса тесно связана в своем расселении с африканским континентом, где они встречаются от Таунга на юге до Хадара на северо-востоке Африки.

Главная часть находок восточно-африканских австралопитеков датируется периодом от 4 до 1 млн лет назад, однако древнейшие двуногие появились здесь еще раньше – 5,5–4,5 млн лет назад. В Южной Африке, где отсутствуют прямые калий-аргоновые датировки и оценка возраста находок производится по косвенным данным, устанавливаются близкие хронологические границы существования австралопитеков: 3–1 млн лет назад.

Что же известно сейчас об этих возможных предках человека – одних из самых древних?

Австралопитеки, обитавшие в Южной и Восточной Африке, во многих отношениях были гораздо ближе к людям, чем любые человекообразные обезьяны. Наиболее существенными морфологическими преобразованиями на данном этапе гоминизации были таковые в скелете и мускулатуре задних конечностей.

Судя по строению их таза и скелета задних конечностей, австралопитеки постоянно использовали двуногое передвижение. Они передвигались на двух ногах и могли проводить много времени на земле. Задние конечности ранних австралопитеков были несколько длиннее, чем у современных шимпанзе или бонобо, а передние – такие же, как у этих обезьян, таз – шире и короче.

Особенности же строения пальцев руки и большого пальца ноги, удлиненные пропорции рук говорят как будто о довольно долгом времяпрепровождении этими существами на деревьях, которые они, видимо, использовали как наиболее безопасное место для сна и отдыха.

Двуногое хождение австралопитеков, видимо, облегчалось их малорослостью. Индивидуальные значения длины тела по большей части попадают в пределы 100–156 см; четко выражен половой диморфизм. Возможно, что малые размеры тела имели адаптивное значение в условиях тепловой перегрузки или недостаточной калорийности пищи. Масса самца австралопитека афарского составляла примерно 45 кг при росте 152,5 см, самка же была существенно меньше: высотой приблизительно 120 см и массой около 27 кг. Поражает, однако, что при сильно выраженном половом диморфизме по размерам тела величина клыков самцов и самок мало различалась.

Средний объем мозговой коробки австралопитеков оставался близким к таковому человекообразных обезьян (522 см3, достигая в отдельных случаях 650 см3).

Пропорции их черепа и особенности зубной системы ближе к соответствующим показателям гоминид, чем понгид. Так, череп вытянутый, небольшой величины, лицо было крупным и выдавалось вперед, подбородок отсутствовал, нос плоский и широкий, основание черепа слабо изогнуто, т. е. механизмы дыхания, глотания и голосообразования были еще примитивными. Из анатомических отличий австралопитека можно отметить строение зубной системы: клыки и резцы короткие, они не выступают над жевательной поверхностью остальных зубов.

Ранние гоминиды обитали в широком диапазоне сухих и полусухих африканских сред – от сезонных лесов до лесистой и травянистой саванны. Они предпочитали занимать открытые пространства. Поскольку доступность животной и растительной пищи меняется там по сезонам, то с наступлением засушливого сезона, когда растительная пища становилась недоступной, австралопитеки, вероятно, достаточно часто использовали мясную пищу, охотясь на различных животных с помощью камней и тяжелых костей крупных копытных: кроликов и зайцев, мышей и крыс, черепах, лягушек и ящериц, на молодых (и слабых) антилоп и низших обезьян.

Можно предположить, что у австралопитеков возникали стоянки, где хранились орудия. Такие стоянки были центрами жизнедеятельности гоминид. Возможно, с определенного момента самцы стали приносить добычу на стоянку. Примечательно и то, что, будучи общественными животными, австралопитеки африканские пользовались пещерами в качестве жилища.

Средняя продолжительность жизни австралопитеков оценивается в 17–22 года. В жизни их сообществ большую роль играла передача опыта от одного поколения другому, что требовало достаточно длительного периода обучения детей.

Можно считать установленным также наличие оформленных мозговых центров Брока и Вернике уже у homo habilis, что позволяет предположить развитие акустической коммуникации у человека умелого – увеличение разнообразия сигналов во время охоты и изготовления орудий, однако эти сигналы не были членораздельными звуками.

Австралопитеки создали костяную и галечную олдовайскую культуру. Они использовали примитивные каменные орудия, сделанные из грубо обколотых ударами галек кварца, кварцита, лавы, а также кости животных, часть из которых была расколота древними людьми (вероятно, для добывания костного мозга).

Следует ли считать австралопитеков примитивными людьми или все же лишь высокоразвитыми человекообразными обезьянами. Некоторые ученые предлагают рассматривать австралопитеков как подсемейство в пределах семейства понгид, другие – как подсемейство в составе гоминид (таких работ большинство); третьи – как особое независимое семейство среди антропоморфных приматов.

