Выбрать главу

«Я влюблена», – отвечает она.

Мы останавливаемся, чтобы пересечь улицу.

«Это правда, – говорит она. – Вот почему я красивая. Все дело в любви».

Она хорошенькая, но я понимаю, что она имеет в виду. Она сияет. Не перестает улыбаться. Полна жизни.

Когда я прихожу домой, перед тем как войти внутрь, я кое-что понимаю. Любовь не обязательно должна быть для другого, не так ли? Любовь – это эмоция, любовь – это чувство, любовь – это способ бытия. Этот пружинистый шаг, эта улыбка, легкость и открытость – разве они не могут просто появиться от любви к себе? Я стою на пороге как вкопанный: ну конечно! Вот они мы, считающие, что одному нужно любить другого, чтобы сиять, чувствовать себя свободным и кричать об этом на каждом углу. Но самый важный человек уже ждет, когда его полюбят искренне и глубоко.

Самые важные отношения, которые у нас когда-либо будут, – это отношения с самими собой.

И вот что интересно. Когда мы любим себя, мы начинаем сиять. И это сияние притягивает к нам других. Не успеваем мы оглянуться, как они уже любят нас, и мы сами решаем, с кем разделить нашу любовь.

Прекрасная ирония. Влюбитесь в себя. И мир полюбит вас в ответ.

Прощение

Я веду машину вниз по Шоссе № 1, глядя на деревья. В полумиле к югу от маяка в Пескадеро я вижу знакомый забор, отделяющий луг от дороги. Останавливаюсь и глушу мотор. Двигатель медленно щелкает в тишине. Затем я хватаю рюкзак, перепрыгиваю через забор и иду к деревьям. Ветерок продувает кусты. Вдалеке Тихий океан. Огромное синее летнее небо над головой.

Я открыл для себя этот луг, когда только переехал в Калифорнию. Садился в машину и просто ехал, пораженный внушающей красотой Тихоокеанского Северо-Запада. В мире нет ничего подобного.

Много лет назад я привел сюда свою девушку. Когда мы подошли к деревьям, я вырвал из блокнота листок бумаги и протянул ей ручку.

«Ты должна простить себя», – сказал я ей.

Она все еще чувствовала себя виноватой после развода. Ей пора было забыть об этом.

«Запиши все, что ты держишь внутри против себя. Все. Потом прости себя. Запиши это тоже. Когда ты закончишь, мы отдадим этот листок океану. Это освободит тебя».

Она долго молчала. Похоже, она плакала.

«Ты тоже должен простить себя, – наконец произнесла она. – За то, что не пошел в медицинский».

Одно из удивительных женских качеств – мудрость.

Она была права. Я предпочел стартапы медицинской карьере, и неважно, что я себе понарассказал, это был эгоистичный выбор. Деньги я предпочел тому, что было важно для меня. Выбор, с которым я еще не сжился.

Так что мы вместе занялись письмами, потом спустились к волнам, скомкали листки и забросили их в океан. И знаете, это подействовало. Внутри что-то высвободилось и никогда больше не возвращалось. Сожаления о том, что я отказался от медицинского образования и карьеры врача, ушли. Сами по себе. Такое простое упражнение. И такое действенное.

И вот я снова на этом лугу, на этот раз один. На берегу осталось только два продуваемых ветром дерева. Третье лежит на траве, длинный ствол обуглен. Возможно, удар молнии. Остов дерева стоит в нескольких футах в стороне, выбеленный ветром и дождем. Я взбираюсь на него и смотрю на океан. Ранний вечер. Солнце высокое и большое. Вода под ним золотой дорожкой мерцает до самого горизонта.

Я достаю блокнот из рюкзака, отрываю листок бумаги и пишу. Сегодняшняя дата. Все, что я имею против себя. Напортачил, когда знал, как сделать лучше. Закрыл свое сердце. Причинил себе боль сильнее, чем было нужно. Ошибки. Все. Закончив, добавляю, что прощаю себя. За все это. И в этот момент прощения сознание чистое и ясное, словно небо у меня над головой. Потому что знаю, кто я.

Это первый шаг. Осталось еще два. Жизнь многому научила меня за время, прошедшее с тех пор, как я открыл это место. Я спускаюсь на пляж, сажусь на камень и смотрю на волны. Они шуршат, разбиваясь о галечный берег. Я поднимаю письмо к небу и читаю его вслух. Все, что я держу внутри против себя. Все прощение.

Я повторяю свой ритуал до тех пор, пока слова не перестают быть нужными. Затем протягиваю руку и хватаю крупный голыш. Когда я вижу его, то смеюсь. Он имеет форму сердца. Ах, жизнь, у тебя отличное чувство юмора!

Я плотно оборачиваю бумагу вокруг каменного сердца, снова смотрю на волны. Это священный момент. Отдать все, что я копил, чему-то большему. Чтобы оно сделало все возможное. Забрало весь мой негатив, все мои нападки на самого себя, и я мог бы облегчить свою ношу. Жить той жизнью, которая мне предназначена. В конце концов, именно самокритика тяготит нас больше всего.