– Э-э… Вы кто такие, а? – выпалил тот, сбитый с толку этими уловками.
– Ты на чем сидишь? – вопросом на вопрос ответил Тыгуа.
– Э-э… Чего? – судя по всему, наш новый знакомый не блистал интеллектом.
– Под жопой у тебя что, спрашиваю?
– Ну, это… Ящик!
– А что внутри?
– Взрывчатка! – кто-то из товарищей пришел на помощь окончательно сбитому с толку фрогу.
– Правильно, взрывчатка. Ну вот и мы оба вроде как при ней, смекаешь?
Я мысленно поаплодировал учителю. Он мастерски перехватил инициативу и теперь играл с собеседником, заставляя его теряться в сомнениях. Я, признаться, тоже не понимал, куда клонит Тыгуа. Все бы ничего, но этот парень здесь не один…
– Так вас послал Коджуро? – вступил в беседу старый, толстый, покрытый жуткого вида шрамами фрог. – Так бы и сказал сразу, чего мозги нам пудришь…
– Не знаю никакого Коджуро, – покачал головой Тыгуа. – Первый раз о таком слышу.
Губы толстяка тронула еле заметная усмешка. Ага, вот в чем дело, сообразил я. Учитель только что избежал расставленной ему ловушки.
– Ну а все-таки, парни, – голос толстяка был обманчиво мягок. – Каким ветром вас сюда занесло?
– Послушай, приятель, – веско проговорил Тыгуа. – Я подрывник, ясно? Со мной связались очень уважаемые фроги. И попросили присмотреть за этим дерьмом, – он похлопал по ящику. – Мы с напарником в этом хорошо разбираемся, в отличие от вас.
– Да что за фроги-то? – толстяк приподнял бровь.
– Никаких имен! – отрезал Тыгуа. – Я же сказал: серьезные фроги. Фроги, которым я кое-что должен, понимаешь? Иначе черта с два мы бы ввязались в эту бучу.
– Ну ладно, допустим… Значит, умеешь с этими штуками обращаться?
– Я вроде так и сказал, – Тыгуа пожал плечами.
– Сможешь мост разнести, если потребуется?
– Да как два пальца… Детонаторы есть?
– Эт чего такое? – удивился толстяк.
– Ну, или пистоль, какой не жалко… В крайнем случае, можно и просто порохом, знаю я одну фишку…
– Найдем, если что, – толстяк как-то по-новому, с уважением, посмотрел на учителя.
После этого разговора вопросов к нам вроде как больше не возникало, но Тыгуа, улучив момент, когда поблизости никого не было, быстро шепнул: «Не расслабляйся, Эд!» Как будто я сам не понимал ситуации…
Утро занималось туманное. Легкий бриз лениво катил над водой косматые клубы самых фантастических очертаний. Поначалу все восприняли это с энтузиазмом – но вскоре выяснилось, что палка, как водится, о двух концах: мы не могли полностью расправить веерный парус без опасения врезаться в берег или сесть на мель. После какой-то четверти часа ругани и пререканий экс-каторжане нашли выход из положения: на воду спустили крохотный ялик. Туда сошла парочка фрогов; один сел на весла, другой, с длинным шестом, промерял глубину и следил, чтобы «Арлекинова рыба» не налетела на корягу. Дважды мы слышали далекий рокот винтов – это здорово действовало на нервы. Наконец туман стал редеть.
– Все хорошее когда-нибудь кончается, – философски заметил устроившийся неподалеку фрог.
Я бросил на него внимательный взгляд. В отличие от большинства бунтовщиков, облаченных в грязные тюремные робы или вещи явно с чужого плеча (последние, вероятно, были чуть более дальновидны), этот парень носил жилет из выгоревшей почти добела парусины и ветхие штаны чуть ниже колен из того же материала. Одежда сидела на нем так, словно составляла одно целое с кожей: сразу видно, он таскал свои шмотки не один год. Вдобавок, они были чистые. Не каторжанин, стало быть – член команды, кто же еще? Интересно…
– В самую точку, приятель. Еще полчаса – и мы будем как на ладони, – кинул я пробный шар.
– Думаешь? – он ухмыльнулся. – У шкипа есть в рукаве пара трюков.
– Что за трюки?
– Скоро увидишь.
– Ну хоть намекни.
Новая ухмылка. Да, разговорить этого типа будет непросто. В принципе, информацию можно выудить из любого – надо лишь нащупать любимую струнку, зацепить – и потом изредка подавать наводящие реплики. Он сам тебе все расскажет, человек ли, фрог, неважно… В теории все кажется просто, но попробуйте как-нибудь применить этот способ на практике!
Шкипер «Арлекиновой рыбы» и в самом деле оказался парнем не промах: не успели рассеяться последние клубы тумана, как матросы, кряхтя и поругиваясь друг на друга, вытянули из трюма… Я поначалу принял эту штуковину за рыболовную сеть с напрочь запутавшимися в ней водорослями.
– Это и есть сеть. Только не рыбачья, а маскировочная, – снисходительно просветил меня Тыгуа. – Хорошая вещь, между прочим. Только вот как мы под ней поплывем, не представляю.