Сидя здесь, проживая ту ночь, я потеряла нить разговора. Неудержимое желание появилось в моем сердце, желание, чтобы этот Бен был тем самым парнем.
И чтоб в этот раз я смогла ему помочь.
Глава 4
— Ты пропустил ланч, — сказал Рейнер нарушая мою концентрацию, когда я замахнулся для следующего удара по груше в амбаре. — Ох, парень, что не так, Бенни? Ты на взводе.
— Брось, Рей, — я прорычал, посмотрев на него из-за плеча. — Я не в настроении для прочтения меня.
— Я тебя прошу. Я мог услышать твое беспокойство в милях отсюда. Это ударило меня как молния. — Рейнер передвинулся так, чтобы я мог его видеть, и сел на пол скрестив ноги и облокотившись об стену. Он был ростов в шесть футов и четыре дюйма (194 см), но двигался с легкой грацией. Он выделялся ярким контрастом с Дикарем, который топтался вокруг. Наблюдая за мной, его улыбка стала изумленной. — Представляешь, как было бы здорово признаться.
Я избегал взгляда Рейнера, даже когда размышлял о признании. Наверно, я должен рассказать ему все о Хейзел. Но это также означало бы сознаться в том, что я никогда не говорил братьям. Еще одну вещь можно добавить в список способов, какими я запутывал наши переплетенные судьбы.
Судьба, о которой я не просил.
Отчаянные братья. Оборотни койоты. Защитники дикой природы.
Как? Зачем? Из всех людей, почему я?
После того, как мы получили наши способности или "инстинкты" как Сил называет их, и осознали, что происходит, все согласились сохранить команду. Было очевидно, что мы были в этом вместе.
Отличной идеей Рейнера было послушаться Бёра у которого тетя жила прямо к северу от гор Монтаны и имела способности предвиденья. Но проведя неделю с Сил, я так и не получил ответов на свои вопросы, так что решил, что с меня достаточно и намеривался сам попытаться отыскать эти ответы. Поздно ночью я убежал, даже не оставив записку.
Я не горжусь этим, но у меня было столько вопросов и не слишком много терпения. Я не хотел или даже не задумывался, что нарушил слово.
Было и так плохо, когда Бёр нашел меня в Сиэтле, его переполнял гнев от необходимости разыскивать меня по всей стране, но как ужасно было выносить гнев братьев следующие несколько месяцев. Заняло некоторое время, чтобы полностью вернуть их доверие и заслужить прощение.
В тот момент, я почти признался про Хейзел, но мне было слишком страшно. Я подумал, что это не имеет значения, так как я больше ее не увижу. Сейчас я сожалею об этом, тревожно размышляя, как они отреагируют сейчас, если я им расскажу все: что я рассказал о нашем секрете, что девушка работает в музее. Что я показал ей свою татуировку.
И что сейчас она бродит вокруг Плоскоголовых гор.
Паника смешивается с виной в моем животе, и я наношу еще один удар по груше.
Они никогда меня не простят.
Сейчас, когда я понял нашу судьбу, я осознал какую ужасную ошибку сделал, убежав. Пока я планировал возвращение, я оставил своих братьев уязвимыми в то время. Честно, я не думаю, что смогу простить себя за то, что был настолько эгоистичным и глупым.
Не важно, что я боролся с изменениями, мои братья были другим вопросом. Они были самыми близкими друзьями и настоящими союзниками. И я подвел их.
— Девушка? — восхищенно сказал Рейнер и я уставился на него. Он был самым старшим братом, кто был более менее фактическим лидером и имел инстинкты, что тетя Сил называла "зрение". Оно позволяло ему понимать остальных, а так же видеть проблески того, что грядёт. — Ты знаешь ее?
Именно так Отчаянные братья узнали, что нужно вернуться в Монтану. Мы курсировали между местами тушения, перемещаясь с одного вызова на другой и проводя расследования между тем.
— Нет, — коротко ответил я. Это была не ложь. Не совсем.
— Но ты хочешь. — Рейнер поднял руки, когда я сжал губы. — Мне не нужно читать тебя, чтобы увидеть это. Все написано на твоем лице.
