Выбрать главу

Введение.

Богдан – подросток. Как и всякий подросток, он учится в школе, гоняет с приятелями на велосипеде и даже иногда ходит на рыбалку. Конечно, у Богдана есть мама и папа. А еще – две младшие сестры, погодки Тоня и Таня. Тоня серьезная и вдумчивая, Таня шумная и шаловливая. В общем - обычная семья.

А еще родители Богдана ходят в Храм Божий. И детей, конечно же, берут с собой. Сколько Богдан себя помнит, жизнь его семьи тесно связана с Церковью, с православным христианством. Утренние и вечерние молитвы, исповедь и Святое Причастие – все это хорошо знакомо и Богдану, и Тане, и Тоне.

Конечно, в семье чтят православные праздники – и двунадесятые, и великие, и дни памяти святых… И у Богдана, и у его сестер возникает множество вопросов. В честь какого события Священной Истории установлен тот или иной праздник? Что мы приобретаем, когда празднуем его? И так далее…

Папа с мамой стараются отвечать так, чтобы их любимым чадам было понятно. А иной раз об одном и том же празднике происходит несколько бесед – и такое бывает.

Мы подслушали некоторые их разговоры, и передаем их вам.

2 сентября. Пророка Самуила.

Однажды Богдан спросил папу.

- Пап, а церковный новый год действительно начинается в сентябре?

- Да, сынок, - сказал папа.

- А почему не в январе?

Папа пожал плечами.

- Я точно не знаю, - сказал он. – Но мне приходилось читать, что так христиане празднуют прекращение многовековых гонений на христианство в Римской Империи. Именно 1 сентября 312 года римский император Константин Великий одержал важную для себя и государства победу. Константин считал, что эта победа одержана им с помощью Иисуса Христа, и поэтому дал христианам полную свободу исповедовать свою веру. Спустя 13 лет, на Первом Вселенском Соборе, было решено считать именно 1 сентября началом нового года – как память того, что над головами верующих больше нет занесенного топора палача. Но лично мне кажется, что начинать новый год осенью правильно и с Библейской точки зрения. Дело в том, что в Писании много ссылок на лунный календарь, который очень распространен на Востоке. А день по лунному календарю начинается вечером. Как сказано в первых же строчках Писания: «И был вечер, и было утро: день один» (Быт. 1, 5). А какое время года можно было бы назвать «вечером года»? Конечно же - осень!

- Пап, то есть сегодня – новый год? – воскликнул Богдан. – Сегодня ведь первое сентября!

- Сынок, сегодня второе, - поправил сына папа. – Причем, по светскому, григорианскому календарю. А Русская православная Церковь пользуется более древним календарем, юлианским, который ввел Юлий Цезарь за 45 лет до рождения Иисуса Христа. Это более справедливо, сынок, ведь император Константин провозгласил свободу христианской проповеди 1 сентября 312 года именно по календарю юлианскому! Григорианский же календарь был введен намного позже – в 1582 году, и ввел его папа римский Григорий 13-й. Эти два календаря отстоят друг от друга на две недели. То есть по светскому календарю начало нового круга православного Богослужения приходится на 14 сентября.

- Да… - разочарованно протянул Богдан.

Ему было обидно, что до церковного Новолетия еще целых 12 дней.

- Но ведь сегодня есть какой-то церковный праздник, папа?

- Конечно, - сказал папа. – «Праздник» - это день, свободный от повседневной суеты, и в православии есть праздники на каждый день. Конечно, полностью отрешиться от повседневных забот получается только во время самых больших праздников – Пасхи, Рождества Христова, или, скажем, Крещения Господнего. Но и каждый обычный день мы стараемся хотя бы чуть-чуть освободиться от суеты, хоть немного времени посвятить тому, что вводит нас в вечность! В это время мы молимся, читаем Писание и другую душеполезную литературу. А еще вспоминаем те или иные события Священной Истории – или ветхозаветной поры, или времени Вочеловечения Господа, или более поздних веков, вплоть до нашего времени. Мы стараемся не забывать, как люди всех эпох искали Господа, и как Господь выходил навстречу этим людям.

- А сегодня какой праздник? – спросил Богдан.

- Надо посмотреть в календаре, - сказал папа.

Он взял с полки толстый церковный календарь, полистал его.

