Выбрать главу

Александр Проханов МОГУЩЕСТВО АМЕРИКИ «СИБИРСКОЙ ЯЗВОЙ» ПРИРАСТАТЬ БУДЕТ

Стеклодувы, изготовляющие стекла для огромных телескопов, знают, что в прозрачном монолите линзы существует малая точка, "ахиллесова пята". Если легонько стукнуть в нее молоточком, то от слабого удара, как от взрыва, разлетится вдребезги вся громада линзы. "Боинг" клюнул уязвимую точку мира, спрятанную в небоскребе Манхэттена, и мир лопнул, взорвался, рассыпался на осколки, словно льдина в час ледохода.

Трещина прошла от Нью-Йорка к Пентагону, а оттуда к Питтсбургу, по обломкам рухнувшего самолета. Как молния, ударила в Лас-Вегас и Флориду. Поднырнула под океан и рванула по всей Северной Африке до пирамиды Хеопса. Пылающей Вифлеемской звездой прокатилась над Палестиной и Израилем. Колыхнула священный камень Каабу в Медине. Обрушилась страшным ударом на глинобитный Афганистан, перетирая в прах мечети Кабула и Кандагара. Сдетонировала в Пешавар, выдавливая из тектонических разломов черные, как смоль, раскаленные толпы. Сейсмические волны пошли по Синьцзяну, откуда мусульманские отряды уйгуров вливаются в ряды талибов. Заскрежетала граница в Кашмире. Индия установила взрыватель на своей буддийской атомной бомбе. В ответ лязгнул курок на мусульманской бомбе Пакистана и конфуцианской Китая. Средняя Азия, напоминавшая недоеденный остывший шашлык на ржавом шампуре СНГ, вдруг зашипела, раскалилась, брызжет огнем на своих испуганных властелинов, напяливших вместо кремлевских шляп кипчакские шапки, тюбетейки, тюрбаны. Двинулись в великие переселения народы, сбитые с насиженных мест ударами крылатых ракет. Возникли неведомые доселе вожди и пророки, проповедуя священные войны. Политики Европы слетаются, как испуганные вороны, усаживаясь тесно, бок о бок, на засохшем дереве европейской безопасности, на котором ни одного зеленого листка, а только царапины хищных когтей и белые сгустки помета.

Техносфера сошла с ума, и перепуганный бандеровец направил боевую ракету в мирный лайнер. Биосфера напала на расплодившееся, погрязшее в содомском грехе человечество, и на клавишах компьютеров поселилась "сибирская язва", а на хрустальных ножках бокалов, поднятых в честь нобелевских лауреатов, свили гнездышки чума и холера. Шеварднадзе, истосковавшийся по большой крови, посылает чеченцев в Абхазию, но его отрубленная башка с выпученными водяными глазами, из которой ползут в Кадорское ущелье скользкие фиолетовые черви, — это и есть "сахарная голова" грузинской демократии.

Афганистан, таинственный и чудный, гончарно-золотой, с лазурью минаретов, с зеленым холодом чистейших горных рек, с прозрачным ледником Гиндукуша, резной и розовый, как виноградный лист, огненно-малиновый, как песок Регистана. Твой народ, возвышенный и благородный, — вольные одежды твоих бесстрашных воинов, тюрбаны твоих величественных мулл, шелковые покровы твоих смуглых стыдливых красавиц. За что тебе такая мука, такая жестокая доля? Два века бомбят твои арыки и дувалы, жгут реактивными снарядами твои сады и детские люльки, посыпают горячим пеплом твои кладбища и хлебные нивы. Какой небывалый клад зарыт в твоих красных, как перец, землях, если к нему испокон веков стремились армии Македонского и Бабура, экспедиционные войска англичан и генерала Скобелева, "ограниченный контингент" в советских панамах и американские морпехи с авианосца "Энтерпрайз"? На стыке Индии и Китая, Пакистана и Ирана, России и Средней Азии — шарнир, на котором вращаются цивилизации и религии. Пуштуны, самый бедный в мире народ, отбиваются от самой богатой и бесстыдной страны, которая, квадрат за квадратом, заваливает Афганистан взрывчаткой, а потом на растерзанные кости детей и женщин, с пасторским благословением, сбрасывает пакеты с гуманитарной фасолью — мерзкое фарисейство безвкусной и бесстыдной Америки.

Не верьте лжи о "войне цивилизаций", о кровавых фанатиках, напавших на просветленных агнцев. Это ложь Голливуда, Си-Эн-Эн и Сванидзе, которые страшнее, чем "сибирская язва" и "коровье бешенство". На земле совершается мировое восстание, которое кочует из века в век, из народа в народ, из веры в веру. Октябрьская Революция захлебнулась в мокроте "кремлевских старцев", умерла, затоптанная "перестройщиками", исчахла под топором расчленителей СССР. Но дух Революции бессмертен, как Христова проповедь, как любовь матери, как возмездие за "слезу ребенка". "Дух дышит, где хощет", и сегодня он дышит в среде палестинских повстанцев, боливийских партизан, генуэзских мятежников, пуштунских стрелков, иранских имамов, требующих для мира высшей, завещанной Богом справедливости.