— Такое впечатление, что ты сильно любишь свою жену. А как же я? Думала, что мы будем вместе.
— Вместе. Ты будешь моей секретаршей в клинике, как и обещал.
— Но…
— Не хочешь — досвидос.
— Арт, ты же обещал, что женишься на мне! — Зоя упрямо тряхнула головой.
— Обещал. Ну и что? Если будешь послушной девочкой, то сдержу своё обещание, а будешь качать права, сама знаешь — вон бог, а вон порог.
Девушка выдавила из себя улыбку. Пройдя к столу, поставила банку с какой-то сухой травой.
— Что это?
— Folia Salviae. Шалфей. Очень опасен на поздних сроках беременности. Вызывает тонус матки и ухудшает кровообращение в плаценте, что замедляет развитие нервной системы плода. Плод может умереть, но в любом случае произойдёт выкидыш. Проверено.
Артём хмыкнул.
— И как долго я должен давать ей это пойло?
Зоя пожала плечами.
— Делай покрепче, давай почаще, думаю, через неделю ты будешь свободен.
— Ее мать дала мне какую-то другую траву, но результат — ноль.
— Поверь мне и расслабься, — девушка обвила руками шею Артёма. — Лучше займись другим делом, более приятным.
От Зои пахло сексом и желанием, чего так давно не ощущал Артём в семье. Ничего, пройдёт немного времени, и Ольга тоже будет также кидаться на него, как голодная кошка.
Никита
Меня вызвали в полицейское управление для дачи показаний. Отец молча похлопал меня по плечу, а мама вздохнула, отводя взгляд. Конечно, пришлось рассказать все родителям. Они не осуждали меня, но я понял, что для них это не было слишком приятно. В их работе нельзя сильно светиться, и я их подвёл. Оставалась надежда, что все это не затянется надолго, и про меня скоро забудут.
К сожалению, этого не случилось. Едва я вошёл в небольшую серую каморку, как следом зашли ещё несколько человек. Они с интересом разглядывали меня, тихо переговариваясь между собой.
Сам допрос и дача показаний не заняли много времени. После того, как я ещё раз написал заявление, подписал и уже готов был уйти восвояси, полисмен остановил меня.
— Мистер Лавров, на кого вы учитесь?
Я пожал плечами. К чему им это?
— На переговорщика. Ну, то есть по окончанию буду вести переговоры, надеюсь успешные…
— А вы не думали заняться переговорами другого рода?
Я нахмурился. Что за дурацкий вопрос?
Полисмен откашлялся, бросил взгляд на человека в кожаной куртке, стоявшего чуть сбоку. Тот сделал несколько шагов ко мне и, остановившись около стола своего коллеги, упёрся кулаками о спинку его стула.
— Переговоры с террористами.
— С террористами… — выдохнул я. Черт.
— У вас неплохо получается. Как раз в этом деле необходимо хладнокровие, мгновенная реакция, изворотливый ум.
— Да что вы! — я рассмеялся. — Я учусь в колледже, у меня нет времени на такое.
— Можно же объединить учебу с практикой, — улыбнулся кожано-курточный.
— Н-нет, у меня нет на это времени, да и все это произошло случайно. Честно говоря, не верил, что все так выйдет…
— Прекрасно. Спонтанность — великая сила. Короче, — неожиданно затвердевшим голосом произнёс мужчина. — Твои координаты у нас есть. Свяжемся с тобой, когда понадобишься, студент.
Я только обескураженно кивнул. Спор не стоил свеч — все равно не выиграл бы, а вот родителям лишние потрясения не нужны. И черт с ними, в конце концов, попытка не пытка.
В течение следующих месяцев мне пришлось выезжать по вызовам из полицейского управления по крайней мере раз пять. Попытка самоубийства — мужик стоял на табуретке с веревкой на шее, плакал и явно был выбит из жизненной коллеи безденежьем и уходом любимой женщины. Это был мой первый случай и, к счастью, успешный. Потребовалась пара часов, чтобы уговорить его не делать этого.
Девушка, пытавшаяся зарезать своего бойфренда. На неё ушло меньше получаса.
Затем мальчишка-стрелок, явно переигравший в стрелялки и готовый продолжить игру в своей школе.
