Вальдемар наклонился так близко, что до поцелуя осталась самая малость. Но целовать он не стал. Побоялся, наверное, пропустить появление в доме грабителей. И я его понимала. Меня уже сейчас они не волновали вовсе, а что было бы, пойди Вальдемар дальше? Я подтянула одеяло повыше, словно это могло меня обезопасить, и спросила:
— А как долго нам ждать?
— Как только операция отдела МП завершится, сразу в Храм.
Я немного опешила от напора, но пояснила:
— Я про Линденов этой ночью.
— Обычно такие акции проворачивают часа в три-четыре. Вы можете спокойно лечь спать, Каролина.
— Ну да, спокойно. Разве я усну? А почему так важно, чтобы они заглянули в пустые тайники?
— Потому что они не пустые. Там лежат бумаги-обманки, помеченные отделом МП. Одну из них Линдены непременно захотят использовать, потому что это расписка вашего дедушки.
— Но зачем? — удивилась я. — Почему их не взять прямо у тайников?
— Чтобы они не смогли опять увернуться от наказания, а вы могли вернуть хотя бы часть денег, которые задолжали вам Линдены. Если они посчитают, что по выкраденной расписке должны с вас взыскать, а сумма там немаленькая, лакомый кусок, то тем самым они вешают на себя обязанность выплатить по той, что мы нашли, понимаете?
— Они вывернутся, — уверенно ответила я. — Катрин всегда выворачивала такие ситуации в свою пользу, когда мы были маленькими.
— В этот раз не удастся. Утром дядя подаст заявление в Сыск с перечислением украденного, в том числе расписки. Активируя её, Линдены признают свою вину.
— Мне кажется, что этот путь чересчур сложный, — вздохнула я. — И чересчур длинный.
— Он не единственный. Их сейчас обкладывают со всех сторон. Они должны ответить за всё, что сделали. И ответить все.
Глава 33
На следующее утро на разведку приехала одна Катрин и сразу же столкнулась с представителем Сыска, который опрашивал живущих в доме на предмет кражи, поэтому первое, что она спросила:
— Каролина, что у вас случилось?
— Нас ограбили, — торжественно ответила я. — Инор Альтхауз уверен, что за домом следили и только и ждали, когда его племянник уедет, чтобы проникнуть внутрь незамеченными и сделать своё грязное дело.
На самом деле незамеченными они не проникли, Вальдемар засёк и взлом защиты, и перемещение обоих грабителей. «Отец и сын Линдены», — тихо-тихо сообщил он мне. И сделал это так близко, что я на миг забыла вообще про всё. Даже про то, кто такие Линдены и зачем они сюда явились. Но Вальдемар немного отодвинулся, и наваждение прошло. Похоже, зацепило и его, потому что дальше он комментировал на некотором отдалении. Но комментировать оказалось почти нечего.
В доме отец и сын разделились. Отец направился в кабинет, а сын — в спальню, рядом с которой мы прошлый раз встретились. Наверное, это было решение старшего, который хорошо понимает возможности младшего и даёт тому в случае обнаружения возможность соврать, что искал меня. Почему у чужой спальни? Так я оттуда выходила, когда мы последний раз виделись. Откуда бедному Роберту, знать, что это спальня не моя? На взгляд Линденов, ситуация беспроигрышная. Подумаешь, Роберт покажется придурковатым, так это не самое страшное, что может произойти.
Поскольку мешать им никто не собирался, они спокойно очистили тайники и спокойно ушли, захватив с собой все фальшивки. Одной из них наверняка сразу собираются дать ход, и Катрин приехала не иначе как прощупывать обстановку в доме. Обстановка оказалась не слишком располагающей.
— Да что ты говоришь? — вытаращила она на меня глаза. — Вас ограбили? Да быть того не может. Инор Альтхауз уверял, что у вас лучшая защитная система.
А родственника, отправляя на дело, наверняка уверяли, что никто ничего не заметит.
— Там какой-то блок вышел из строя, — пояснила я. Это было чистой правдой, потому что Линдены его выжгли. Сигнал пошел, конечно, но они его быстро загасили, а мы все «спали». — Только не спрашивай какой, я в этом не разбираюсь.
Катрин тоже не разбиралась, поэтому в ответ она лишь похлопала ресницами, пытаясь припомнить подходящую инструкцию, которых ей наверняка надавали все старшие родственники. Инструкции на случай, если ограбление выявится, у неё не нашлось, поэтому бедной инорите пришлось импровизировать.
— А что у вас украли?
— Фамильные драгоценности фон Кёстнеров, — не моргнув глазом выдала я. — Инар Альтхауз сокрушался, что не нашёл их раньше.
— Что значит «не нашёл раньше»? — уцепилась она за слова. — Может, их и не было? Где они вообще могли быть в этом доме?