Выбрать главу

Кей Торп

Головокружительный роман

ГЛАВА ПЕРВАЯ

С трудом удержавшись на ногах, когда катер рассек волну, поднятую проходящим мимо теплоходом с туристами, Челси смотрела на появившийся на горизонте остров с нетерпением, смешанным с некоторым беспокойством. Моральные принципы снова входят в противоречие с честолюбивыми замыслами, усмехнулась она: проклятие её профессии. Получив подобный шанс, кто из собратьев по перу не воспользовался бы им?!

— Скалос, — объявил мужчина, стоявший у руля катера, и сбросил скорость. — Добро пожаловать ко мне домой!

Повернувшись, Челси улыбнулась красивому молодому греку, любуясь при этом его стройным, гибким телом.

— Надеюсь, твоя семья не будет против.

Юноша сверкнул белозубой улыбкой.

— Моих друзей всегда ожидает радушный прием.

— Даже иностранцев?

— Он рассмеялся.

— С англичанами у нас хорошие отношения.

— И все же, — пробормотала Челси, ― старыми друзьями нас не назовешь.

— Мы не так стары, чтобы быть старыми друзьями, — сострил он. — Да и вообще, какая разница, как давно мы знакомы: два дня или два года? Все было бы так же. Мы… как это называется? Сравнимы?

— Совместимы. — Похоже, так оно и есть, подумала Челси. С первой минуты знакомства они с Дионом прониклись взаимной симпатией.

— Сколько всего Пандроссосов живут сейчас на острове? — спросила она.

— Кроме нас только Никос, — ответил Дион. — И есть еще несколько семей, которым разрешили там обосноваться.

— Остров — частная собственность?

— Собственность компании. — Привлекательное лицо на мгновение омрачилось. — Компании, президентом которой должен был стать мой отец, когда четыре года назад умер его брат.

Насколько знала Челси, сын покойного президента Никос Пандроссос, унаследовав контрольный пакет акций, занял кресло отца и повел дело так, что судоходная компания Пандроссосов крепла день ото дня.

Сейчас Никосу было тридцать шесть. Молодой мультимиллионер, о личной жизни которого было известно лишь то, что три года назад его мать и жена утонули в результате несчастного случая. Никос остался с маленьким сыном. Его судьба и личная жизнь очень привлекали журналистов всех крупных изданий, но он сохранял с ними должную дистанцию. Удастся ли ее преодолеть мне? — думала Челси.

Получив в возрасте восемнадцати лет наследство от деда по материнской линии, вполне достаточное, чтобы дальше жить безбедно, Челси тем не менее не бросила университет и спустя три года получила диплом плюс непреодолимое желание сделать карьеру в мире журналистики. Ей повезло: она нашла работу в крупной газете, где приобрела необходимый опыт, и уж потом перешла в «Уорлд мэгэзин». Челси проработала там год и завоевала признание среди профессионалов. Не испытывая материальных затруднений, теперь она могла стать свободной журналисткой и выбирала темы для статей, продать которые с ее именем не составляло большого труда. В двадцать пять лет она вела образ жизни, которому многие могли бы позавидовать.

Решение Челси отдохнуть пару месяцев на островах Греции не вызвало у ее родителей особых возражений. Давно смирившись с независимостью дочери, они лишь пожелали ей быть осторожной. Челси хотелось посетить как можно больше островов, чтобы собрать достаточно материала для серии статей об увиденном.

Она сидела за утренней чашкой кофе в одной из прибрежных таверн Скиатоса, третьего порта на ее пути, и наблюдала за движением судов, когда к набережной причалил катер Диона. Молодой грек спрыгнул на землю. Богатый бездельник, привыкший брать от жизни все, определила Челси, глядя, как он стоит, засунув руки в карманы обтягивающих дорогих джинсов, и обозревает окрестности. Поняв, что внимательный взгляд его темных глаз вот-вот остановится на ней, Челси отвернулась.