До начала 90-х годов XX в. ни один специалист не сомневался, что непосредственная прародина человека – Восточная Африка. Большинство находок австралопитеков и ранних представителей рода hоmо действительно были сделаны на ее широких пространствах (от Эфиопии до Танзании), а также в южной части континента. Это и дало основание предполагать некоторую приуроченность ранних стадий эволюции человека к зоне Великого Африканского рифта (Восточно-Африканской зоне разломов).

Но вот в 1993 г. в Чаде (провинция Бахр-эль-Газаль), т. е. в 2500 км западнее этой зоны, почти в центре континента, найдены останки некоего существа, названного чадантропом, которое по морфологическим характеристикам напоминает австралопитека афарского. Это наводит на мысль о более широком распространении австралопитековых в Африке, по крайней мере в период 3,5–3 млн лет назад.

Долгое время считалось, что австралопитеки являлись единственными предками человека. Однако в 90-х годах в Кении, Эфиопии и Чаде были найдены еще три «подвида» австралопитеков – Australopithecus garhi, Australopithecus anamensis и Australopithecus bahrelghazall. Потом появился еще более древний вид гоминид – Ardipithecus, живший 4,4 млн лет назад. А недавно французские антропологи объявили о находке еще более древнего человекообразного – orrorin tugenensis.

Исследователи назвали найденный ими вид человекообразных Kenyanthropus platyops, т. е. плосколицый житель Кении. Судя по структуре черепа, кениантропы и впрямь имели плоское, более человеческое лицо, чем все различные представители австралопитеков. Зубы кениантропа дают возможность предположить, что его диета сильно отличалась от диеты австралопитеков. Поэтому до поры до времени они не были естественными врагами и могли сосуществовать на одной и той же территории.

Архантропы известны по многочисленным находкам в самых различных уголках Старого света. Первая из этих находок была сделана еще в 1891 г. Е. Дюбуа, обнаружившим на острове Ява ископаемые останки существа, получившего название «питекантроп», или обезьяночеловек. Первоначально разные архантропы рассматривались как представители разных родов: питекантропы с Явы, синантропы из ряда местонахождений на территории Китая, гейдельбергский человек в Европе, атлантропы в Северной Африке и др. Ныне большинство исследователей считают всех архантропов принадлежащими к одному виду hоmо errectus (человек выпрямленный), в пределах которого выделяют до 9 подвидовых форм.

Древнейшие люди были распространены на обширной территории и существовали длительное время. Они были очевидцами значительного изменения климата, рельефа, животного и растительного мира. Климат постепенно ухудшался. Похолодание вело к перестройкам ландшафта и фауны. Теплолюбивые животные и растения вымирали. В фауне появились крупные животные – слоны, носороги, лошади, бизоны, лоси. Все эти перестройки приводили к изменению материальной культуры и поведения древнейших гоминид.

До недавнего времени считали, что архантропы существовали на Земле 700–300 тыс. лет назад, однако новые данные расширяют время существования архантропов до огромного диапазона (2,6–0,2 млн лет назад). В течение столь длительного времени архантропы не оставались неизменными. На этой стадии антропогенеза были сделаны важные шаги по пути морфофизиологического прогресса. Так, емкость мозговой коробки у древнейших архантропов составляла 750–800 см3, тогда как у более поздних – 1225 см3.

Однако все архантропы сохраняли целый ряд очень примитивных (для человека) признаков. Бросаются в глаза такие особенности их черепа, как крайне покатый лоб, переходящий в низкий черепной свод; над глазницами нависал сильно выступающий надглазничный валик, позади которого череп был сильно сжат поперечно (заглазничное сужение), широкие носовые кости, крупные верхние резцы. Челюсти еще сильно выступали вперед, а подбородочного выступа не было.

Общий облик архантропов был уже, несомненно, человеческий, хотя телосложение оставалось очень грубым, а походка на двух ногах была более неуклюжей, чем у современных людей.

Архантропы питались и мясной, и растительной пищей (хотя первая в их рационе, вероятно, преобладала).

Человек прямоходящий создал культуру нового типа – аббельвильскую (по другой терминологии – раннеашельскую), которая обеспечивала сложные формы коллективной охоты на крупных животных. Вместе с останками некоторых архантропов были обнаружены каменные и костяные орудия, более совершенные, чем орудия олдовайской культуры, но в целом еще очень примитивные. В пещере Чжоукоудянь (в 60 км от Пекина) вместе с многочисленными ископаемыми останками синантропов найдены каменные и костяные орудия и самое замечательное – следы костров. Многие имевшиеся здесь же кости животных имели следы обжига. Использование огня для обогревания пещер, служивших жилищем, и для обработки пищи, несомненно, было важным шагом вперед, свидетельствующим о достаточно высоких познавательных и манипулятивных возможностях архантропов. Продолжительность жизни этих древних людей была небольшой; немногие из них доживали до 30–32 лет.

