Выбрать главу

Джейн собрала бумаги, направилась к двери.

— Я об этом подумаю.

— Подумай, подумай. Время у тебя есть. Подписать все бумаги ты должна в пятницу, до четырех часов дня.

— Доктор Дарлингтон едва успела к назначенному сроку. — Брайан Дельгадо, адвокат Кэла, постучал по брачному контракту, занимавшему центральное место на его столе. — Она появилась здесь около четырех, очень расстроенная.

— Хорошо. — За неделю Кэл так и не отошел: его по-прежнему переполняла ярость. Слишком уж большую свинью подложила ему Джейн. Он вновь увидел ее в классе. Темно-оранжевое платье с двумя рядами золотых пуговиц, забранные назад волосы, большие очки, скрывающие зеленые глаза. Она больше напоминала какого-нибудь ГУКа[19], чем женщину, побывавшую в его постели.

Кэл подошел к окну, посмотрел на автостоянку. Через два дня он женится. Все его существо бунтовало против этого решения, все, за исключением моральных принципов, на которых его воспитывали: мужчина не должен бросать своего ребенка, даже нежеланного.

Он не хотел в своей жизни ничего постоянного. Во всяком случае, до тех пор, пока мог играть в футбол. А он еще мог и хотел, находясь в самом расцвете сил. Он выполнит свой долг перед ребенком, но Джейн Дарлингтон заплатит за то, что посмела манипулировать его жизнью. Он никому не позволял шпынять себя. Не позволял и не позволит.

— Я хочу наказать ее за это, Брайан. Узнай о ней все.

— Что именно тебя интересует?

— Я хочу знать, где у нее слабое место.

Кэл знал, что Дельгадо идеально подходит для такой работы: еще молод, но глаза акулы, а хватка железная. Он представлял интересы Кэла уже пять лет. Умный, агрессивный, умеющий хранить секреты: ничего лишнего за пределы его конторы не выходило. Иногда желание ублажить своего важного клиента перехлестывало у Дельгадо через край, но Кэл полагал, что с таким недостатком можно мириться. Пока с этой историей он разбирался быстро и эффективно, так что Кэл не сомневался, что и дальше у Дельгадо проблем не возникнет.

— Она не должна выйти сухой из воды, Брайан. Я женюсь на ней, потому что должен, но это еще не конец. Она должна узнать, что ошиблась с выбором. Я не из тех, кого можно использовать как сортирную бумагу.

Дельгадо задумчиво постукивал ручкой по договору.

— Вроде бы она живет очень тихо. Едва ли я найду в ее шкафу много скелетов.

— Найди все, что только можно. Пусть этим займутся твои лучшие люди. Выясни, что для нее самое важное в работе, в карьере. Этого мы и постараемся ее лишить.

Кэл буквально видел, как крутятся колесики в голове Дельгадо, оценивая сложности, которые могли возникнуть при выполнении этого поручения. Менее агрессивный и честолюбивый адвокат скорее всего отказался бы. Но не Брайан. Ему нравилось «убивать».

Уходя от Дельгадо, Кэл принял еще одно решение: он должен защитить наиболее дорогих ему людей от последствий того, что натворила Джейн Дарлингтон. Его семья еще не пришла в себя после смерти Черри и Джейми, и он не будет вываливать на них новые горести. Что же касается ребенка… Да, насколько он себя помнил, его считали жестким, даже жестоким, но и справедливым. И он не собирался наказывать ребенка за грехи матери.

Мысли о ребенке он тут же выкинул из головы. Думать об этом рано. Сейчас его заботила только месть. Да, на это потребуется время, но он больно ударит ее, так больно, что она никогда этого не забудет.

В ночь перед свадьбой Джейн не находила себе места от ужаса. Не могла ни есть, ни спать, но сама церемония прошла очень уж буднично. В кабинете висконсинского судьи они пробыли меньше десяти минут. Обошлись без друзей, цветов, поцелуев.

По окончании церемонии Брайан Дельгадо, адвокат Кэла, сообщил ей, что Кэл отбывает в Северную Каролину и всю необходимую информацию она будет получать или передавать через него. Кэл не говорил с ней вовсе.

Уехали они, как и прибыли в Висконсин, каждый на своей машине. Вернувшись домой, Джейн почувствовала безмерное облегчение. Все кончено. В следующий раз она увидит его не скоро.

