Клянусь тебе, мама,
Я очень любил.
И если б я мог
Тебя крепче обнять,
То я попросил бы:
Не надо страдать.
Я закусила губу, стараясь сдержать слезы.
Почему я так относилась к Ване? Он же беззлобный парень, который в трудный период жизни немного сошел с дистанции. Почему Дима набросился на него с кулаками? Он ведь не насиловал его сестру. У них все было по взаимному согласию. Уверена, что Ваня Машу ни к чему не принуждал. Она сама его выбрала, сама захотела. И что случилось с нашим спокойным, уравновешенным Дмитрием, который в любой стрессовой ситуации умел сохранять здравый рассудок и не терял самообладание? А теперь что будет с Ваней? А с его мамой, если он не выживет? Бедненькая Светлана Артемовна, потерявшая мужа и, возможно, сына. Ваня может и очнуться, но быть уже не тем, что прежде. Слышала о случаях, когда после тяжелых травм люди оставались «овощами».
Я закрыла руками лицо и заплакала.
Папа съехал на обочину.
— Не плачь, милая. Все наладится, — успокаивал отец, поглаживая меня по волосам.
Я позволила потоку эмоций вылиться наружу, и когда успокоилась, папа выехал на дорогу.
Нашу маленькую квартирку пропитал аромат булочек с корицей. Славка встретил меня с большой красной кружкой какао.
Когда мы находились в полицейском участке, папа звонил маме сообщить, что стряслось. Она очень переживала, но не стала выезжать к нам, предпочитая встретить вкусным ужином и выпечкой. Мама ждала нас, расхаживая из угла в угол, и регулярно отклоняя входящие вызовы. Несмотря на вечер, клиенты не оставляли ее в покое. Они писали ей даже по ночам.
Все вместе, как было раньше, мы сели за стол. На чистой скатерти нас ожидал запеченный цыпленок с вареным картофелем и салат из свежей зелени.
Родители обсуждали случившееся, по очереди бросая на меня беспокойные взгляды. Славик был задумчивым и, в основном, молчал. Ужин подходил к его диете, однако его лицо выражало абсолютное ничего. Меня никто ни о чем не расспрашивал, а я не горела желанием говорить. Поэтому ужин проходил тихо и также тихо закончился. Я съела булочку с корицей, запив ее теплым какао, но даже не почувствовала вкуса. Мысленно я была далеко отсюда.
Поздно вечером папа засобирался к бабушке, и мама поспешила сложить ему булочек в фасовочный пакет. На прощание они тепло обнялись. Надежда на воссоединение родителей мелькнула в глазах Славки, выходившего из туалета.
Я не стала беспокоить Машу и тем более Диму, понимая, в каком они сейчас состоянии. И я очень боялась, что Ивана не стало. Хотела тешить себя мыслью, что он выжил.
Перед сном мама заглянула в нашу комнату.
— Жень, я звонила маме Ивана. Она сказала, что Ваня в крайне тяжелом состоянии, — негромко произнесла мама.
Я присела в кровати.
— То есть он жив, — выдохнула я с облегчением.
Мама погрустнела еще больше.
— Он в коме, — последнее слово мама прошептала.
Слезы брызнули из моих глаз. Славка свесился со второго яруса и с сочувствием глядел на меня большими зелеными глазами. Мама присела на край кровати.
— Хочешь, можешь не ходить завтра в школу. Я позвоню вашему классному руководителю, она поймет.
Я согласилась.
Мама чмокнула меня и брата в лоб, пожелала спокойной ночи и мы улеглись спать.
Глава 16
Мама сообщила в школу о причине моего отсутствия. На той стороне трубки поохали, поахали, но ничего против моего временного пропуска не сказали. Мы с Машей получили психологическую травму, а это уважительна причина, наряду с любой другой болезнью. Каждый человек нуждается в отдыхе после потрясения.
Весь день я пролежала пластом, время от времени поглядывая на телефон. Маши тоже не было в школе. Ближе к обеду я набрала ее номер.
— Алло, — раздался слабый голосок.
Мое сердце болезненно сжалось. Только бы не услышать плохих новостей, только бы не услышать…
— Привет, ты как?
Подруга всхлипнула.
— Ужасно, — ответила она.
— Есть какие-то новости?
Я ведь даже не знаю, вызывали ли ее на допрос, как прошел разговор у Димы со следователем, как состояние Ивана.