Дион оказался бы не первым греком, кто нашел бы сочетание ее длинных пшенично-золотистых волос и ярко-синих глаз совершенно неотразимым и потому не удержался бы от того, чтобы не заговорить с ней. Для подобных случаев Челси выработала вежливую, но твердую линию поведения и отвечала неизменным отказом на многочисленные предложения познакомиться поближе. До сих пор ее тактика срабатывала. Однако Дион был, похоже, сделан из более крутого теста. Вместо того чтобы пройти мимо, он рассмеялся и уселся напротив Челси, представившись ей с обаянием, которое могло бы растопить самое холодное сердце.

Одного его имени оказалось достаточно, чтобы слова протеста, готовые сорваться с ее губ, остались непроизнесенными. Задав с тщательно разыгранной небрежностью несколько вопросов, Челси убедилась, что он действительно является родственником человека, у которого многие ее коллеги безуспешно пытались взять интервью.

И все же, если бы Дион не понравился ей, на том бы все и кончилось, думала сейчас Челси. Она наслаждалась каждой минутой, проведенной в его обществе, особенно после того, как он неожиданно проявил готовность принять ее условия и не настаивал на более близких отношениях. Его заявление о том, что он должен вернуться домой, чтобы присутствовать на дне рождения пятилетнего сына своего двоюродного брата, и приглашение сопровождать его вызвали у нее противоречивые чувства, но соблазн оказался слишком велик. Никому еще не удавалось подобраться к Никосу Пандроссосу так близко. Если ей посчастливится уговорить его дать ей интервью, это будет настоящая удача!

Катер вошел в небольшой залив, где уже стояла на якоре изящная двухмачтовая яхта. Песчаный пляж окаймляли деревья, которые в одном месте расступались: там, видимо, проходила дорога, поскольку в проеме появилась машина. Она остановилась, и из нее вышел мужчина — как раз в ту минуту, когда Дион выключил мотор, умело подведя катер к высеченной в скале пристани. Он помахал мужчине рукой в знак приветствия.

— Мой двоюродный брат Никос, — пояснил Дион. — Должно быть, тоже только что приехал.

Челси не ответила: она рассматривала незнакомца, ощущая свой внезапно участившийся пульс. Выше среднего роста, с широкими плечами, туго обтянутыми белой футболкой, он выглядел внушительно даже на расстоянии. Джинсы плотно облегали узкие бедра, подчеркивая их мускулистую силу. Мужественный и… опасный, мелькнула мысль.

Дион спрыгнул на берег, привязал катер, потом протянул руку Челси, чтобы помочь ей выбраться на причал.

— Я возьму твои вещи. — Он потянулся за ее дорожной сумкой и в ответ на ее непроизвольное движение прижать сумку к себе лукаво улыбнулся: — Я что, должен с тобой драться?

Рассмеявшись, Челси сдалась.

— Наверно, я слишком привыкла полагаться только на себя, — объяснила она, следуя за ним по причалу.

Их веселость постепенно исчезла, пока они спускались по каменным ступенькам и шли по песку туда, где их ждал Никос Пандроссос. Темные, как у Диона, глаза окинули Челси с ног до головы таким откровенным взглядом, что ее щеки вспыхнули румянцем. Он словно впитывал в себя ее длинные, стройные ноги, крутой изгиб бедер и тонкую талию, упругую, округлую грудь, обтянутую топом. Наконец их глаза встретились.

— Никос, это Челси Ловатт, — представил Дион. — Моя подруга из Англии, приехала погостить на несколько дней.

— Челси? — переспросил Никос, не двинувшись с места. — Вас назвали, как район в Лондоне?

— Меня назвали именем героини романа, который читала моя мать, когда была беременна, — с улыбкой ответила девушка. — Думаю, она надеялась, что я стану такой же.

— И что же, стали?

— Понятия не имею, — пожала плечами Челси. — Я так и не удосужилась прочитать роман. — Она протянула Никосу руку, отметив удивление, мелькнувшее в его глазах. — Для меня большая честь познакомиться с вами, господин Пандроссос.

Темноволосая голова склонилась, и стала заметна легкая проседь на висках. Пожатие его было крепким, от него по руке Челси словно пробежал электрический ток.