Выбрать главу

– Прости, ну не мог же я остановиться, – прошептал он мне в самое ухо, – представляешь, как бы я выглядел перед генералом с эрегированным членом?

Я представил. Воображение у меня хорошее, чего бы и не представить.

– Ну что ты, маленький? – завёрнутого в одеяло меня укачивали сильные руки, на два голоса предлагали воды, что совершенно не способствовало прекращению истерики.

Балаган продолжался не менее часа, наверное. Тот эльф, что пришел так не вовремя, похоже, развлекался от души устроенным представлением. Не знаю, может, у них жизнь вообще скучная и театров по определению нет, но вот с юмором точно беда.

– Могу я узнать цель визита столь высокого начальства? – кое-как успокоив меня, недовольно спросил Пщ.

– Могу я узнать, каким образом посторонние проникли мало того что на секретный объект, так и еще в изолированное и отдельно охраняемое помещение этого объекта? Это одиночная камера, и предполагается, что за время наказания заключенный должен осознать свои ошибки. Так кого мне посадить в соседние камеры, а? – в голосе прорезался металл.

Ой, а Пыщик-то напрягся. Сквозь тонкий слой одеяла остро ощущались окаменевшие мышцы, да и дыхание как-то сбилось и стало совсем поверхностным.

– Никто, – сипло ответил он, – я сам.

– Сам, значит, – задумчиво сказал начальственный эльф, сверля нашу композицию холодными голубыми глазами. – А это трибунал. Стража! Увести человека и…

Пщ вскочил, при этом умудрившись не уронить меня и даже поставить на ноги. Задвинул за свою широкую спину и натурально и очень угрожающе зарычал. Мне не видно было выражения его лица, но судя по реакции главного, оно соответствовало издаваемым звукам.

– И что должна означать эта демонстрация? – начальник встал и занял явно оборонительную позицию, но не сдавался и продолжал задавать вопросы. У нас бы давно в расход пустили, а тут… Странные.

– Я его люблю, – удалось разобрать сквозь рык.

– Значит, это есть причина самоволок, – почему-то радостно сказал начальник, но стражу звать не стал, зато уставился на меня с нескрываемым интересом, правда любовался издали, подойти боялся. – И намерения серьезные? – подозрительно прищурился он, как-то уж очень знакомо выпятив подбородок.

– Самые серьезные, – подтвердил мой эльф. А меня, между прочим, не спрашивали.

– Кого я должен принять в семью?! – патетически воскликнул незнакомец и поднял глаза к потолку и тут же спокойно и прагматично закончил: – Скажу твоей матери, чтобы начинала готовиться к церемонии. – И, чуть помедлив, добавил: – Так и быть, после свадьбы он сможет тебя посещать два раза в неделю.

– Может, договоримся? – закинул удочку Пщ, который вдруг как-то притих.

– Даже не знаю, – покачал головой мой будущий родственник, – что ты можешь предложить?

– Пространственный телепортатор, – нехотя признался мой, прости господи, жених.

– И где он?

– Конфисковали…

Главный эльф распорядился сопроводить Пща к коменданту базы за этой самой штукой. Я молчал, потому что в данной ситуации боялся сделать хуже, а разобраться с некоторыми наглыми и самоуверенными товарищами можно и немного погодя.

– Мой сын совершенно неуправляемый, нарушающий все мыслимые и немыслимые правила эльф, но при этом совершенно гениальный изобретатель. Еще в школе придумал универсальный стиратель памяти только потому, что учительница грозила пожаловаться родителям на его проделки. Над пространственными перемещениями работали плеяды талантливых ученых, а он его сотворил за несколько дней буквально на коленке только для того, чтобы незамеченным мотаться к любовнику. Ему нужна цель, смысл жизни… И по иронии судьбы такой целью стал ты, человек. Я не знаю, что будет дальше, в вашу жизнь никто вмешиваться не будет, но ты должен понимать, что…

Что я должен понимать, я таки понял, хотя папа и не успел договорить – посланцы обернулись как-то слишком быстро. И без высоких слов понятно, что влип я по самые помидоры, но через печаль от осознания глубины той жопы, в которой я оказался, пробивалась, как зеленый росток сквозь толщу асфальта, мысль: а вот Толик-то не прав! Любовь – она не в том, чтобы выполнять капризы любимого, а в том, чтобы изобрести пространственный телепортатор и быть рядом.

