Напряжённо разглядывая Нигана, Джейд была безгранично удивлена, когда он раздосадованно кивнул, поверив ей. Сердце почему-то колотилось в груди как сумасшедшее, а тяжёлый вздох облегчения стискивал гортань. Хоть что-то в последнее время ей удалось — даже такая мелочь, как формальная ложь, приятно грела душу, заставляя Джейд снова вернуться к мысли, насколько необходимо искупить свою вину перед Риком. Такими вот песчинками реабилитироваться в его глазах, какими угодно способами.
— Что думаешь, малыш Дуайти? — поинтересовался Ниган. В голосе его звенели разные вариации гнева, начиная от простого возмущения и заканчивая губительной яростной оскорблённостью.
— Думаю, нужно сначала взглянуть на всё, — рационально предложил Дуайт, который, в отличие от своего лидера, выглядел предельно спокойным. — Проверить его камеру, узнать, как был открыт замок, осмотреть тело Жирного Джо. Потом уже строить теории.
— Вот поэтому ты моя правая рука, малыш Дуайти, — Джейд почему-то показалось, что мужчина не совсем в восторге от этого прозвища, но это так и осталось каким-то неподтверждённым аспектом взыгравшей интуиции. — Всегда трезво мыслишь и совсем не умеешь быть импульсивным.
Одобрительно похлопав подчинённого по плечу, Ниган расцвёл в широкой улыбке:
— Шер-р-ри! — прохрипел он, приветствуя стоящую неподалёку жену. — Ты знаешь, как дорога меня выматывает, поэтому решила скрасить моё возвращение своим присутствием, какая умница!
Джейд закатила глаза — привычка Нигана перепрыгивать с эмоции на эмоцию почти доконала её. Ни морально, ни умственно она не могла поспеть за этими метаморфозами и уловить грань, когда ярость как по волшебству перетекает во флирт, а смятение оборачивается хлёстким и главное метким порывом задеть за живое.
Шерри выглядела отстранённой и собранной, подходя ближе. Только тонкие руки, сложенные на талии поверх атласной ленты платья, выдавали какую-то напряжённую опаску и глубокую тревогу, которая могла иметь совершенно любое происхождение. Джейд невольно подумала, что на месте любой из жен Нигана она бы уже давно сошла с ума: ношение день за днём элегантных, но всё же траурно-чёрных платьев воспринималось ею каким-то изощрённым способом насилия над личностью.
— Привет, — безлико поздоровалась Шерри.
— Привет? — недоумённо переспросил лидер Спасителей, щурясь с едким пренебрежением. — Даже не поцелуешь мужа?
Девушка приподняла бровь, но всё же решила пойти по пути меньшего сопротивления — потянулась к Нигану, собираясь исправить своё упущение. Он, судя по всему, был рад такому повороту, поэтому сгрёб её в охапку, обвив точёную талию и прижимая к себе.
Джейд всегда была не в восторге от публичного выражения чувств, а в сложившейся ситуации и подавно. То ли от неловкости, то ли от неприязни, то ли от чего-то ещё заныла шея, которою пришлось разминать, прижав руку к позвоночнику. Дуайт тоже не знал, куда деть глаза — мужчина пялился себе под ноги, сцепив руки за спиной. Что-то в его позе почти натолкнуло Джейд на мысль о ревности — она перевела взгляд на целующуюся парочку, потом снова на «малыша Дуайти» и обратно, но окончательно оформить теорию в своей голове так и не смогла.
Ещё пару секунд она позволила себе вторгаться в чужую личную жизнь, бессовестно разглядывая Нигана и Шерри, прижатых друг к другу, но потом опомнилась: тяжело вздохнув и ещё раз размяв ноющую шею, последовала тактике Дуайта — уставилась в асфальт, в который раз найдя там любопытную трещину и фокусируя на ней всё своё внимание.
— Возьми пару человек, осмотри всё, что только что назвал. Отчитаешься, как закончишь, — обратился Ниган к Дуайту, отлипнув от своей жены с довольной ухмылкой мартовского кота. Следующее указание было адресовано Шерри: — Отведи Джейд к Вивьен, она собиралась читать ей какую-то занудную проповедь.
— Что, прямо сейчас? — недоумённо возмутилась Джейд. Она как минимум надеялась привести себя в порядок, избавиться от окровавленной одежды и относительно разложить по полкам хаос в голове. А ещё провести хотя бы пару часов в одиночестве, не разговаривая ни с кем и тупо переваривая произошедшее.