Выбрать главу

Сыма Цянь

Исторические записки

Ши Цзи

Том IX

Вступительная статья

Настоящий том завершает первый полный научно комментированный перевод на русский язык «Исторических записок» (Ши цзи), созданных Сыма Танем, а по большей части — его сыном Сыма Цянем во II-I вв. до н.э. Этот огромный и сложноструктурированный труд содержит 130 глав (цзюаней) общим объёмом более 526 тыс. иероглифов. Его хронологические рамки охватывают период примерно в три тысячи лет, а его география включает не только собственно Китай, но и множество сопредельных территорий: от Индии на юго-западе до Кореи на востоке, от Забайкалья и Ферганской долины на севере и северо-западе до Индокитайского полуострова на юге. По масштабам и многогранности Ши цзи долгие века оставались самым значительным историографическим произведением мировой культуры.

«Заключительность» IX тома предполагает подведение итогов многолетнего труда по переводу Ши цзи, краткую оценку значимости памятника для мировой историографии, изложение истории его переводов на западные языки и описание предварительного плана дальнейшей работы над памятником. Пусть не удивляют читателя перспективные планы автора вступительной статьи к последнему тому — планка требований к качеству перевода древних текстов непрерывно поднимается, а великий труд отца и сына Сыма настолько сложен и глубок, что стоит немедленно приступать к новой редакции. И конечно, пора подумать о русской электронной версии Ши цзи в целом — с едиными индексами имён, географических названий, терминов и этнонимов.

Сначала необходимо хотя бы кратко описать историю переводческой эпопеи длиною почти в полвека, историю трудной работы с одним из крупнейших памятников мировой культуры. На какие достижения отечественной синологии мог опереться Рудольф Всеволодович Вяткин (1910-1995), приступая в начале 1960-х годов [15] к серьёзному знакомству с творчеством основоположника китайской историографии?[1] Можно без всяких преувеличений сказать, что таких достижений не было. Фрагменты отдельных глав, переведённые В. М. Алексеевым, Л. С. Переломовым и Ю. Л. Кролем исключительно в собственных научных видах и в индивидуальных стилях, не могли стать основой предстоящей огромной работы. Тем более ею не мог быть весьма вольный пересказ 17 ле чжуаней, выполненный известным переводчиком средневековой китайской классики В. А. Панасюком и вышедший в 1956 г. массовым тиражом в издательстве «Художественная литература».

В такой ситуации приступить к полному академическому переводу огромного и крайне сложного памятника мог только очень смелый исследователь. А Р. В. Вяткин ещё больше усложнил себе задачу, уже в первых двух томах высоко подняв планку научной требовательности к качеству перевода, уровню комментирования и тщательности аппарата. Вполне понятный трепет исследователя перед необъятностью задачи подтолкнул вначале к работе в соавторстве с В. С. Таскиным (1917-1995) — не столько историком, сколько хорошим знатоком вэньяня. Расхождения в научных подходах к некоторым ключевым проблемам эпох Чжаньго и Ранней Хань привели к прекращению сотрудничества, и Р. В. Вяткин перевёл и издал четыре тома (III-VI) без всякой помощи, даже технической. Невольно сравниваешь с тем, как сейчас работают с Ши цзи в США: последний из изданных под руководством профессора Уильяма Нинхаузера томов переводили 12 человек, и это не считая технического персонала и при полной компьютерной оснащённости. Как же удалось Р. В. Вяткину сделать то, что не удалось ни одному западному синологу и в прошлом, и по сей день? Ответ достаточно прост: талант, преданность науке и самоотверженное трудолюбие.

Ши цзи состоят из пяти разделов: Бэнь цзи («Анналы») — 12 глав; Бяо («Хронологические таблицы») — 10 глав; Шу («Трактаты») — 8 глав; Ши цзя («Наследственные дома») — 30 глав и Ле чжуань («Жизнеописания») — 70 глав. Чтобы представить себе всю гениальность труда Сыма, отныне доступного русскоязычному [16] читателю в полном объёме, необходимо кратко охарактеризовать смысл и особенности каждого из разделов.

Разделы Бэнь цзи и Ши цзя сейчас представляются классическими историографическими трудами, главными героями которых являются императоры-ди, князья (ваны, чжухоу) и их ближайшее окружение. Но не забудем, что для II в. до н.э. такой подход стал новаторским, поскольку главы этих разделов не были ни красочными рассказами о том или ином персонаже, ни летописью с тщательной (или не очень) фиксацией событий при той или иной династии, когда восшествие на престол соседствовало с информацией о землетрясении или о появлении трёхголового оленя. Перед нами стройное историческое повествование, краткое для эпох мифических и всё более подробное и глубокое для тех времён, для которых факты можно подтвердить архивными документами и другими более или менее надёжными свидетельствами. Кроме естественного желания историка оставить потомкам правдивую картину свершившегося характерной чертой этих двух разделов можно считать явное или в различной степени скрытое стремление обнаружить и моральный двигатель поступков персонажей, и глубинную цель истории в целом. Подобные поиски видны и во многих других главах (особенно в разделе Ле чжуань). Текст предсмертного завета Сыма Таня своему сыну Цяню, помещённый в заключительную, 130-ю главу (сложнейшую по структуре и сверхнасыщенную смыслами), даёт основания считать, что оба историка хорошо понимали масштабность их задачи: не просто продолжить дело предков, служивших придворными астрологами и историографами, но встать вровень с Чжоу-гуном, восславившим некогда добродетели чжоуских правителей, и с Конфуцием, возродившим древние установления и создавшим хронику Чунь-цю. Представляется несомненным, что завершивший Ши цзи Сыма Цянь рассматривал свой труд как нечто предельно высокое, как деяние, стоящее в прямой связи с достижениями Чжоу-гуна и Конфуция[2].

вернуться

1

Первая публикация Р. В. Вяткина о Сыма Цяне и его трудах относится к 2-й половине 1950-х годов (статья «Сыма Цянь» в т. 41 БСЭ. М., 1956), а в 1957 г. на международной конференции в Марбурге (ФРГ) он сделал развёрнутый доклад на тему «Роль Сыма Цяня в развитии исторической науки».

вернуться

2

См.: Померанцева Л. Е. Жанрово-стилистические истоки «Жизнеописаний» Сыма Цяня. — Теория стиля литератур Востока. Сб. статей. М., 1995, с. 34.