- Сегодня Церковь чтит память пророка Самуила, - сказал папа.

Богдан помолчал – имя Самуила он, конечно, слышал, но не мог вспомнить, что именно сделал этот человек.

- Это тот человек, которого предала и подстригла жена? – сказал, наконец, он.

- Нет, - ответил папа. – Того человека звали Самсон, и жил он немного раньше Самуила (Суд. Гл. 13-16). Но о Самсоне поговорим в другой раз. А пророк Самуил был последним из великих Судей народа Израильского. Именно его Предание считает автором одной из книг Ветхого Завета – книги Судей.

- А-а! – протянул Богдан.

О «Книге Судей» он, разумеется, знал и даже когда-то пробовал ее читать.

 - Имя этого человека означает «услышанный Господом», но вообще-то все началось с того, что Господь услышал молитвы его матери (1 Цар. Гл. 1), - сказал папа. - Маму будущего пророка звали Анной, и у нее долгое время не было детей. В те времена бездетность считалось большой бедой, и люди подолгу умоляли Господа, чтобы Он дал им дитя. Так и Анна молила Господа о даровании ей сына, говоря, что если сын родится, она отдаст его Господу на все дни жизни его. Поскольку Анна была из колена Левина, то эта клятва означала, что вся жизнь ее сына будет связанна с храмовым служением, ведь именно из этого колена происходили и священники, и их помощники – левиты. Женщина молила Господа долго, неотступно, и наконец, Господь исполнил ее просьбу. У Анны родился мальчик, и с раннего возраста он был отдан в дом Господень (в то время это был переносной Храм – Скиния), и помогал там священнику. Священника этого звали Илий.

- А мама не скучала по нем? – спросил Богдан.

- Скучала, наверное, - ответил папа. – Но, во-первых, она сама обещала Господу так поступить, а свои обещания нужно выполнять! Во-вторых, она имела возможность видеться с сыном, когда приезжала к дому Господнему во время какого-нибудь праздника. В те времена, как и сейчас, было вполне нормальным посещать Храм всей семьей (1 Цар. 1, 21). А в-третьих, Господь дал Анне еще детей. Потом у нее родились еще три сына и две дочери, и это, конечно, помогало ей проще переживать разлуку с Самуилом. А Самуил помогал Илию, помогал ему со всем усердием – он был очень старательным и честным мальчиком. Такой помощник был утешением для Илия. Дело в том, что у Илия были сыновья, но он не смог их правильно воспитать (1 Цар. Гл. 2). Сыновья Илия выполняли священнические обязанности плохо, они смущали народ – ведь для простых людей священник должен быть примером благоговейного отношения к любой святыне, а эти нерадивые люди примером быть не могли. За это Господь гневался на Илия – ведь родители отвечают за то, как они воспитали своих детей! В итоге, Илию было сообщено, что его сыновья умрут в один день, а Господь изберет Себе священника верного (1 Цар. 2, 35), и этот священник верный не будет из потомков Илия.

- Этим верным священником стал Самуил? – догадался Богдан.

- Да, сынок, - ответил папа. – Он был еще отроком, когда Господь открыл Себя ему и говорил с ним в первый раз (1 Цар, гл. 3). Тогда Господь подтвердил, что Илий и его потомки будут наказаны за то, что не смогли нести священнический долг как нужно. А потом было вот что, - папа открыл Библию и прочел: - «И возрос Самуил, и Господь был с ним; и не осталось ни одного из слов его не исполнившимся. И узнал весь Израиль, что Самуил удостоен быть пророком Господним… И был Самуил судьей Израиля во все дни жизни своей; из года в год обходил он города и судил Израиля» (1 Цар. 3, 19-20; 1 Цар. 7, 15).

Папа отложил Библию.

- Интересно то, что и Самуилу не удалось достойно воспитать своих сыновей, - сказал он. - Состарившись, Самуил поставил их судьями над народом, но сыновья не были такими благочестивыми и старательными, как он. Они брали подарки (сейчас бы сказали – были взяточниками) и судили народ несправедливо (1 Цар, 8, 1-3). Равнодушие к деньгам и справедливый суд – это всегда так трудно для потомков Адама! Видишь, как бывает – Самуил был великим пророком, очень честным человеком, но, как и Илий, в деле воспитания собственных детей он потерпел поражение.