Существуют бесспорные доказательства того, что питекантропы жили и трудились коллективно (охотились, собирали растения, защищались от врагов, возводили постройки на стойбищах). Питекантропы охотились не только на мелких животных. Их добычей могли стать крупные и весьма опасные животные, например, слоны, носороги, махайроды (саблезубые тигры), медведи, буйволы, верблюды, лошади, антилопы, гиены и др. Высочайшим достижением их культуры следует признать приручение одной из сил природы – огня. Кроме того, можно предполагать, что питекантропы имели примитивную речь, коллективную собственность на орудия труда и места обитания, уравнительное распределение всех продуктов труда (первобытный коммунизм).

О выдающейся роли огня в увеличении размеров черепа и мозга человека прямоходящего говорит одна любопытная гипотеза. Что могло сдерживать рост мозга человека? Главным образом, толстые массивные кости лицевого и мозгового отделов черепа. Применение огня для обжаривания мяса облегчало и процесс пищеварения, и процесс пережевывания. Жевать подвергнутое тепловой обработке мясо гораздо легче, чем сырое, следовательно, нагрузка на жевательные мышцы уменьшалась. Тем самым люди с более слабой жевательной мускулатурой и меньшими размерами челюстей перестали быть жертвами естественного отбора. В свою очередь, уменьшение жевательного аппарата повлекло укорочение челюсти, утончение костей черепа и высвобождение места для роста головного мозга, а затем и сам рост головного мозга. Это, конечно, упрощенная схема, не учитывающая генетические механизмы, но она верно описывает направление и культурный фактор эволюции. Метафорически выражаясь, природа решала вопрос, что важнее: огромная челюсть, как у гейдельбергского человека, или же большой мозг, как у венгерского питекантропа. Достижения культуры (орудия труда и огонь) решили в пользу второго.

Архантропы не были бессловесными. Судя по наличию речедвигательной зоны речи Брока, они обладали зачатками речи – лепетом. Отсутствие подбородочного выступа, к которому крепятся мышцы речедвигательных органов, свидетельствует об отсутствии членораздельной речи. Кроме того, гортань была расположена еще достаточно высоко.

Однако человек прямоходящий уже обладал способностью к абстракции и мог обозначать звуками предметы и действия, поскольку стимулом развития средств коммуникации могла быть лишь дифференциация и усложнение смыслового содержания. По мере того как поведенческий опыт включается в коммуникативную сигнализацию, она становится системой знаков для обозначения понятий. Это и есть когнитивный источник для возникновения языка. Можно предположить, что у архантропов звуковые выражения еще были включены в общий комплекс с невербальными формами коммуникации – мимикой и жестами.

В настоящее время преобладает точка зрения, что вид человека прямоходящего эволюционировал в вид человека разумного. Наиболее древние находки последнего датируются возрастом 250–300 тыс. лет. Это значит, что все дальнейшие формы ископаемого человека – протонеандертальцы, неандертальцы, кроманьонцы, современные расы – рассматриваются как варианты одного и того же вида, homo sapiens (человек разумный).

Итак, следующая стадия в эволюции гоминид, палеоантропы, представлена так называемыми неандертальцами, видовое название которых связано с первой находкой ископаемых останков этих людей в долине Неандерталь вблизи Дюссельдорфа. К 80-м годам XX в. в Европе обнаружены останки примерно 200 неандертальцев и протонеандертальцев. Их возраст укладывается в диапазон от 300 до 30 тыс. лет назад. Кроме того, скелетные останки неандертальцев обнаружены в Африке и Азии. Таким образом, неандертальцы, как и архантропы, были распространены практически по всей территории Старого света и очень разнообразны.

Палеоантропы достигли огромного прогресса в увеличении массы головного мозга. Объем мозговой коробки мужчин-неандертальцев в среднем составлял около 1550 см3, иногда доходил до 1600 см3, что соответствует объему мозга современного человека. В ходе последующей эволюции размеры мозга не увеличивались, хотя происходили определенные перестройки структуры мозга.

Классические неандертальцы подобно тяжелоатлетам имели невысокий рост (155–165 см), широкие плечи и огромную физическую силу. Пропорциями своего тела они напоминали современных саамов и эскимосов, людей, морфологически приспособленных к холодному климату и физическим испытаниям. Однако череп неандертальцев сохранял еще многие примитивные особенности: покатый лоб, низкий свод, массивный лицевой скелет со сплошным надглазничным валиком, немного выступающий вперед челюстной отдел, подбородочный выступ был почти не выражен, сохранялись крупные зубы. Лицо у неандертальца довольно узкое и удлиненное. Пропорции тела палеоантропов были в целом близки к таковым современного человека. По сравнению с архантропами у палеоантропов усовершенствовалось строение кисти. Средний рост неандертальцев составлял 151–155 см.

Американский исследователь Ф. Либерман в серии опытов по реконструкции глотки и голосового аппарата неандертальца показал, что он обладал членораздельной речью, хотя говорили неандертальцы гораздо медленнее, чем современный человек. Их речь была беднее и с точки зрения артикуляции.