Я вдруг понял, что у меня здорово получается. В полиции меня хвалили и едва ли не носили на руках. А после того как какие-то моджахеды захватили банк и на своём языке требовали выкуп, меня стали считать незаменимым. Мне пришлось вести многочасовые переговоры на языке фарси, и, как обычно, все закончилось благополучно.
От вечернего звонка я не ожидал ничего необычного — либо приятели, либо опять что-то случилось в городе и требуется моя помощь. Бархатистый баритон не был знаком. Мужчина представился Кевином Эверсом, владельцем крупной страховой компании. Сначала я подумал, что причиной его звонка был мой угнанный автомобиль, но мужчина добавил:
— Наша компания заинтересована в сотрудничестве с вами.
— Сотрудничестве?
— Насколько мне известно, вы, Ник, талантливый переводчик, знающий несколько языков. К тому же очень способный переговорщик. Мы ведём обширный бизнес в средней Азии… — Я уже представил себя сидящим за столом переговоров где-нибудь в Катаре, а напротив меня важные короли нефтегазовых корпораций в белых дишдашах. Именно так я и представлял своё будущее, но мистер Эверс продолжил —…в основном это освобождение пленных, внесение залога за них наличными, ну и, конечно, ситуации могут быть крайне острыми…
Черт, об этом я совсем не мечтал. Сотрудничество с полицией я считал временным и то, только потому, что не хотел разногласий властей со мной и моими родителями.
Я вздохнул, собираясь вежливо отказаться, но мужчина быстро произнёс:
— …Мы готовы платить хорошие деньги за ваши услуги. Не спешите отказываться.
Вяло попросил дать мне на раздумья несколько дней, записал телефон и название этой страховой компании. В любом случае я должен все обсудить с родителями. К тому же мне надо закончить колледж.
Глава 19
Оля
Я отставила чашку с чаем на ночной столик и прикрыла глаза. Последние два дня чувствовала слабость во всем теле. Я даже измерила температуру, думая, что заболеваю. Артём, увидев градусник у меня под мышкой, нахмурился.
— Что с тобой?
— Сама не знаю. Голова кружится. Наверное, нужно завтра сходить к врачу.
— Нет, Оль. Ты только навредишь малышу. Сейчас сезон гриппа, а тебе совсем скоро рожать, — муж обхватил мой живот руками, прижался лицом. — Ку-ку, малышок. Или малышка.
Улыбнувшись, заметила:
— Мальчик. Никита.
— Оль… — Тёмка укоризненно посмотрел на меня.
— Ну а что? Никита всегда был для тебя хорошим другом. Вот и получится Никита Артёмович.
Он поморщился.
— Звучит ужасно. Я б отказался родиться, если бы родители меня так назвали. — Я рассмеялась. — Кстати, — Артём плюхнулся на диван. — Сегодня на ужин придут мои родаки. Приготовишь что-нибудь?
Ох, а у меня совсем выпало из головы, что мы пригласили на воскресный ужин родителей Артёма. Я вспомнила, что в холодильнике нет ничего, из чего я могла бы приготовить изысканные блюда.
— Слушай, может, отменим? Как-то я не очень сегодня.
Муж отрицательно покачал головой.
— Нет, Оль. Именно сегодня я должен наконец-то серьезно поговорить с отцом насчёт клиники.
Я вздохнула. Последнее время он только о ней и говорил.
— Ну, тогда тебе придётся идти в магазин за продуктами.
— С ума сошла? Я куплю что-нибудь не то, а ты меня потом с потрохами сожрешь.
Вздохнув, я выглянула в окно. В конце концов, свежий воздух мне сегодня не помешает. Набросив шубу и повязав на голову тёплый шарф, я взяла сумку. Открыла, пересчитала деньги.
— Допей свой чай. Может, лучше себя почувствуешь, — Тёмка стоял, привалившись к притолоке, и протягивал мне чашку. Быстро опорожнив содержимое, я выскочила за дверь.
…В местном супермаркете, как всегда, набрала тележку продуктов, совершенно забыв, что пришла пешком. Кассирша, смилостивившись надо мной, помогла упаковать всё в четыре большие пластиковые сумки. Выйдя из магазина, с минуту стояла в растерянности, глядя на дорогу, по которой мне предстояло идти. Разозлилась на Тёмку — трутень. Что ему стоило сходить за продуктами самому?