Выбрать главу

Естественно, что такая порочная тактика борьбы с мятежом лишь способствовала его разрастанию. Число повстанцев увеличивалось с каждым днем, в то время как военные резервы губернии уже подходили к концу. Попытки тамбовских руководителей добиться в различных городах и ведомствах военной помощи ощутимых результатов пока не приносили.

8 сентября вопрос о мерах по ликвидации мятежа обсуждался на совместном заседании президиумов губкома партии и губисполкома. В итоге было решено послать телеграммы с просьбами о помощи в адрес В. И. Ленина, Совета Труда и Обороны, ЦК РКП(б) и Наркомпрода, а также командировать в Москву председателя губисполкома Александра Григорьевича Шлихтера для личного доклада Ленину о положении на Тамбовщине.

Встретившись с Лениным, Шлихтер попросил у него содействия в получении для Тамбовской губернии батальона пехоты, двух эскадронов кавалерии и двух тысяч продармейцев, а также 1000 винтовок, 100 револьверов и 25 тысяч патронов для вооружения сельских коммунистов. Шлихтер клятвенно заверил Ленина, что если все это удастся получить, то тамбовские власти смогут не только быстро подавить мятеж, но и полностью выполнить госразверстку по хлебу.

9 сентября командующим советскими войсками, действующими против антоновцев в Тамбовской губернии, был назначен Юрий Юрьевич Аплок – 29-летний начальник внутренних войск на территории Орловского военного округа. Отныне главным центром борьбы с мятежом стал так называемый "Штаб командующего войсками Тамбовской губернии". А Военный совет, не обладая теперь реальной силой, постепенно растерял былое значение и в январе 1921 года прекратил свое существование.

10 сентября 1920 года приехавший из Орла Ю. Ю. Аплок вступил в командование войсками Тамбовской губернии.

Глава 2. УЕЗДЫ В ОГНЕ.

Новый командующий начал свою деятельность с перегруппировки сил. Из имевшихся пяти групп войск он 11 сентября создал две. 1-ю ударную группу возглавил командир 21-го стрелкового полка Константин Викторович Бриммер, а 2-ю – начальник 35-х Тамбовских пехотных курсов Иван Карлович Зенкович (15 сентября заболевшего Зенковича сменил Никольский).

Ю. Ю. Аплок внес свои изменения и в карательную политику тамбовских властей, с которыми у него, надо сказать, с самого начала не сложились нормальные деловые взаимоотношения. 16 сентября командующий объявил населению мятежных районов, что все повстанцы и дезертиры, "захваченные с оружием в руках, будут расстреляны на месте; села, оказывающие сопротивление революционным советским властям, будут немедленно сожжены дотла". В том, что это не пустая угроза, первыми 18 сентября убедились жители села Золотовка Кирсановского уезда. Их село сожгли за то, что накануне там обстреляли разъезд в пять красноармейцев, двое из которых были убиты.

18 сентября у деревни Афанасьевка Тамбовского уезда произошел пятичасовой упорный бой красных с двухтысячным отрядом мятежников под командованием самого А. С. Антонова. Прорвав две цепи советской пехоты, повстанцы едва не овладели трехдюймовым орудием. Положение спас нерастерявшийся адъютант командующего войсками губернии А. Ф. Александров, прибежавший в критический момент к орудию и начавший в упор расстреливать картечью наступающих мятежников.

В этом же бою отличился и командир кавалерийского дивизиона Н. А. Переведенцев, который, как свидетельствуют архивные документы, "во время замешательства в рядах пехоты вывел лично свой дивизион, врезался в цепь противника, изрубил две линии его пехоты, чем задержал его наступление и дал возможность нашим цепям восстановить свое положение, причем под Переведенцевым в рукопашном бою было убито две лошади".

За проявленный героизм Александр Федорович Александров и Никифор Александрович Переведенцев приказом по войскам Тамбовской губернии от 6 октября 1920 года были награждены серебряными часами. Эти часы марки "Прогресс" стали первыми наградами, врученными участникам подавления антоновщины.(69)

На следующий день после битвы под Афанасьевкой, где, по данным советского командования, красные потеряли до 160 человек убитыми и ранеными, а повстанцы – до 500, произошел еще один большой бой. На сей раз между селами Кропоткине и Туголуково Борисоглебского уезда антоновцы были рассеяны, потеряв до 350 человек.