Палеоантропами была создана культура среднего палеолита. С помощью усовершенствованной технологии классические неандертальцы производили орудия, выделяемые археологами в отдельную культуру мустье (по находкам в пещере Ле-Мустье во Франции). В каменном инвентаре неандартальцев археологи различают до 60 видов орудий.

Неандертальцы первыми из людей обживали Русскую равнину и Южную Сибирь. Главными объектами охоты неандертальцев Русской равнины были мамонты и зубры. Кости и шкуры мамонта служили для постройки долговременных жилищ, в которых устраивался очаг. Южносибирские неандертальцы охотились на лошадей, шерстистых носорогов, бизонов, горных козлов, пещерных медведей. Примерно те же виды животных были главными объектами охоты неандертальцев Западной и Южной Европы.

Охота совмещалась с собирательством, которым занимались женщины и дети, т. е. существовало полоролевое разделение деятельности.

Стоянки палеоантропов, согласно археологическим исследованиям, были в открытых местностях или в пещерах, гротах. Они подразделялись на долговременное жилье с сохранением огня (очагами), на кратковременные охотничьи стоянки и на мастерские по изготовлению орудий.

Имеются неоспоримые доказательства того, что неандертальцы хоронили умерших, соблюдая преднамеренный ритуал, что позволяет предполагать наличие у них достаточно развитого абстрактного мышления. Именно практикой захоронения объясняется полнота и многочисленность обнаруженных скелетных останков неандертальцев.

До сих пор неясно, как произошла смена неандертальского типа людей кроманьонским. Одна из точек зрения заключается в том, что неандертальцы в различных регионах эволюционировали в кроманьонцев. Следовательно, расовые особенности современных людей отчасти обязаны морфологическому разнообразию неандертальцев.

Остается проблемой причина исчезновения классических неандертальцев. На этот счет существует целый ряд гипотез: их истребление более развитыми кроманьонцами; смешение неандертальцев с кроманьонцами; самоистребление неандертальцев в стычках с себе подобными в результате сверхагрессивности; их гибель в результате экологической катастрофы; фантастическая гипотеза об уходе неандертальцев в труднодоступные районы Земли и превращение в «снежного человека».

Стадия неоантропов соответствует человеку современного вида (человек разумный – hоmо sapiens). Древнейшие неоантропы, называемые кроманьонцами (по месту первой находки их ископаемых останков в 1868 г. в гроте Кро-Маньон, на территории французской провинции Дордонь), известны начиная со времени среднего вюрмского оледенения в позднем плейстоцене (около 38–40 тыс. лет назад). В широком смысле наименование «кроманьонец» применяется ко всем людям, жившим в этот период на земном шаре.

Кроманьонцы уже вполне соответствовали антропологическому типу современного человека, отличаясь лишь незначительными особенностями: несколько менее высокий свод черепа, сильнее развита зубная система и др.

Средний объем черепно-мозговой полости у неоантропов составляет 1500 см3. Очевидно, этот объем мозга оказался достаточным для всего последующего усложнения высшей нервной деятельности человека, вплоть до наших дней.

Таким образом, основные морфологические преобразования, происшедшие в процессе формирования неоантропов, сводятся к некоторым структурным преобразованиям головного мозга, но главным образом к изменениям в строении черепа, особенно его лицевого отдела: относительное уменьшение челюстного аппарата, образование подбородочного выступа, редукция надглазничного валика и заглазничного сужения, увеличение высоты черепного свода.

Кроманьонцы были создателями культуры позднего палеолита, характеризующейся высоким совершенством обработки камня и кости, что расширило возможности в охоте на новые виды дичи и делало для них доступными те источники пищи, которые были незнакомы предшественникам. Питаясь кочующими травоядными, мигрирующими птицами, морскими ластоногими и рыбой, человек вместе с их мясом получал доступ к пищевым ресурсам очень широкого диапазона. Еще большие возможности открыло для кроманьонского человека применение в пищу зерен дикорастущих злаков. Существуют доказательства того, что уже 17 тыс. лет назад эти люди изготавливали хлеб в виде простых пресных лепешек, испеченных на раскаленных камнях.

Таким образом, кроманьонский человек питался намного лучше, чем его предшественники. Это не могло не сказаться на состоянии его здоровья и на общей продолжительности жизни, которая возросла до 30–35 лет, сохраняясь на этом уровне вплоть до Средних веков.

Кроманьонцы освоили новые материалы – кости и рога, из которых изготавливались бусы, украшения, статуэтки. С появлением костяных игл, шил и проколок появились принципиально новые возможности в обработке шкур и изготовлении одежды. Крупные кости животных служили также строительным материалом для жилищ древних охотников и топливом для очага.

Кроманьонец уже не зависел от естественных укрытий типа пещер и скальных навесов. Он строил жилища там, где ему было нужно, и это создавало дополнительные возможности для дальних миграций и освоения новых земель.

