Вчера не было солнца, сегодня же оно было ярким и повышало настроение просто своим присутствием всем проснувшимся людям; Веля была уверена в этом на все сто.
Солнечные зайчики прыгали по стеклянным и зеркальным поверхностям, один из них показался на стене рядом с Велей и даже подмигнул ей.
- Когда же они, эти торопливые люди, останавливаются? Вокруг такая красота, а они спешат мимо всего, - подумала она и немного грустно стала напевать любимую когда-то песню: «Смотри, какая красота, ей невозможно наглядеться, ты не целуй её в уста и прикоснись к ней только сердцем».
Веля сидела над всеми ними, ей показалось, что только она одна видит окружающую красоту.
Ей до боли в груди захотелось, чтобы кто-нибудь сейчас заметил её здесь, за окном. Зачем? Она не знала, но желание от этого не уходило.
Вдруг один пешеход – мужчина, в меру высокий, скорее всего, стройный, лет тридцати, в красной спортивной куртке, без шапки - остановился, вышел из потока, подошёл к театральной тумбе, напрочь обклеенной множеством пёстрых афиш. Что-то там прочитал, затем повернулся и поднял глаза. Он не сразу остановил взгляд на Веле. Они встретились глазами, она надеялась, что это так. Девушка не знала, увидит он или нет, но подняла руку и помахала ему, приветствуя. Улыбнулась ослепительно. Он несколько озадаченно посмотрел на неё, потом засмеялся от души, задрав голову.
Просмеявшись, махнул в ответ рукой, послал воздушный поцелуй. Веля прижала руки к груди, показывая, что тронута его жестом, потом помахала ему, желая удачи.
Он одарил её широкой улыбкой, они какое-то время просто смотрели друг на друга, потом она увидела в его руке телефон. Молодой человек ответил на звонок, и лицо его стало хмурым. Он нервно отвернулся от незнакомки в окне и, уже не поворачиваясь, растворился в людском потоке.
Веле опять стало немного грустно, она почувствовала мимолётное присутствие одиночества. Прогоняя его, спрыгнула с подоконника и стала собираться.
Девушка быстро доехала на метро до нужной станции, поднялась, прошла немного – и оказалась на Красной площади. Неторопливо пошла к Спасской башне, стояла и поворачивалась, рассматривала всё вокруг, переходила с места на место. Она сказала себе, что торопиться не стоит, что надо погрузиться в атмосферу ожившей истории, проникнуться ею. Периодически Веля делала снимки, увлечённая и погружённая в себя. Она не заметила, как недалеко от неё, справа, появился мужчина, который так же, как она, никуда не торопился. Он стоял на одном месте, положив руки в карманы полупальто. Тот, кто посмотрел бы на него даже непродолжительное время, подумал бы, что человек этот в мыслях очень далеко. Его осунувшееся лицо покрывала короткая щетина, глаза смотрели немного отрешённо.
Веля устала. Она захотела пройти в Александровский сад и там найти свободную скамейку. Она направилась на поиски. Проходя мимо мужчины, замедлила шаги, смешавшись, не посмотрела на него, прошла мимо, мелькнула странная мысль:
- Вот же надумала, это не он, - но на всякий случай ускорилась. Она, к счастью для себя, быстро нашла искомое и села, немного в сторону вытянув ноги и испытав наслаждение от облегчения. Закрыла глаза, вдыхая московский воздух, незнакомый и сложный.
Рядом сели. Мужской голос произнёс:
- Здравствуй, Веля. Увидел и не поверил, подумал, что показалось.
Она распахнула глаза, не поверив: рядом с ней сидел Валентин. Он был другим, если вспомнить его, вернувшегося из отпуска. Её взгляд медленно путешествовал по его лицу, продолжая находить изменения. Она отметила: переживал. Время, которое они провели друг без друга, было для него нелёгким.
- Будешь? – он протянул ей из небольшого пакета пирожок, масленый, жирный и румяный. Она сглотнула и не решилась отказаться.
- Давай, - произнесла невнятно, откашлялась. – Давно хотела съесть такой, но не могла позволить себе.
- Что сейчас не так? – он с проснувшимся интересом посмотрел на неё - она пожала плечами и откусила, потом поднесла к его губам и улыбнулась, когда он потянулся и тоже откусил.
Они, как ни в чём ни бывало, спокойно, без всякого напряжения, находились рядом друг с другом, как будто не расставались на несколько месяцев.
Выпили на двоих большой стакан сока из пакета. Потом посидели, помолчали: говорить совсем не хотелось. Всё же Веля решила сделать шаг навстречу: