Друзья слушали, затаив дыхание.
– Тучи надвигались и сносили башни городов, как теплое масло… С небес падали обломки луны… Люди считают себя специалистами по части разрушительных войн, но, по-моему, мафуры оказались далеко впереди. – Рик замолчал. – А в конце зала была последняя фреска – незаконченная. Тучи расходились над руинами, и из них появлялся корабль – огромный, словно гора, с шестью белоснежными крыльями… Корабль, который уничтожил мир мафуров. Думаю, его мы и знаем, как «Скорбь»…
– Легенды северных мафуров рассказывали о древнем божестве, которое некогда уничтожило рай, и до сих пор сожалеет о том… – прошептала Алекса.
Рик кивнул.
– Возможно, это и есть «Скорбь». Если мафуры хотят снова завладеть этим кораблем и использовать против человечества…
– Нам надо остановить их. Вот и все! – и Шакти твердо поднялась с места. Рик серьезно кивнул.
Этим вечером Спифи сидел за столом в каюте, пытаясь вспомнить все, что знает о мафурах. Этот древний, высокомерный и мудрый (если, конечно, мудрый народ может презирать другие) вид обитал на Ахилии задолго до того, как планета получила это имя. Сами мафуры называют родной мир Мафф-ра. С древности они обладали чудесным даром вероятностной магии, умели менять материю по своему желанию, и выстроили причудливую и великую цивилизацию. Но более чем за тысячелетие до прибытия людей ее постигала… Неудача. Так мафуры называют эту катастрофу.
Высокомерные, горделивые и нетерпимые к поражениям, мафуры не сочли нужным посвятить чужаков в детали тех событий. Люди нашли лишь руины их дворцов и городов, век за веком сопротивляющиеся ярости Титании. К югу от Меняющихся земель в Экваториальном океане кочуют города-корабли уцелевших мафуров, составляющие гибкую Плавучую империю. Мафуры нынешних дней горды и презрительны ко всему, кроме своих стародавних достижений и охотно глядят на людей сверху вниз из-за того, что человечество не в состоянии повторить их чудесные древние фрески и статуи.
Народ этот ценит изысканные удовольствия, которые дают искусство, интеллектуальные споры и ученость. Зато мафуры презирают тех, кто работает руками. Из-за этого даже технологию строительства аэростатов гордые жители планеты переняли у людей. Такая мелочь, впрочем, нисколько не уменьшила их пренебрежения к пришельцам. Говорят, что Неудача отбросила северные племена мафуров к дикости, и они жили кочевыми кланами в холодных регионах, не рискуя даже брать в руки железо, покуда Эгида не истребила их как Нечистый народ. Да… Спифи взглянул на лист бумаги, на котором записывал свои знания. Негусто получилось.
Следующие дни были заполнены делами, словно лента пулемета – патронами. Шакти и Оя улетели выслеживать Луну, а остальные непрерывно обсуждали планы противостояния мафурам. Клуб, со всеми его учениками, подмастерьями, связями и авторитетом готовился заклинить шестерни войны. Капитаны разлетались в ближние и дальние города, щедро распространяя информацию о договоре мафуров и Фиоры и разъясняя правителям и народным собраниям, чем он опасен для всех земель Элинии. После многочасового совещания с председателем Иоганном и Риком принц Наут отправился в саму Фиору. Как лучший дипломат Клуба, он имел немалый опыт придворных интриг. Те, кто оставался на базе, перебирали двигатели, проверяли оружие, пополняли припасы – всем было ясно, что грядущую бурю вряд ли удастся развеять одной лишь дипломатией. Как Спифи было жаль, что Герти не видит всего этого! Он с удивлением понял, что частенько вспоминает ее, если выпадет свободная минутка.
Единственное, что Клубу пришлось забросить – поиски «Короны океана». Исчезнувший лайнер за свой счет искала только капитанша-каапи. Спифи от души желал ей успеха. С его богатым воображением он слишком ясно представлял, как страшно пассажирам лайнера дрейфовать на несправном дирижабле где-то над незаселенными землями.
Вскоре юноша прижился в Клубе асов. Он невольно узнал многосложные подробности отношений капитана Оя с шестью девушками его экипажа, а также двенадцатью барышнями, в команду не входящими. Оя сам, похоже, не мог разобраться, кто нравится ему больше; дело осложнялось тем, что среди его японок двое были близняшками, и Оя их путал. А вот с Вероятностным Анни Спифи так и не смог познакомиться. Да, в общем, и не удивительно – они ели в одной столовой, жили в одном коридоре и читали в читальне Клуба один и тот же журнал «Ветер приключений». В случае Вероятностного Анаксимандра это почти на сто процентов гарантировало, что они не увидятся. Анни был удивительным человеком, чей коэффициент невероятности почти равнялся единице. Коэффициент невероятности – показатель, который используют, чтобы определить, как часто с человеком срабатывают закономерности статистики – такую информацию очень ценят вероятностные чародеи[9]. У обычного человека коэффициент невероятности равен 0,05-0,3 – то есть он встречает по утрам на лестнице собственных соседей, не может пересечься в магазине с королем, а в казино выигрывает разве что случайно. У очень везучих людей коэффициент невероятности – 0,4–0,5, и их в игорные залы стараются не пускать.
9
Вероятностные чародеи умеют менять шанс того, что то или иное событие произойдет. Вот уже пять сотен лет человечество Ахилии пытается применить этот дар в войнах, но усилия раз за разом не окупаются. Людей с вероятностным даром очень мало, способности их непредсказуемы и причудливы, а кроме того, малейший шум может отвлечь их и заставить «спутать знаки» во время колдовства – и тогда может случиться буквально все, что угодно. Неудивительно, что дипломированный вероятностный чародей мисс Чиппи работает в Независимом клубе асов секретарем и чаще всего использует свой дар против мышей и тараканов.