Еще одним достижением кроманьонцев было изобретение принципиально новых орудий охоты, неизвестных его предшественникам. К ним относятся прежде всего лук и копьеметалка, которая увеличивала дальнобойность копий древних охотников, почти в 3 раза увеличивая дальность их полета и силу удара. Копьеметалки изготавливались, как правило, из оленьих рогов, украшались резными фигурами и узорами. Изобретение лука позволило охотиться из укрытий, к тому же стрела летела дальше и быстрее копья.

Кроме того, именно кроманьонцы были творцами пещерных рисунков, запечатлевших животных мамонтовой фауны, а также древнейших скульптурных изображений и первых музыкальных инструментов. Можно на этом основании утверждать, что с неоантропами возникает искусство.

Кроманьонцы освоили необъятные просторы Сибири, проникли в Америку и Австралию. Как уже упоминалось, они, как и их предшественники, вели образ жизни охотников-собирателей. Очевидно, что жизнь охотников-собирателей невозможна без практических знаний об окружающей природе, а то, что они на самом деле были немалыми, показывают следующие данные этнографии. Австралийские аборигены, которые придерживались традиционного образа жизни, считали съедобными и по-разному называли 240 видов растений, 93 вида моллюсков и 23 вида рыб; еще около 40 видов растений австралийцы использовали в лечебных целях. Даже звездное небо входило в сферу познаний охотников-собирателей, поскольку помогало ночью найти дорогу в пустынной местности. Бушмены, живущие в полупустынях Южной Африки, имеют, как и австралийские аборигены, богатейший фольклор и уходящую в глубокую древность традицию наскальной живописи.

Итак, линия эволюции человека выстраивается следующим образом:

человек умелый (австралопитек), который уже умеет изготавливать орудия труда; охота становится организованным процессом, строятся убежища, дети дольше остаются около матери, постепенно развивается общественный образ жизни; объем мозга – 520–650 см3;

человек прямоходящий, с его появлением начинаются великие миграции в сторону Азии, а затем Европы. Миграции в Европу связаны с первыми успехами в овладении огнем; объем мозга – 900 см3.

человек неандертальский – ранняя форма hоmо sарiens, формируется абстрактно-логическое мышление, объем мозга – 1200–1600 см3;

человек разумный – кроманьонец, объем мозга – порядка 1600 см3. После кроманьонца человек не изменялся генетически.

Из приведенных выше данных следует, что от верхнего плейстоцена до нашего времени, т. е. на протяжении 4 млн лет, мозг гоминид увеличился в 3 раза и что средняя скорость этого прироста составила около 50 см3 на 100 тыс. лет.

Эволюцию мозга гоминид следует считать особым процессом, так как, во-первых, это был один из наиболее быстрых процессов макроэволюции в истории животного мира, а во-вторых, он привел к возникновению уникального явления, каковым является человеческая психика.

Теперь возникает вопрос, где же грань между человеком и животным? Можно ли выделить последнюю обезьяну и первого человека в цепи эволюции? Ответив на этот вопрос, ученые смогут прийти к единой точке зрения и восстановить процесс антропогенеза. Пока же существуют различные мнения.

После того как классиками марксизма было дано определение человека как высшей ступени развития животного мира Земли, продукта общественно-исторической деятельности и культуры, а основным фактором его становления признан труд, установилось мнение, что рубежом между животными и формирующимися людьми была орудийная деятельность. Начало примитивной трудовой деятельности было связано с развитием абстрактного мышления и зарождения элементов членораздельной речи. Следовательно, морфологический аспект грани между человеком и животным характеризуется появлением черт приспособления к трудовой деятельности, в первую очередь рук и мозга. Верхние конечности у приматов наравне с функцией применения орудий осуществляют перемещение в пространстве. Для развития руки, способной к тонкому манипулированию, нужен был переход к прямохождению.

Согласно наиболее распространенному мнению таксономический критерий семейства гоминид и его подразделений должен быть морфологическим, палеонтологическим. Только такой критерий может явиться основой для определения филогенетических взаимоотношений и позволяет объединить в рамках единой системы неонтологические и палеонтологические таксоны.

Морфологический критерий гоминид базируется на развитии важнейших структурных комплексов гоминизации, по которым человек в наибольшей мере отличается от других приматов и которые, следовательно, подверглись самым значительным эволюционным изменениям (прямохождение, мозг, рука, дентиция). Все эти системы в той или иной степени отражают изменения в поведении, степень адаптации к трудовой и культурной деятельности. Существует довольно широкий спектр мнений по поводу нижней границы семейства гоминид: от признания первым гоминидом понгидообразных рама– и сивапитеков до точки зрения, что истинным гоминидом является только homo sapiens.

Существует также мнение, что надежным критерием различения человека и животных является объем и строение мозга. Рубиконом может служить объем мозга 700–750 см3. Однако данный параметр не может служить четким критерием, так как известно, что мозг современного человека подвержен значительным индивидуальным вариациям. Возможно, это касается и мозга наших отдаленных предков.