К сожалению, она не приняла во внимание вездесущесть прессы. Через два дня спортивный комментатор «Чикаго трибюн», по наводке пожелавшего остаться неизвестным висконсинского клерка, опубликовал статью о тайном бракосочетании самого знаменитого в истории команды куортербека и доктора Джейн Дарлингтон, профессора физики Ньюберри-колледж.

И началась журналистская вакханалия.

Глава 6

— Я тебе этого никогда не прощу, — прошипела Джейн, защелкивая половинки ремня безопасности.

— Главное, помни, кто пришел ко мне с бантом на шее. — Кэл сунул посадочные талоны в карман пиджака спортивного покроя и уселся рядом с ней. Он и не пытался скрыть ненависть к супруге.

Пять дней, минувших с церемонии бракосочетания, перевернули их жизнь. Стюардесса, обслуживающая салон первого класса, остановилась у их кресел, на короткое время прервав словесную битву, которая в той или иной форме продолжалась уже три дня, с появления заметки в «Трибюн». Она принесла поднос с двумя бокалами шампанского.

— Примите наши поздравления! Экипаж счастлив, что вы летите с нами. Мы все болельщики «Старз» и очень за вас рады.

Джейн, беря бокал, заставила себя улыбнуться:

— Благодарю.

Кэл предпочел промолчать.

Взгляд стюардессы скользнул по Джейн, оценивая женщину, которой удалось приручить самого завидного холостяка в городе. Джейн уже начала привыкать к изумлению, читавшемуся на лицах людей, когда они видели ее впервые. Они, несомненно, полагали, что жена Кэла Боннера должна выглядеть и одеваться как топ-модель. Разумеется, хорошо сшитый твидовый пиджак Джейн, брюки и шелковая блуза на модный наряд не тянули. Дорогая одежда, хорошего качества, но больно уж консервативная. Ей подходил классический стиль, и она не собиралась превращаться в модную бабочку.

Волосы она завила, и новая прическа подчеркивала утонченность ее лица. Из украшений надела только золотые серьги-кольца да тоненькое обручальное колечко, купленное адвокатом Кэла по случаю свадьбы. На ее пальце оно выглядело чужеродным телом, и Джейн предпочитала его не замечать.

Поправляя очки, она подумала о том, что компанию Кэлу обычно составляли молодые женщины. Он бы предпочел, чтобы она надела мини-юбку. Оставалось только гадать, как бы он отреагировал, узнав ее истинный возраст.

Ее пугал даже вид его воинственно выпяченной челюсти. Если он и питал к ней хоть какие-то чувства, то искусно их скрывал. Он напоминал Джейн бомбу, готовую взорваться в любой момент.

— Выпей ты. — Она протянула ему свой бокал, как только стюардесса отошла.

— С какой стати?

— Потому что я беременна и не могу пить шампанское. Или ты хочешь, чтобы все об этом узнали?

Кэл зыркнул на нее, осушил бокал, отдал Джейн.

— Ты еще превратишь меня в паршивого алкоголика.

— Я ни разу не видела тебя без стакана в руке, так что большую часть пути ты прошел без моей помощи.

— Ты ни хрена обо мне не знаешь.

— Здорово ты выражаешься. Образно.

— По крайней мере по мне не скажешь, что я проглотил словарь. Сколько потребуется времени, чтобы запас твоих умных слов пошел на убыль?

— Точно не знаю. Если я не буду с этим спешить, ты, может, какие-нибудь и запомнишь.

Она знала, что от таких перепалок попахивает инфантилизмом, но враждебное молчание Кэла очень уж давило ей на нервы, заставляя то и дело поглядывать в сторону выхода из салона. Джейн пугано стремление Кэла избежать малейшего физического контакта. Похоже, он действительно опасался, что не сможет сдержать себя, притронувшись к ней, и просто растерзает. Джейн не нравилось пребывать в постоянном страхе, тем более что рыльце у нее было в пушку, и она решила, что наилучший выход для нее — ответная агрессивность. Ни в коем случае он не должен почувствовать, что она его боится…

Эмоциональный стресс стал лишь одной из перемен, которые принесли последние дни. В пятницу утром, через два дня после свадьбы, приехав в Ньюберри-колледж, она столкнулась с толпой репортеров, выкрикивающих вопросы и тычущих ей в лицо микрофоны. Пробившись сквозь них, Джейн метнулась в кабинет, где ее встретил восторженный взгляд Мэри и огромная стопка записок с просьбой перезвонить, включая одну от Кэла.

вернуться

19

Главный управляющий компании (CEO — Chief Executive Officer).