Вечером 19 сентября командующий войсками Аплок, уверенный, что после таких серьезных поражений Антонову уже не оправиться, издал победный приказ, начинавшийся так: "Восстание в Борисоглебском, Тамбовском и Кирсановском уездах ликвидировано, вверенные мне войска добивают остатки банды Антонова у Туголуково". Далее Аплок приказывал "мобилизованных совработников распустить", а красноармейцев призвал "напрячь все силы к единому побуждению крестьян к выполнению хлебной разверстки".

Однако, как оказалось, командующий рано праздновал победу. Антонов у Туголуково разбит не был. Его рассеявшийся во время боя отряд тут же вновь собрался в заранее условленном месте и, совершив за ночь бросок в 70 километров, неожиданно захватил большое село Знаменку, что в тридцати километрах южнее Тамбова. Двигаясь отсюда в северо-восточном направлении, антоновцы захватили врасплох и разоружили несколько мелких красноармейских отрядов. Бросившиеся в погоню советские кавалерийские части настигли Антонова лишь 22 сентября у села Подоскляй Тамбовского уезда. Но и здесь, после небольшого боя, ему удалось отбиться и, перейдя у станции Ляда железнодорожную ветку Тамбов – Кирсанов, исчезнуть в лесах севернее Тамбова.

Находясь в постоянном движении и неожиданно появляясь в самых непредсказуемых местах, отряды Антонова и его сподвижников свои главные удары направляли на работавшие в сёлax продотряды, уничтожая одни из них и разгоняя другие.

24 сентября командированный в Москву заместителе председателя Тамбовского губисполкома Владимир Николаевич Мещеряков обратился к Ленину со следующей запиской: "Со времени Вашего разговора (и содействия) с Шлихтером о нашем восстании – положение наше ухудшилось (разоружены две роты; взято, таким образом, 400 винтовок и 4 пулемета, и, вообще, противник окреп). Я был у Главкома, получил обещание послать в Тамбов 1 батальон и 300 винтовок; но по вопросу о продотрядах до сих пор ничего не вышло. Нам не дали ничего. И ссыпка идет по 20 – 22 – 25 тысяч пудов в день, вместо 200 – 220 тысяч нужных. Имею просьбу Шлихтера и губкома переговорить с Вами на эту тему, ибо положение худое".

Прочитав записку, В. И. Ленин дал указание заместителю председателя Реввоенсовета Республики Э. М. Склянскому и председателю ВЧК Ф. Э. Дзержинскому: "Надо принять архиэнергичные меры! Спешно!"

27 сентября, в связи с мятежом в Тамбовской губернии. Ленин спрашивал запиской заместителя наркома продовольствия Н. П. Брюханова: "Верна ли разверстка 11 млн. пудов? Не скостить ли?".

Неизвестно, какие конкретные шаги предпринял Брюханов во исполнение этого запроса Ленина, но объем продразверстки для Тамбовщины уменьшен не был. А кроме того, известно, что в сентябре 1920 года тамбовские власти письменно заверили Ленина, что они непременно выполнят всю продразверстку, если будет оказана срочная военная помощь в разгроме Антонова и прислано необходимое число продармейцев.

Справедливости ради отметим, что сил, имевшихся в распоряжении командующего войсками Тамбовской губернии Аплока, было вполне достаточно для разгрома всех сколько-нибудь крупных отрядов мятежников. Ведь красноармейские части, действовавшие против повстанцев, почти не уступали им по численности, а по вооруженности значительно превосходили их.

Однако Аплоку никак не удавалось нанести сокрушительный удар хотя бы по отряду самого Антонова, который как магнит притягивал к себе лучшие части красных, водил их за собой из уезда в уезд, вступал с ними в непродолжительные схватки, но серьезно, а тем более окончательно разгромить себя не давал. А тем временем другие отряды мятежников почти беспрепятственно устанавливали свою власть в тамбовских селах.