По убеждению Я. Я. Рогинского и Дж. К. Кларка, первичным этапом эволюции было формирование особенностей костей конечностей и туловища, связанных с прямохождением: изменение строения грудной клетки, руки, структуры таза, конечностей, характерный изгиб позвоночника, одновременное увеличение черепа и мозга.

Другие ученые полагают, что морфологическим перестройкам и появлению чисто человеческих признаков также предшествовали обогащение рациона питания благодаря всеядности и в связи с этим изменение поведенческих реакций и формирование прямой походки.

Многие специалисты считают первым бесспорным гоминидом homo habilis, чей гоминидный статус доказывается прямохождением, высоким уровнем церебрализации, признаками орудийной деятельности на кисти и ассоциацией с орудиями олдувайской культуры. Большинство систематиков включают в семейство гоминид всех австралопитеков как двуногих гоминоидов, уже освоивших в той или иной мере новую адаптивную нишу и, следовательно, прибегавших к использованию, а затем и изготовлению искусственных средств культурной адаптации в новой экологической обстановке или потенциально способных к такой деятельности. Таким образом, за основу принимается морфологический комплекс прямохождения, который формировался опережающими темпами в сравнении с другими системами гоминизации и являлся первым и необходимым условием перехода к трудовой деятельности. Австралопитеки уже были высокоразвитыми прямоходящими гоминоидами, т. е. удовлетворяли главному условию систематического критерия гоминид. Уровень развития мозга и особенно руки у них был тоже выше, чем у современных приматов.

1.4. Концепции антропогенеза

Гоминизация (от лат. homo – человек) – процесс очеловечения обезьяноподобного предка от появления первых специфически человеческих особенностей до возникновения вида человека разумного (homo sapiens). Это комплексный феномен, включающий развитие прямохождения, прогрессивные преобразования мозга и особенно его эволюционно более позднего отдела – неокортекса, адаптацию руки к трудовой деятельности, изменения зубочелюстного аппарата, формирование членораздельной речи, концептуального мышления, сознания, интеллекта, перестройку онтогенеза, развитие социальной организации, материальной культуры и другие аспекты.

Чем же объяснить генезис гоминизации?

На эту проблему существует множество различных взглядов. Всем известна теистическая концепция, согласно которой Бог создал человека по образу и подобию Своему. Мир появился потому, что так сказал Бог. Вот единственная причина его сотворения. В данной концепции отсутствует то главное, что делает эту теорию научной, – объяснение естественных причин и закономерностей появления и развития мира и человека. Но и по сей день она распространена, хотя в 1950 г. папа Пий XII в специальной энциклике «Происхождение человека» согласился с правомерностью эволюционного взгляда на возникновение человеческого тела, подчеркнув, что душа человека создана Богом.

Справедливости ради нельзя оставить без внимания еще одну теорию антропогенеза. Ее особенно любят фантасты, но к ней же склоняются и некоторые ученые. Она привлекательна тем, что освобождает человека от неприятной для многих связи с животным миром вообще и обезьянами в частности и не требует непременной веры в Бога. Это теория внешнего вмешательства. У нее тоже немало вариаций, простейшая из которых такова: в незапамятные времена на Землю высадились инопланетные гуманоиды, которые по какой-то причине утратили связь со своим миром и постепенно одичали, после чего история земной цивилизации началась как бы с нуля.

Другая версия сводится к тому, что высокоразвитая цивилизация инопланетян (необязательно гуманоидов) вырастила в пробирке или вывела путем селекции популяцию разумных существ, наиболее пригодных для земных условий, и люди – прямые потомки этих существ.

Наконец, есть предположение, что гуманоиды-предки дали начало роду человеческому, скрещиваясь с земными приматами. Но в этом случае теория внешнего вмешательства теряет всю свою прелесть, потому что в число предков человека вклиниваются-таки обезьяны. А если принять тезис о происхождении человека от обезьяны, то инопланетяне становятся, по сути, и не нужны.

Как и всякая теория, претендующая на научность, идея происхождения человека в результате вмешательства извне имеет свою систему доказательств. Даже если оставить в стороне таинственные рисунки в пустыне Наска, изображения космонавтов в скафандре на стенах пещер, необъяснимые знания некоторых первобытных племен о звездах, которые нельзя увидеть невооруженным глазом, и другие подобные факты и явления, все равно у сторонников инопланетной теории останется главный козырь – кости человека разумного и металлические изделия в слоях земной коры, возраст которых сотни тысяч и даже миллионы лет.

Если принять во внимание эти находки, то получается, что человек разумный – не потомок австралопитеков и питекантропов, а их ровесник, что возможно только в том случае, если разумная жизнь привнесена на Землю извне.

