Я подскочила по будильнику, как ужаленная. Славка тоже поднялся и сразу пошел занимать ванную.
Быстро закинув в сумку учебники, я с энтузиазмом раскрыла дверцы платяного шкафа. Сегодня особенный день — встреча с Богданом, о котором у меня не нашлось времени подумать за последние полтора дня. Оно и к лучшему. Как говорит бабушка: парнями голову забивать раньше времени не стоит. Это дело неблагодарное и недальновидное.
Настроение по-прежнему было ниже среднего, но ради свидания я остановила свой выбор на зауженных песочных брюках и белой в серую полоску хлопковой рубашке. На шею надела серебряную цепочку с маленьким аквамарином причудливой формы. Волосы заплела в косу, открывая взору аккуратные серебряные гвоздики в ушах. После утренних процедур, я нанесла на лицо дневной крем, подкрасила ресницы и покрыла губы блеском. На выходе бросила в сумку флакончик с духами в виде ручки, обула белые кеды и поспешила на занятия.
В школе меня ждал неприятный сюрприз.
Оказалось, что все в курсе позавчерашних событий. Маши не было, поэтому все любопытные взгляды были прикованы ко мне. Почти каждый одноклассник считал необходимым подходить и спрашивать, что случилось в тот страшный вечер. От вопросов не было покоя ни на уроках, ни на перемене.
К концу третьего урока желудок ярко выразил потребность в пище, но как бы ни хотелось утолить голод, я не могла пойти в столовую, рискуя быть окруженной любопытствующими. Так и просидела до шестого урока без крошки во рту.
— А Машку теперь в психушку упекут, да? — докопался до меня Стас Щербаков, когда я отправилась-таки в столовую за чаем.
В это время обедают младшие классы, и я искренне надеялась не встретить никого на своем пути.
— Оставь меня, пожалуйста, в покое, Стас.
— Я только хочу сказать, что твоя подруга не только больная на голову, но еще и шлюха, оказывается. Я-то думал, она порядочная, — противно хмыкнул Стас мне под ухо.
Глядя перед собой, я прошла мимо него.
— А ты теперь о себе тоже подумай, Женя! С кем поведешься, от того и наберешься! — крикнул он мне в спину. — Скажи мне, кто твои друзья, и я скажу, кто ты.
— Оставь меня! — не выдержала я и рванула на себя дверь в столовую. Та неприятно скрипнула.
Щербаков за мной не последовал.
Я выпила теплый сладкий чай с лимоном и вышла из школы.
Деревья с набухшими почками неспешно покачивались в такт моим мыслям. Я плохо соображала, но не отчаивалась. Ничего страшного, что Богдан увидит во мне пустоголовую, вместо умной, эрудированной выпускницы. Что поделать, если у меня не было сил и времени учить историю? В конце концов, если я ее сдам не очень, то можно поступить в ИвГУ платно.
Автобус довез меня до пункта назначения. С гулко бьющимся сердцем я ступила на асфальтированную узкую дорожку, по которой этой весной ходила много раз. Ладошки начали предательски потеть, стоило мне увидеть боковую сторону домика.
Странно, но со стороны дом создавал впечатление заброшенного. Сухая земля с торчащими из нее кустами сорняков, сорной травы и прочей прелести подтверждали отсутствие ухода. Дерево неподалеку от домика смотрелось немного устрашающе. Казалось, когда-нибудь оно пустит свои длинные тонкие раскидистые ветви в дом через окна и поглотит домик изнутри, пока тот не треснет и не превратится в кучку износившихся, прогнивших досок.
Странное впечатление о доме, который внутри был просто потрясающим.
И окна почему-то пыльные, и какие-то…убогие. С форточками, как во времена СССР. Не пластиковые, а деревянные. Местами расползались трещины, напоминающие темную паутину.
Если не пытаться все рассмотреть, то от самого места, на котором стоял дом номер №2, веяло незримой тоской и увяданием. Как будто дом стоит…не знаю. На погосте?
Меня сковал ужас. О чем я только думаю! Открыв калитку, которая местами прохудилась, я взошла по кривым, ободранным ступенькам на крыльцо. Стараясь выбросить дурные мысли из головы, я постучала в дверь.
Откуда-то справа завыла собака. Вздрогнув, я повернулась на звук. А когда снова посмотрела на дверь, передо мной уже стоял Богдан.