— Ты думаешь, есть какой-нибудь способ загладить свою вину передо мной?
— Я не знаю. Я просто хочу попробовать. — Он сделал медленный, осторожный шаг к ней. — Ты должна знать, что я бы никогда так не поступил, если бы не то, что ты сказала.
Её брови взлетели вверх, а кошка зашипела.
— Так это я виновата?
— Нет, нет, я не это имел в виду. Я не ожидал, что ты оттолкнёшь меня. Я был обижен, шокирован и смущён. Я представлял, что однажды мы будем делать так много вещей вместе, когда станем парой. Именно тогда все это умерло. Я чувствовал, что теряю тебя, чувствовал, что все эти планы ускользают, чувствовал, что мой мир выходит из-под контроля. И потом…
Расстроенная его отказом произнести вслух о своём преступлении, она закончила:
— Потом ты попытался навязать мне парную метку.
Глубокое, гортанное, пробирающее до костей рычание раздалось у неё за спиной. Бри закрыла глаза. То, что она не почувствовала, как вошёл Алекс, было показателем того, насколько она была отвлечена.
Она повернулась, намереваясь сказать ему, что прекрасно справится с этим. С натянутой шеей, напряжёнными мышцами и раздувающимися ноздрями он стоял, глядя на Матео холодными, пустыми глазами, которые пробирали её до костей. И она решила, что не стоит торопиться привлекать его внимание.
Алекс сжал пальцы, когда расплавленный гнев разлился по его венам, как лава. Тот же вулканический жар разлился у него внутри и покалывал кожу головы. Ему потребовалось все, что у него было, чтобы сохранить превосходство над своим разъярённым зверем. Животное продолжало размахивать когтями, желая порезать, искромсать и покалечить кота.
Каждый мускул в его теле был горячим и напряжённым, Алекс медленно приближался к куску дерьма.
— Ты пытался укусить её?
Слова прозвучали резко. Отрывисто. Грубо. Он был удивлён, что вообще может говорить, когда ярость душит его.
— Ты пытался навязать ей парную метку?
Парная метка — это нечто особенное. Символ преданности. Не то что обручальное кольцо — украшения можно снимать, а браки можно расторгать. Парная связь была случаем «пока смерть не разлучит нас», поскольку очень немногие могли пережить разрыв связи и очень немногие хотели пережить смерть своей пары.
Для перевёртыша оставить укус на чьей-то коже означало заявить, что он всегда будет заботиться, уважать, лелеять и защищать этого человека. Это обещание, что он никогда не оставит пару, не пренебрежёт и не предаст. Это был особенный и экстраординарный момент для обеих сторон. Тот, который они не забудут. Тот, который они, вероятно, будут прокручивать в голове снова и снова.
Получить такую метку можно раз в жизни. Но если бы Матео преуспел в её этом, он бы лишил Бри этого момента. Этого нельзя было бы ни вернуть, ни стереть, ни исправить. И когда она нашла мужчину, которого хотела взять в пару, то пошла бы к нему, отмеченная другим.
Вторгаясь в личное пространство Матео, Алекс сжал руку в кулак, испытывая зуд от желания врезать кулаком парню по горлу и раздавить трахею. Но тогда этот придурок не смог бы ему ответить.
— Я задал тебе вопрос. Ты пытался…
— Я не хотел этого специально, — вырвалось у Матео, когда он отступил назад.
Брови Алекса сошлись на переносице.
— Не специально?
— Просто так случилось.
Алекс оскалил зубы.
— Такое дерьмо просто так не случается.
— Я был обижен, зол и набросился…
— Люди все время обижаются, злятся и набрасываются. Они не пытаются оставить неизгладимый след на чьём-то теле.
Матео поднял плечи до ушей, весь сжавшись.
— Я не контролировал себя.
Алекс вторгся в его личное пространство и прошептал:
— Я тебе не верю.
Кот напрягся.
— Что?
— Я думаю, ты хотел наказать её за то, что она отвергла тебя. Я думаю, тебе понравилась идея, что ей придётся каждый день смотреть на твою метку в зеркале. Я думаю, ты думал, что это будет чёртовски хороший способ отвадить других мужчин. — Глаза Матео сверкнули, и Алекс понял, что он был прав. — Ублюдок.
— Нет, все было не так!
— Ты лжёшь, и у тебя это не очень хорошо получается.
Кот выпустил когти.
— Пошёл ты, Деверо!
Бри напряглась, когда Матео взмахнул рукой, пытаясь вцепиться в Алекса. Но он вцепился в воздух, потому что росомаха молниеносно отпрянул назад. А затем он набросился на Матео, как будто это была святая миссия. Он обрушил свои кулаки на лицо, висок, голову, горло, ребра Матео — грубая сила и скорость этих ударов были ослепляющими. Её кошка зашипела и плюнула, желая поучаствовать в действии и подзадоривая Алекса.