Впервые в истории науки близко к правильному пониманию проблемы происхождения человека подошел французский ученый-естествоиспытатель Ж. Б. Ламарк. Он считал, что когда-то наиболее развитое «четверорукое» перестало лазить по деревьям и приобрело привычку ходить на двух ногах. Через несколько поколений новая привычка укрепилась, существа стали двурукими. Вследствие этого изменилась и функция челюстей: они стали служить только для пережевывания пищи. Произошли изменения и в строении лица. После завершения «реконструкции» более совершенная порода должна была, по мнению Ламарка, расселиться по всей Земле в удобных для нее областях и изгнать все другие породы. Таким образом, их развитие прекратилось. Из-за роста потребностей новая порода совершенствовала свои способности и в конечном счете – средства к существованию. Когда общество таких совершенных существ стало многочисленным, возникли сознание и речь.

И хотя Ламарк не смог вскрыть причины человеческого генезиса, его идеи оказали огромное влияние на развитие научной мысли, в частности великого английского естествоиспытателя Ч. Дарвина, с именем которого неразрывно связана победа эволюционного учения.

Дарвин собрал и обобщил огромный материал, накопленный до него наукой, и выдвинул концепцию происхождения человека от высокоразвитых обезьяноподобных предков путем последовательных изменений в результате естественного отбора. Его теория дала причинное объяснение развития видов и показала, что нет ничего противоестественного в происхождении человека.

Великий естествоиспытатель считал, что происхождение человека от более низких форм жизни доказывается, во-первых, сходством в строении тела и его функциях у человека и у животных, во-вторых, сходством некоторых признаков зародыша и его развития, в-третьих, наличием у человека рудиментарных (унаследованных от низших животных) органов. Последнему признаку Дарвин уделил гораздо больше внимания, чем двум первым. Дело в том, что первые два доказательства признавали и противники его теории, в том числе и защитники религии: ведь они не противоречили христианскому мифу о божественном творении человека. Но было совершенно ясно, что разумная «воля Творца» не могла «сотворить» бесполезные органы у человека (например, маленькую соединительную перепоночку во внутреннем углу глаза – остаток мигательной перепонки рептилий, или волосяной покров на теле, копчиковую кость, аппендикс, грудные железы у мужчин).

Подробно рассмотрел Дарвин и «способ» развития человека от некой низшей формы. Творец эволюционной теории постарался учесть при этом все возможные факторы: влияние среды, тренировки отдельных органов, остановки в развитии, связь между изменчивостью различных частей организма. Он отметил, что огромное преимущество по сравнению с другими видами живых существ люди получили благодаря прямохождению, формированию руки, развитию мозга, возникновению речи. Все эти свойства, по мнению Дарвина, человек приобрел в процессе естественного отбора.

К недостаткам дарвиновских положений следует отнести переоценку роли естественного отбора в истории развития стран и народов. Дарвин не смог выделить основное свойство развившегося человека и поэтому утверждал, что между человеком и обезьяной нет качественных различий. Отсюда неправильное представление о роли труда в процессе эволюции человека, непонимание значения его способности к труду, к общественному производству. Вот почему Дарвин не мог осветить обратное влияние общественного производства на естественный отбор, показать, что с возникновением человека на смену биологическим законам пришли социальные закономерности.

Решающим фактором гоминизации явилась трудовая деятельность. Вопрос о качественном своеобразии этого процесса впервые был решен Ф. Энгельсом, выдвинувшим концепцию – трудовую теорию антропогенеза, которая в своем первоначальном классическом варианте была изложена в его известной работе «Роль труда в процессе превращения обезьяны в человека», написанной в 1873–1876 гг. и впервые опубликованной в 1896 г.

Основу концепции Энгельса составляет понятие о труде как первом основном условии всей человеческой жизни, и притом в такой степени, что мы в известном смысле можем сказать, что «труд создал самого человека». В названной работе устанавливается последовательность основных этапов гоминизации с выделением прямохождения как решающего шага на пути очеловечения обезьяны; дается определение руки как органа и продукта труда; рассматривается возникновение звукового языка и членораздельной речи, человеческого мышления как следствия общественного развития; подчеркивается качественное своеобразие антропогенеза как процесса активного приспособления человека к среде, экологическое превосходство человека разумного над другими видами.

Энгельс считал, что труд не отменяет действия биологических законов, но преобразует характер действия естественного отбора. Труд в процессе становления развивает в человеке способность преобразовывать природу по своим меркам, а также способствует формированию самого человека. Именно с трудовой деятельностью Энгельс связывает развитие речи, руки, мозга, мышления, сотрудничество людей и сплочение их в социальные коллективы. Причем важным моментом является то, что любой труд связан с изготовлением орудий труда, в которых закрепляется социальный опыт человека, его навыки, умения, способ мышления. Орудия труда являются и основным способом передачи социального опыта, т. е. лежат в основе новой, социальной формы наследования, которую Дарвин не рассматривал.