Я был единственным братом, которого Рейнер мог читать. Сил сказала, что это нужно делать, учитывая тот факт, что я убежал. (Другая причина, по которой я намерен сохранить Хейзел в секрете.) При этом я нарушил природное доверие между нами и сейчас Рейнер приглядывал за мной.
В некотором смысле я наверное заслужил это, но кто хочет признаться в чем-то подобном? Или дать еще больше причин, чтобы считаться менее надежным.
Бёр ворвался в амбар, следом за ним Кри и Вэс. Бёр был большим, шесть футов и шесть дюймов (198 см) гигант с необузданными кудрявыми волосами, что безумствовали вокруг его головы и зелеными глазами. Кри был самым низким из нас, где-то около шести футов и двух дюймов (188 см), если это можно назвать низким, но он так же был самым быстрым и все вокруг него заряжалось энергией, его темно-коричневые волосы были завязаны в пучок. Только Кри мог провернуть что-то подобное с его внешностью кинозвезды и светло-голубыми глазами. И Вэс таким же ростом как Рейнер с темно-коричневой кожей и вечно серьёзным взглядом.
Поспевая за ними, шла тетя Сил, опираясь на трость с карликовой совой на плече. Она носила длинное голубое платье и ее толстые седые косы спадали по ее спине. Изучив нас, она тряхнула головой в мою сторону.
— Надеюсь, ты насладился своей пробежкой, Бенжамин. У Гейсона заняло два часа, чтобы найти тебя. И ты знаешь, что пропустил ланч.
— Мне просто нужно было некоторое пространство, чтобы подумать, — пробормотал я, раскручивая ленту с кулаков и ни с кем не встречаясь взглядом. Я знал, что возвращение сюда впервые за два года поднимет старые воспоминания о вине. Я просто не осознавал, что буду тонуть под ними.
— Ты слишком много думаешь, Док. — пророкотал Бёр, но голос его был нежен. — А сейчас, ну же, тетя, что происходит? Что ты хотела рассказать нам?
Тетя Сил была родственницей Бёру, но мы до сих пор не знаем каким именно образом. В первый раз мы предположили, что она была его двоюродной бабушкой, но Бёр сказал, что она старше, чем мы подумали и лучше всего не задавать слишком много вопросов. Она владела диким участком земли, прилегающим к Национальному Парку Глейшер, что занимает весь путь до границы с Канадой. Тут было спокойно и пусто. Это было единственное место, где мы могли свободно бегать, как нам хотелось, как оборотни.
Каждый из нас знал, так или иначе Сил была оборотнем, поскольку знала интимные подробности о даре. Она - Серебряная Коса и ее друзья: Лютик, Большой Медведь, Папоротник и Горошинка показали и учили нас как использовать наш дар на протяжении последних пяти лет. Каждый из них был из разных племен, что когда-то занимали этим земли. Серебряная Коса собрала их вместе, даже не смотря на то, что исторически некоторые из этих племен были злейшими врагами и их люди были разбросаны жадными поселенцами.
Смертоносный враг воскрес, сметая эту старую линию фронта и объединяя оборотней для новой цели.
Когда тетя Сил начала нам рассказывать эту историю четыре с половиной года назад, я наполнился скептицизмом и раздражением по отношению к Бёру за то, что притащил меня обратно в Монтану. У меня не было никакого желания ни слушать, ни разделять этот дар, ни принимать участие в какой-то там схватке.
Мы сидели в кругу на улице с Большим Медведем и Лютиком, разделяя трубку, Рейнер стрелял в меня глазами, что заставляло меня помалкивать, Бёр качал головой, а Вэс игнорировал меня.
Затем Горошинка вытащила блокнот, покрытый размазанными, разноцветными отпечатками пальцев и открыла его. Удерживая на весу, она спросила тихим голосом:
— Ты видел это раньше, Бенни?
Сглотнув, я уставился на набросок углем и вгляделся в лицо создания, что появилось в лесах шесть месяцев назад. Я не мог ответить, поскольку мой мозг наполнился ужасами той ночи, и я сильно сжал свои вспотевшие руки в кулаки.