Пришлось отпустить Данаю и открыть покореженный бардачок.
- М-м-м. кто тут у нас… Лютанов? – протянул Петров и присвистнул, - а не сын ли ты Анатолия Лютанова?
Блять, узнал.
- Сын, - как можно сдержаннее втянул воздух и засунул руки в карманы. Уж больно они чесались заехать кому-нибудь.
- И что же ты, Рудольф Анатольевич, отцу предвыборную компанию решил испортить своими выходками? – мерзко усмехнулся сержант и выплюнул себе под нос: - мажор недоделанный.
Но я услышал.
Тут, походу, попахивало личной неприязнью.
- Машину занесло на обледеневшей дороге, впереди идущий транспорт резко сбавил скорость. Моей вины тут нет. Чистое невезение и глупая случайность, - выдохнул драматично.
- Ты мне тут втирательством не занимайся, - усмехнулся сержант, - везде камеры. Видел я как ты в шахматиста поиграть решил и дистанцию не соблюдал.
Сжал кулаки, борясь с нахлынувшим раздражением и злостью.
- Ну, конечно, - посмотрел на него в упор, - если задаться целью выставить меня виноватым, то именно так все можно и обыграть.
- А разве не ты виноват? Или хочешь переложить ответственность на хрупкую девушку?
А вот мы и вспомнили о «хрупкой девушке», которая, судя по стилю вождения, на грузовике на права сдавала.
- Таких, как ты, богатеньких отпрысков на место ставить нужно, - принялся распинаться Петров, с умным видом скрестив руки на груди, - показательно. Тут как раз неподалеку съёмочная группа вечерних новостей репортаж снимает… вот, подкину им горяченький сюжет.
Эта скотина утопить меня решил. Не только меня, но и отца заодно.
Обернулся к Данае, взглядом намекая, чтобы вмешалась и подтвердила мои слова. Но эта актриса погорелого театра по-прежнему стояла и хлопала глазами, приоткрыв свои пухлые губы. Изображала испуг и растерянность. Прямо сама невинность!
Да тут, короче, все против меня. Намеренны выставить виноватым и наверняка еще против бати могут использовать. А тот мне башку снесет за осквернение его святого имиджа.
- Может как-нибудь договоримся в честь праздника, сержант Петров? – стоять и ломать эту комедию желания не было совершенно.
- Договоримся? Я че, похож на Деда Мороза? – нахмурился мужик в форме.
- Нет. Я похож, - раздраженно огрызнулся.
- А ведь и правда…, - поморщился его помощник, озадаченно рассматривая мой костюм. И в этот момент его мысли как будто были на лице написаны, что подарило мне гениальную идею.
- Так я и есть Дед Мороз, - на меня вдруг снизошло вдохновение. Терять было нечего, поэтому я принялся выкручиваться, - на представление опаздываю!
- Какое еще представление?! Ты че мне тут лечишь, Лютанов? – Петров, кажется, начал выходить из себя.
- Благотворительное, - эмоционально развел руками, мол «вы что, не понимаете?», - для фонда «Дом надежды»(1)*. Вы должны были слышать о таком!
Путь только скажут, что нет… выставят себя дураками. А этот сержант с таким гонором, что никогда не подставится.
- Так это…, - второй сержант растерянно переместил взгляд мне за спину и я понял, что он разглядывал Данаю, - вы вместе туда спешите что ли?
Почему вместе?
Не сразу догнал.
Но, стоило мне обернуться и проследить за его взглядом, как я заметил то, что все это время не привлекало мое внимание.
Футболка, которая была одета на блондинке, была с какими-то надписями. Вначале я не вчитывался, но сейчас…
Там было явно написано «Дом надежды» и какая-то их эмблемка.
(1)*Дорогие мои, про фонд "Дом надежды" и Алину Викторовну можно прочитать в романе Ронни Траумер "Будь моим Дедом Морозом". С этой девушкой мы довольно часто будем по делу пересекаться в этой книге, но если вам интересна ее новогодняя история, то вам сюда:
— Простите? — вопросительно выгибаю бровь.
— Гринч — похититель Рождества.
— Бред какой, — бормочу себе под нос.
— Я даже не удивлена, — говорит, встав ко мне лицом.
— Чем? — наклоняю голову набок.
— Тем, что вы не знаете, кто такой Гринч, и что считаете это бредом, — бросает и всё ещё стоит.
— Я не обязан знать…
— Конечно, вы не обязаны, но советую посмотреть фильм, вы очень на него похожи, — она осматривает меня с головы до ног. — Гринч ненавидит Рождество и пытается испортить его всем, но вскоре понимает, что истинная суть Рождества в радости и дружбе. После этого его сердце «растёт», и он становится добрым…
— Что вы от меня хотите, Алина?
— Ничего не хочу, желаю вам только стать добрее. С наступающим! — кидает в меня напоследок, словно последнюю пулю.