Выбрать главу

Вера Мильчина

ИМЕНА ПАРИЖСКИХ УЛИЦ

ПУТЕВОДИТЕЛЬ ПО НАЗВАНИЯМ

Предисловие: краткий очерк истории парижских улиц

Французский литератор Поль Лакруа, писавший под псевдонимом Жакоб-библиофил, заканчивает свой очерк «Названия улиц», опубликованный в третьем томе сборника «Новая картина Парижа в XIX веке» (1834), мрачным предсказанием:

Нравственная и физическая история Парижа связана с историей его улиц; их названия, изменявшиеся под влиянием повседневной жизни, постановлений городских властей и исторических событий, необходимо изучать как некий мертвый язык, который с каждым днем становится все менее понятным и для которого скоро не останется ни одного переводчика.

Будущее показало, что не все так страшно: «переводчики» не перевелись, парижским улицам и эволюции их названий посвящено множество работ французских исследователей, однако для русского читателя, не знающего французского языка, названия Бак и Фур, Шакипеш, Ренар и Абревуар остаются простым нагромождением звуков. Между тем почти за каждым парижским названием скрывается или любопытный исторический факт, или живописная деталь старинной жизни. Если знать, что bac (бак) – это по-французски «паром» и улица du Bac получила свое название потому, что некогда от того места, где она начинается, отходил паром, на котором перевозили на другой берег Сены камень для строительства дворца Тюильри, то можно совсем иначе взглянуть на эту улицу, где сегодня едва ли не в каждом доме – богатый ювелирный или антикварный магазин. То же самое и с улицей Фур (du Four): ее название происходит от стоявшей здесь до середины XV века печи (four), которая принадлежала аббатству Святого Германа на Лугу (Сен-Жермен-де-Пре) и в которой жители всей округи обязаны были, во исполнение феодальной повинности, за плату печь хлеб; знание этого факта позволяет гораздо лучше понять, что именно происходило здесь пять с лишним столетий назад. Шакипеш (Chat Qui Pêche) – это вовсе не какое-то восточное слово, а Кот-рыболов со старинной вывески, которая и дала название улице; с вывески пришел в парижскую топонимику и Ренар (renard), то есть Лис. Абревуар же (abreuvoir) – это водопой, и название улицы напоминает о том, что когда-то на ее месте проходила тропа, по которой стада, принадлежавшие жителям деревни Монмартр, спускались с Монмартрского холма к источнику.

Только перевод, причем дополненный историческим комментарием, позволяет понять, что улица Tour des Dames (в дословном переводе «Башня дам») обязана своим названием отнюдь не каким-то светским «дамам», а монахиням Монмартрского аббатства, которых иногда называли dames, да и башня в данном случае вовсе не башня, а мельница, принадлежавшая этим самым дамам-монахиням. Перевод с комментарием объясняет, что в названии улицы Monsieur запечатлен не просто любой французский «месье» (господин), а совершенно конкретный Monsieur – граф Прованский, будущий король Людовик XVIII. Дело в том, что Monsieur – это придворный титул, который носил при французском королевском дворе старший из братьев короля. Сходным образом и улица Madame носит имя не какой-то абстрактной «мадам», а совершенно конкретной супруги этого самого графа Прованского (Madame – титул жены королевского брата, именуемого Monsieur). Наконец, если пользующуюся сомнительной репутацией «пляс Пигаль» представить как площадь Пигаля, то выяснится, что это гнездо разврата носит имя Жана-Батиста Пигаля, создателя многих замечательных статуй, в том числе скульптурных портретов Вольтера и Дидро, и за то, что происходит в заведениях на площади его имени, почтенный скульптор XVIII века никакой ответственности не несет.

Глубоко значимы не только современные названия, но и их эволюция. Вот прошлое всем известной place de la Concorde – площади Согласия: до Великой французской революции она носила имя короля Людовика XV, во время Революции сделалась, естественным образом, площадью Революции, в 1795 году, когда самая кровавая фаза Революции осталась позади, получила современное название, после возвращения к власти королевской династии Бурбонов (1814) ей вернули имя короля Людовика XV, в 1826 году переименовали ее в площадь Людовика XVI (этого короля на ней казнили в 1793 году), но это название не прижилось, а в 1830 году, когда старшую ветвь Бурбонов снова свергли, в название площади опять возвратилось Согласие (которое, впрочем, современники считали мнимым и выдуманным словно на смех, поскольку французов по-прежнему разъединяли политические взгляды и никакого согласия в них не наблюдалось). В этой смене названий – сжатый пересказ французской истории конца XVIII – первой трети XIX века. Не менее выразителен краткий перечень перемен, происходивших начиная с XVIII столетия с улицей, которая сейчас носит имя Ла Боэси, философа-гуманиста XVI века, друга Монтеня: в середине XVIII века она именовалась дорогой Сточной Канавы, в 1777 году в честь племянника короля Людовика XVI герцога Ангулемского была названа Ангулемской Святого Гонория (уточнение указывает на близлежащий квартал), в 1792 году, в разгар Революции, превратилась в улицу Единения, в 1815 году, после возвращения Бурбонов, снова стала Ангулемской, в 1830 году сделалась улицей Хартии (в честь конституции, по которой жила Франция), в 1848 году в очередной раз сделалась улицей Единения, с тем чтобы вскоре опять превратиться в Ангулемскую, в 1865 году, при Второй империи, получила имя Морни, единоутробного брата Наполеона III, и наконец в 1879 году обрела современное название, сравнительно «аполитичное» (впрочем, Ла Боэси – автор трактата «О добровольном рабстве», обличающего тиранию, и потому политики Третьей республики могли считать его «своим»). В этой истории улицы сконцентрированы важнейшие перемены, происходившие во французской политической жизни на протяжении целого столетия. И таких историй в книге о названиях парижских улиц множество.