Очевидно, переход к изготовлению орудий произошел на анатомической основе, характерной для австралопитеков и еще очень близкой к таковой высших человекообразных обезьян. С этим был согласен и К. Фабри. По его мнению, только обезьяна (конечно, не современная) могла стать предком человека. Одной из предпосылок антропогенеза, считает он, было развитие руки, точнее ее гаптических (хватательных) способностей, обязательных для манипулирования предметами. Передние конечности должны быть свободны и как можно меньше участвовать в передвижении. Обезьяны передвигались по деревьям на задних конечностях, хватаясь за ветки. Подобный способ передвижения способствовал усилению подвижности пальцев и противопоставлению первого пальца остальным. Рука развивалась в сторону увеличения полноты обхвата предметов и увеличения гибкости, вариабельности хватательных движений. В связи с этим улучшались возможности для манипулирования. А манипулирование – это естественная потребность обезьян. По мнению Фабри, только такое развитие могло служить достаточной эволюционной основой для зарождения употребления орудий труда. Он обратил внимание на то, что в природных условиях деятельность обезьян очень ограниченна (гнездостроение, обработка съедобных плодов, минимальная орудийная деятельность). В искусственных же условиях, например в клетке, где мало предметов для манипулирования и внимание обезьяны не распыляется, она способна решать очень сложные задачи, что говорит скорее о потенциальных возможностях этих животных, чем о характере их естественного поведения, это рудименты прежних способностей. Поэтому можно предположить, что наш общий предок был лучше развит, чем современные обезьяны.

При каких же условиях биологическая способность использовать орудия смогла перерасти в трудовую деятельность? Фабри полагает, что для этого должны были наступить коренные изменения в поведении нашего предка в результате экстремальных условий. Как у обезьян в пустой клетке происходит коренная перестройка манипуляционной активности, так и наш предок должен был попасть в подобные обедненные условия.

И действительно, в конце миоцена и в плиоцене началось быстрое сокращение тропических лесов в связи с природными катаклизмами. Большинство их обитателей вымерло. Выжившие же оказались в полуоткрытых, даже открытых местностях. Преимущество имели те, кто смог выработать походку на двух ногах, освободив руки. По-видимому, выжил только наш непосредственный предок. И в обедненной среде обитания, где было мало предметов, у него возникли такие формы манипулирования, которые привели к сильной концентрации психомоторной активности, к орудийной деятельности, созданию орудий труда, к общественной жизни, появлению речи. Следовательно, по мнению Фабри, становление человека и общества – процесс взаимосвязанный, процесс антропосоциогенеза, и главная роль в нем принадлежит трудовой деятельности.

Таким образом, на данном этапе гоминизации главную роль сыграло не столько увеличение объема мозга (размеры которого близки у австралопитеков и понгид), сколько изменение качества его работы, связанное со значительным возрастанием числа межнейронных связей и обусловившее существенные перестройки поведения (в частности, широкое использование орудийной деятельности).

Однако многие исследователи трудовую теорию антропогенеза Энгельса считают ошибочной. Обезьяна стала ходить на двух ногах не оттого, что она взяла в лапы орудие труда – палку, как утверждал Энгельс. В южной Италии, например, обнаружены следы ориопитеков – прямоходящих приматов, живших 8 млн лет назад. О какой трудовой деятельности тогда могла идти речь? Более того, существуют карликовые шимпанзе, которые изначально ходят на двух ногах, используя руки точно так же, как люди. Но от этого они не перестают быть шимпанзе и в людей не превращаются.

Кроме того, теория Энгельса не выдерживает критики и с точки зрения психологии. Трудовое усилие совершается только после того, как мозг завершит какую-то мыслительную операцию. Тогда уж надо говорить о первичности мысли, а не трудовой деятельности. В любом действии нужны план его реализации, абстрактное мышление, логика, нужна структурированная мысль. На это обезьяна принципиально не способна. Она не концентрирует мысль, она мыслит хаотично: видит банан – хватает, видит яблоко – переключается на яблоко. Поэтому сознанием обезьяны невозможно управлять. Она утратила разум, остались только эмоции и инстинкты.

Таким образом, то, что труд создал человека, – это метафорическое утверждение, схема, упрощение. Речь идет о том, что в процессе своего развития предок человека, еще животное, вынужден был накапливать такие средства и навыки выживания, которыми его природа не наделила, и он вынужден был дополнить их своим интеллектом. Конечно, не таким могучим, как у настоящего человека. Но все-таки достаточным, чтобы усовершенствовать свою жизнь. Животное начинает не просто использовать палку или камень для добычи пищи, а изготавливает эту палку или другое орудие, полезное для добывания пищи. С этого момента и начинается человек.

Трудовая деятельность стала важнейшим фактором дальнейшей эволюции человека. Поскольку использование орудий при высокоразвитой социальности (начинавшей формироваться еще у низших антропоидов) давало человеку огромные преимущества и позволяло осваивать новые места обитания и новые природные ресурсы, естественный отбор благоприятствовал таким изменениям организации древних людей, которые позволяли совершенствовать трудовую деятельность и социальное поведение. Это были в первую очередь прогрессивные изменения структуры и массы головного мозга, а также мускулатуры и скелета передних конечностей, развитие механизмов тонкой нервной координации движений. Далее отбор благоприятствовал развитию у людей ...

Конец ознакомительного фрагмента

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную версию.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.