И во всей этой истории смущало меня только одно: а с какого это перепуга я вдруг стал понимать по-эльфийски?

Эпизод 8

 Мы жили на базе и готовились к свадьбе. Ну как готовились… Мой эльф где-то пропадал целыми днями, появляясь ближе к ночи и падая почти бесчувственной тушкой рядом. Подгребал под себя и вырубался. Мне было даже интересно, что же такого он делает днем, что при общей выносливости дает такой упадок сил? На эту тему он предпочитал не говорить и просто отсыпаться. Возможно, я бы и обиделся от недостатка внимания к моей персоне, если бы не утренний жаркий секс. На рассвете, когда в окно сквозь густую листву окружавшего базу леса едва проникал серый утренний свет, когда я едва мог открыть глаза и выплыть из самой сладкой утренней дремы, этот извращенец брал меня сонного. А потом исчезал до позднего вечера.

Единственным человеком, который иногда разгонял мою тоску, был Толик. Свободы у него было не в пример больше, чем он и пользовался, принося новости извне, а также что-нибудь почитать, ибо никакие человеческие электронные штучки на базе не работали.

- А чего ты хочешь, - пожимал плечами Толик, запуская руку в миску с клубникой, - разница в технологиях, секретный объект.

Ёжик, Толиков эльф, согласно кивал, улыбаясь. Наедине нас не оставляли никогда, то ли из соображений пресловутой секретности, то ли по причине патологической ревности жениха. Я заметил, как шарахались от меня другие эльфы, которые случайно попадались по пути в столовую. Даже смотреть в мою сторону опасались. А все почему – Пщ запугал. Папашка его сказал, что это наследственное, и подмигнул, зараза. Хотя сам генерал, или кто он там в эльфийской иерархии, не производил впечатления бешеного ревнивца. Но с другой стороны, и его жены в пределах видимости не наблюдалось.

Толик по этому поводу ржал, что сидеть мне, как красной девице в светелке, и ожидать, когда муж соизволит навестить. Смехуечки смехуечками, а перспективы вырисовывались нерадостные. Требовалось срочно пообщаться с любезным Пщом, только вот время выбрать никак не получалось: то он вырубится вечером, то я утром никак не проснусь.

- Толик, я требую аудиенции начальства, - хмуро заявил я через две недели заточения.

- Эк тебя прижало, - посочувствовал друг, - где ж я найду это начальство? Меня, знаешь ли, тоже не слишком пускают.

- Через эльфа своего передай. Пусть Пщу скажет, что если не будет нормального разговора, то и свадьбы не будет.

- Ну-ну, - скептически протянул Анатолий.

В общем, в затею с отменой бракосочетания я не верил: скорее дорогой жених меня где-нибудь под кустиком прикопает, чем позволит от него улизнуть.

- Передам, - пожал Толик плечами, - но я бы на твоем месте не рассчитывал на многое.

Я снова сидел один в опостылевшей комнате. Читать надоело, зарядку сделал и даже не один раз, больше заняться было нечем, только смотреть на едва заметно покачивающиеся кроны деревьев сквозь узорную решетку окна.

- Что это ты выдумал?! – явление разъяренного Пща было эффектным, особенно упрямо выдвинутая вперед челюсть, я даже залюбовался – куда там всяким терминаторам.

- Знаешь, если придется сидеть все время взаперти, то я категорически против такой жизни, - на меня снизошло спокойствие, на самом деле, надо что-то делать, а то так и буду бесплатным приложением к этому великолепному образчику мужественности. С одной стороны, вроде бы и неплохо, но с другой… Я не чувствовал в себе сил и желания превратиться в покорную восточную наложницу, ожидающую своего господина в гареме, о чем и заявил слегка ошарашенному эльфу.