Выбрать главу

А тут подкралась и усталость. Хотелось плюхнуться в кровать и сразу заснуть, но своих чемоданов в холле она не обнаружила. Поняла, что Кэл куда-то их унес, пока она осматривала дом. На мгновение вспомнила большую спальню. Неужели он думает, что она будет спать с ним в одной кровати? И тут же отогнала эту мысль. Он избегал малейшего физического контакта, так что сексуальной агрессии с его стороны она могла не опасаться.

Мысль эта, однако, не успокоила. Слишком сильным было его мужское начало, и Джейн не могла чувствовать себя в безопасности. Ей оставалось лишь надеяться, что ее ум сможет взять верх над его силой.

Цветные огни фонтана отбрасывали гротескные тени на стены холла. Джейн поднялась наверх, чтобы найти себе спальню. Первым делом открыла дверь комнаты, максимально удаленной от большой спальни.

И попала в очаровательную детскую. С простенькими, в белую и голубую полоску, обоями, удобным креслом-качалкой, белым комодом и детской кроваткой. Стену над ней украшал прямоугольник белой материи с вышитой на ней молитвой. Джейн с изумлением отметила, что ничего другого, связанного с религией, она в доме не видела. В убранстве детской чувствовалась чья-то любящая, заботливая рука, отнюдь не принадлежавшая, по глубокому убеждению Джейн, Джи Дуэйну Сноупсу.

Она опустилась в деревянное кресло-качалку, что стояло у окна, и задумалась о собственном ребенке. Разве он сможет расти сильным и счастливым, если родители будут воевать друг с другом? Она вспомнила обещание, которое дала Энни Глайд: ставить благополучие мужа впереди собственного. Как только этой старухе удалось обвести ее вокруг пальца и добиться ее согласия на невозможное? При том, что он ничего не пообещал взамен.

Почему она в отличие от него не смогла выкрутиться? Правда и при бракосочетании она многое наобещала. Одним невыполненным обещанием больше, одним меньше — никакой разницы.

Откинувшись на спинку кресла-качалки, Джейн начала искать путь к миру. Она обязательно должна его найти. И не тот, что предлагала Энни. Так будет лучше для ребенка.

Чуть позже полуночи Кэл заперся в кабинете и позвонил Дельгадо домой. Дожидаясь, пока адвокат возьмет трубку, он с неодобрением поглядывал на стены, украшенные охотничьими трофеями. Вот в его виде спорта сражаться приходилось с крепкими парнями, а не с беззащитными животными, и ему это нравилось. Он отметил, что от этих трофеев надо побыстрее избавляться.

Когда в трубке послышался голос Брайана, Кэл сразу перешел к делу:

— Что ты выяснил?

— Пока ничего. У доктора Дарлингтон скелетов в шкафу, похоже, нет. Может, потому, что личная жизнь у нее практически отсутствовала.

— А что же она делает в свободное время?

— Работает. Это и есть ее жизнь.

— И в послужном списке ничего нет?

— Проблемы с боссом в «Приз лабораториз», но причина тому — его профессиональная зависть. Среди физиков старшего поколения бытует мнение, что исследования элементарных частиц — мужское дело.

Кэл нахмурился:

— Я надеялся, что к этому времени ты что-нибудь раскопаешь.

— Кэл, я понимаю, ты хотел, чтобы мы покончили с этим вчера, но нам требуется время, чтобы не привлекать к себе излишнего внимания.

Кэл прошелся рукой по волосам.

— Ты прав. Временем я тебя не ограничиваю, но ты должен что-нибудь найти. Действуй, как считаешь нужным. Но в то же время особо не тяни.

— Это понятно.

Они поговорили об условиях перезаключения контракта с сетью кафе быстрого обслуживания, обсудили предложение производителя спортивной одежды. Кэл уже собрался положить трубку, когда его осенило:

— Завтра пошли кого-нибудь из своих людей прикупить комиксов. О солдатах удачи, суперменах, не помешают и два-три с Багсом Банни[25]. Всего пришли мне четыре или пять десятков.

— Комиксов?

— Да.

Других вопросов Брайан не задал, хотя Кэл чувствовал, что спросить тому хочется. Закончив разговор, он отправился на второй этаж в поисках женщины, которая, так круто изменила его жизнь.

Жажда мести не вызывала в нем угрызений совести. Футбольное поле преподало ему немало уроков выживания, и он хорошо усвоил фундаментальные истины. Если кто-то сыграл с тобой грязно, ты обязан ответить тем же — или в тот же момент, или чуть позже. И идти против своих же принципов он не собирался. Не хотел постоянно оглядываться, стараясь понять, чем она удивит его на этот раз. Она должна раз и навсегда усвоить, с кем связалась и каковы могут быть последствия, если она попытается вновь обмануть его.

Джейн он нашел в детской устроившейся в кресле-качалке. Очки лежали у нее на коленях. Во сне она выглядела такой ранимой, но Кэл знал, сколь обманчиво это впечатление С самого начала в ее действиях читались хладнокровие и расчет. Она знала, чего хотела, и добилась своего, при этом без спроса перевернув его жизнь, чего он простить ей не мог. И речь шла не только о нем, напомнил он себе, но и о невинном ребенке.

Детей он любил. На протяжении десяти лет много времени уделял детям из бедных семей, хотя старался этого не афишировать, чтобы кто-нибудь не попытался превратить его в святого Кэла. Он полагал, что эта часть его жизни останется без изменений и после женитьбы. Сам он вырос в крепкой семье, и ему не нравилось, что его приятели и их бывшие жены перекидывали детей друг другу, словно мячик. Он поклялся, что его ребенок избежит такой незавидной судьбы, но доктор Дарлингтон не оставила ему выбора.

Кэл шагнул в детскую. Лунный свет превратил волосы Джейн в серебро. Одна прядь мягко вилась по щеке. Джейн сняла пиджак, и Кэл видел, как мерно поднимается и опускается ее грудь под облегающим шелком блузы.

Во сне она казалась моложе той ужасной профессорши, что растолковывала студентам премудрости физики элементарных частиц. Общение с природой, сон, лунный свет сослужили добрую службу: Джейн посвежела, порозовела, вызывая у Кэла прилив желания.

Реакция тела встревожила его. При первых двух встречах с ней он понятия не имел, с кем имеет дело. Теперь знал, но тело плевать хотело на новую негативную информацию.

Кэл решил, что пора переходить к новой сцене их малоприятной мелодрамы, и чуть толкнул носком кресло-качалку. Кресло качнулось, Джейн проснулась.

— Пора в постельку, Розибад.

Зеленые глаза широко раскрылись и тут же потемнели в предчувствии неладного.

— Я… я, должно быть, заснула.

— День выдался длинный.

— Я искала спальню. — Она надела очки, прошлась руками по волосам, убирая пряди, упавшие на лицо. Кэл наблюдал, как ее пальцы скользят в серебряном потоке.

— Ты можешь занять комнату вдовы Сноупса. Пошли.

Он видел, что идти ей не хочется, ко еще больше не хотелось ввязываться в очередную ссору. Жаль, что ее эмоции так легко читаются на лице. Игра от этого теряет остроту.

Кэл повел ее по коридору. С приближением к главной спальне нервозность Джейн возрастала. Его это только радовало. А как она отреагирует, если он притронется к ней? Пока он избегал малейшего физического контакта, потому что не знал, сможет ли держать себя в руках. Он никогда не бил женщину, не мог даже представить себе такого, но желание уничтожить ее, причинить боль шло из подсознания. И теперь, видя, как она нервничает, он знал, что должен проверить и ее, и себя.

Они подошли к нужной им двери. Потянувшись к ручке, Кэл сознательно коснулся ее предплечья.

Джейн аж подпрыгнула и повернулась к нему. В его глазах стояла насмешка, она поняла, что он видит ее насквозь. И ему доподлинно известно, как она нервничает в его присутствии. А сейчас в нем чувствовалась какая-то угроза. Она не могла прочитать его мысли. Лишь знала, что в этом огромном, ужасном доме они вдвоем и она беззащитна.

Кэл распахнул дверь.

— Спальни у нас смежные, как принято в таких особняках. Как я понимаю, Джи Дуэйн и его жена не очень ладили.

— Мне не нужна смежная спальня. Я буду спать в одной из дальних комнат.

— Ты будешь спать там, где я скажу.

В его голосе слышалась угроза, и у Джейн скрутило живот.

— И что сие должно означать?

Взгляд Кэла скользнул по ее шее, груди, спустился к бедрам, вернулся к глазам.

— Ты лишила меня покоя, не говоря о том, что мне пришлось потратиться. По моим представлениям, это означает, что ты передо мной в долгу. Может, я хочу, чтобы ты находилась поблизости, если я решу, что пора расплачиваться.

вернуться

25

Находчивый, бесстрашный и нахальный кролик, герой 175 мультфильмов, нескольких художественных лент и комиксов. Создан в 1937 г, режиссером Чаком Джонсом.