Выбрать главу

К 15 июля 1921 года общая численность мятежников в Тамбовской губернии сократилась, по сравнению с численностью на 1 мая, в семнадцать с половиной раз и составила около 1200 человек(309) – совершенно деморализованных, голодных, почти без патронов и разбросанных мелкими группами по огромной территории. Держать и дальше для борьбы с ними на вконец разоренной Тамбовщине 120-тысячную группировку отборных частей регулярной Красной армии и внутренних войск становилось бессмысленным, ибо воевать, по существу, было уже не с кем.

16 июля командующий войсками Тамбовской губернии М. Н. Тухачевский писал в докладной записке на имя В. И. Ленина:

"В результате методически проведенных операций на протяжении сорока дней, крестьянское восстание в Тамбовской губ. ликвидировано.

СТК разгромлен.

Советская власть восстановлена повсеместно.

…Громадное количество главарей банд уничтожено.

Крестьянство скомпрометировано в глазах бандитов и ищет от них вооруженной защиты Красной Армии.

Но вместе с тем крестьяне определенно не верят в искренность декрета о продналоге. Среди них ходят слухи о том, что к осени наши войска будут выведены из Тамбовской губ. и тогда бандиты вновь начнут действия и, наконец, кое-где еще сидят волостные комитеты СТК.

Ввиду этого я считаю необходимым проведение нижеследующих мероприятий:

1. Не выводить из Тамбгуб ныне действующих в ней войск в течение одного года.

2. Оставить оккупационное командование Тамбгуб по крайней мере до зимы, не увлекаясь сокращением штабов.

3. Всех коммунистов, присланных по мобилизации в Тамбгуб, закрепить за последней, а также произвести перегруппировку засидевшихся коммунистов.

4. Не налагать на Тамбгуб никаких дополнительных продовольственных налогов".

20 июля председатель Полномочной комиссии ВЦИК В.А. Антонов-Овсеенко рапортовал в ЦК РКП/б/:

"Банды Антонова разгромлены… Бандиты массами сдаются, выдавая главарей. Само крестьянство окончательно отшатнулось от эсеро-бандитского предательства. Оно само вступает в решительную борьбу с разбойными шайками".

В этот же день 20 июля 1921 года Полномочная комиссия ВЦИК, знаменуя победу над антоновщиной, известила войска и население Тамбовской губернии, что "окончательный развал эсеро-бандитизма и полное содействие в борьбе с ним со стороны крестьян позволяет Полномочной комиссии ВЦИК приостановить применение исключительных мер приказа № 171, направленных против упорствующих бандитов". Это постановление убедительно свидетельствовало о том, что полыхавший ровно одиннадцать месяцев Антоновский мятеж подавлен.

Наступала пора подведения итогов.

25 – 28 июля в Тамбове проходила 1-я общеармейская конференция коммунистов войск Тамбовской губернии. С большими, достаточно содержательными и довольно правдивыми докладами о причинах возникновения антоновщины и архитрудном процессе ее подавления выступили заместитель председателя Полномочной комиссии ВЦИК, командующий войсками Тамбовской губернии М. Н. Тухачевский и начальник военно-исторического отделения штаба войск Тамбовской губернии А.С. Казаков.

В частности, Тухачевский сообщил, что за период с 28 мая по 26 июля 1921 года в Тамбовской губернии обезврежено 16369 мятежников. Из них: в боях взято в плен 985 и убито 4515 человек; поймано в облавах 572 человека с оружием и 4713 без оружия; принесли добровольную явку с повинной 1244 мятежника с оружием и 4005 без оружия; и, наконец, явились в обмен на арестованные по приказу № 130 семьи 16 повстанцев с оружием и 319 без оружия. А всего по приказу № 130 было арестовано 1895 семей антоновцев. Что же касается "проведения в жизнь" приказа № 171, то Тухачевский сказал лишь, что, по неполным сведениям, было расстреляно 274 заложника. На самом деле, конечно, число расстрелянных заложников было значительно больше. И это объясняется не только неполнотой сведений, поступивших в Полномочную комиссию ВЦИК от участковых политкомиссий, но и тем, что некоторые командиры красноармейских частей и председатели местных ревкомов сами присваивали себе право проведения карательных акций по приказу № 171, а сведений о результатах этих беззаконных "мероприятий" в Полномочную комиссию ВЦИК, естественно, не представляли. Справедливости ради надо отметить, что Полномочная комиссия ВЦИК делала кое-что для прекращения подобных безобразий и даже объявила "всем предрайревкомам, командирам и комиссарам частей, что они головой отвечают за правильное проведение приказов №130 и 171 ".

В своем докладе на партконференции Тухачевский сообщил и о том, что за период с 28 мая по 26 июля у мятежников и местного населения отобрано 3 орудия, 34 пулемета, 2221 винтовка и 285 револьверов. Однако, заявил М. Н. Тухачевский, еще предстояло найти по меньшей мере 4 тысячи винтовок. А говоря об уцелевших руководителях мятежа, командующий войсками Тамбовской губернии особо выделил троих – самого А. С. Антонова, его последнего командарма И. М. Кузнецова и председателя Борисоглебского уездного комитета СТК С. А. Шамова.

В августе 1921 года начался постепенный вывод частей Красной армии из пределов "успокоенной" Тамбовщины. Едва ли не первым в самом начале месяца уехал М. Н. Тухачевский. Вместо него командующим войсками Тамбовской губернии стал видный советский военачальник Михаил Карлович Левандовский. Однако в дальнейшем фактическое руководство войсками губернии находилось в руках нового начальника штаба Михаила Васильевича Молкочанова.

В итоге войсковых, военно-чекистских и сугубо чекистских операций, проведенных в течение двух месяцев после отмены приказа № 171, то есть в период с 21 июля по 20 сентября 1921 года, все сколько-нибудь организованные отряды мятежников были окончательно ликвидированы. Что касается командиров бывших повстанческих полков, то к 21 сентября один из них /М. А. Назаров/ раненым попал в плен, другие /П. Н. Чумичев, Д. Микулин, И. И. Башкарев, И. Ф. Рыжаков, И. С. Матюхин, Монах/ были убиты или сами застрелились при задержании, а третьи /А. Б. Кулдошин, Д. П. Венедиктов, И. М. Ворожищев, И. Е. Чернышев, И. А. Бармин/ добровольно сложили оружие и сдались на милость советской власти.(316) Однако наиболее видные руководители мятежа /А. С. Антонов, И. М. Кузнецов и С. А. Шамов/ продолжали оставаться на свободе, и это обстоятельство еще долго не давало покоя тамбовским чекистам.

Надо сказать, что в Тамбове никогда не жалели сил и средств, чтобы поймать или хотя бы убить эту троицу. Меры по обезвреживанию Антонова, Кузнецова и Шамова предпринимались самые разнообразные: от засылки чекистов и бывших мятежников с заданием уничтожить любой ценой, до личных письменных заверений советских военачальников и высокопоставленных чекистов /М. Н. Тухачевского, уполномоченного ВЧК по Тамбовской губернии Я. Б. Левина и других/ о гарантировании жизни в случае немедленного прекращения вооруженной борьбы и добровольной явки с повинной вместе со своими отрядами.

Но жизнь распорядилась по другому.

В начале октября 1921 года неугомонный "командарм" Кузнецов, которому в августе удалось все-таки сколотить вокруг себя отряд в 500 всадников, после нескольких поражений подряд вдруг бросил все и куда-то бесследно исчез. По слухам, ходившим тогда на Тамбовщине, Иван Кузнецов подался за границу, в Польшу, к Борису Савинкову.

А Семен Шамов, оставшийся после исчезновения Кузнецова за главного у скрывавшихся в борисоглебских лесах антоновцев, вовсю лютовал до самой зимы. Но отряд его таял прямо на глазах. 8 декабря Шамов отпустил сдаваться последних восьмерых отрядников ,а сам утром 6 января 1922 года весьма странным образом угодил в руки отряда местной самообороны села Ржавец, что в тридцати километрах северо-западнее Борисоглебска.

И, наконец, вечером 24 июня 1922 года в селе Нижний Шибряй /ныне Уваровского района Тамбовской области/ в ходе ожесточенной, продолжавшейся два часа перестрелки с оперативной группой Тамбовского губотдела ГПУ погибли братья Александр и Дмитрий Антоновы. Тем самым в затянувшейся истории антоновщины была поставлена последняя точка.