Выбрать главу

С трудом сев и свесившись через край, я подняла с пола кашляющую и отплевывающуюся Кару и посадила ее снова на край, завернув в новое полотенце.

— Спасибо.

— Не за что.

Она только фыркнула.

— Ну так как?

— А целовать-то зачем?

— Как это — зачем! Я слышала, что только по поцелую можно понять, кого любишь, а кого нет! Если любишь, то все остальные поцелуи покажутся пресными!

Я недоверчиво посмотрела на ворону, мысленно решив, что скорее застрелюсь, чем последую ее совету. Но из любопытства все-таки спросила:

— А если одинаково по ощущениям?

— Значит, ты равнодушна к обоим, — припечатала Кара и высморкалась в краешек полотенца.

Я погрузилась в воду до самого носа, пуская пузырьки и рассматривая собственное отражение на потолке.

— Ну?!

А она ведь просто так не отстанет.

— Я не могу.

— Почему?

Я скосила глаза на ворону. Она что, издевается?

— А как я объясню это им?

— Ну… скажи, что это икспиримент!

— Эксперимент, — поправила я ее.

— Да какая разница! Действительно.

— Кар…

— Ты ведь его любишь.

— Кого?

— Его.

Я тяжело задумалась. Ворона болтала лапками в воде.

— Ну-у-у…

— А зачем тогда второго заставлять так мучиться? А так раз-раз — и каждый будет знать свое будущее перестанет страдать.

Я с трудом представляла себе страдающего императора, но… в чем-то птичка была права.

— Да ладно тебе! Пять минут позора — и все мучения закончатся раз и навсегда.

Я выдохнула и с головой погрузилась в воду. К поверхности поднялась цепочка пузырьков.

Глава 31

Ночь, точнее, ее середина. Я, одетая в ночнушку и со свечкой в руках, иду по темному пустому коридору, чувствуя себя полной дурой. Ворона шлепает по полу рядом, так как на ночнушке ей скользко.

— Сюда, — тыкается она клювом в дверь по левую сторону от меня.

Я застываю перед ней, вся в сомнениях и сильно нервничая.

— Иди! — шипит эта язва и с силой щиплет меня за пятку. Я вздрагиваю и по инерции делаю шаг вперед, толкая дверь и непонятно как оказываясь в комнате. Застыв на месте, я стараюсь не дышать, с ужасом глядя на кровать.

— Ну?! — трагический шепот из-за спины.

— А его тут нет.

Ворона пролезает между моей ногой и косяком и, взлетая, лично изучает пустую заправленную постель.

— Гм… и вправду.

Я облегченно выдохнула, прислоняясь к стене и глупо улыбаясь.

— Тогда пошли к императору.

Улыбку заклинивает на лице. Ах да, их же двое.

И снова я, свечка и полная неизвестность впереди. Ворона вполголоса успокаивает меня, мол, будет просто: чмок, и все. Я киваю, стараясь перестать улыбаться и ощущая ледяной комок ужаса в груди. Наверное, у меня сейчас довольно жуткое выражение лица, как бы императора кондрашка не хватил с непривычки: радостное привидение с выпученными глазами и трясущейся свечкой лезет целоваться. М-да-а-а…

— Вот она. Дверь!

Я застываю, чувствуя, как холодеют ноги.

— Ну с богом!

Я киваю и продолжаю стоять на месте. Меня снова щиплют за многострадальную пятку.

— Ой!

И я вхожу в комнату, радостно улыбаясь и тыкая перед собой свечкой.

Тишина.

— Ну как там? — тихо из-за двери. Я начинаю истерически ржать.

— Все так плохо?

— Его здесь нет!

— Как, и его тоже?

Ворона влетает в комнату и удивленно смотрит на смятую кровать.

— Странно.

Я облегченно сползаю по стене на пол.

— Ладно, тогда пошли их искать.

— А может, не надо?

Я уже никуда не хочу и никуда не пойду. Мне и здесь неплохо.

— Надо! Вставай! А иначе… Я им завтра обоим скажу, что ты от них без ума.

Убью.

— Ай! Я же пошутила!

Я бегала по коридорам за вопящей вороной с твердым намерением ее поймать и придушить. Мимо мелькали двери, залы и просто комнаты. Я взбегала и спускалась по ступеням. Как вдруг… со всей скорости врезалась в грудь кому-то, кто перегородил мне дорогу. Подняв голову и приглядевшись, я с ужасом узнала в нем Блэка. Рубашка на его груди была порвана и в крови, волосы встрепаны, он опирался плечом на стену.

Ворона куда-то делась.

— Что случилось? — встревожено спросила я.

— Целуй, — прошипели из ближайшего доспеха. Блэк удивленно на него посмотрел.

— Так что случилось-то? — дернула я Блэка за рукав.

Он посмотрел на меня и мягко улыбнулся.

— Да так, поспорили немного.

— С кем?

— Целуй! — гулко все из того же доспеха.

Блэк подозрительно на него уставился. Я нервно захихикала, оттаскивая его к окну.

— Не обращай внимания, это ветер.

— Да? — недоверчиво переспросил он.

— Так с кем ты поспорил?

— Со мной.

Я обернулась — передо мной был император. Весь в крови, в разодранной рубахе, он с яростью смотрел на все еще прижимающего меня к себе Блэка. Я запоздало вспомнила, что стою в одной легкой ночнушке до колен. Н-да-а…

— Отпусти ее.

Блэк усмехнулся и прижал меня к себе еще крепче. Император сузил глаза, делая шаг вперед.

— Ты поцелуешь сегодня кого-нибудь или нет?! — истерически из доспеха.

Все застыли, удивленно на него уставившись, а я, обхватив ничего не подозревающего Блэка за шею, поднялась на цыпочки и с силой прижалась губами к его губам.

Секунда полного шока, после чего меня крепко прижали к себе и страстно поцеловали в ответ, закрыв глаза и не обращая уже никакого внимания на замершего неподалеку императора.

— Блин, ну наконец-то! Я убью эту ворону.

— Так, а теперь второго!

Я попыталась оторваться от Блэка, но тому явно понравилось, и отпускать меня он не спешил. А я с ужасом поняла, что мне уже и не хочется.

Помог император.

Силой выдернув меня из объятий Блэка, он врезал ему в челюсть, отбрасывая назад, и прижал меня к себе. И не успела я ничего сказать, как меня снова поцеловали. Собственнически, жадно и крепко стиснув за талию.

— Ну как? Кто лучше целуется? — поинтересовался доспех.

Хотелось повеситься, причем срочно. А император, оторвавшись от моих губ, с интересом взглянул на меня и вопросительно поднял бровь.

Я покраснела, хотя дальше краснеть уже было некуда.

— И кто же? — тихо спросил он.

Блэк тем временем вытащил за лапу ворону из доспеха, отбросив в сторону шлем. Ворона покачивалась в воздухе вверх ногами и радостно махала мне крылом.

— Э-э-э…

Все ждали, глядя на меня как на главного дегустатора на конкурсе «Лучший повар галактики».

— Ну-у-у…

— Не томи! — пискнула птичка. — Кого берешь в мужья?

Я закипела. А ребята и впрямь ждали. Не, ну не могу я так!

— Илия.

Я подняла голову, вопросительно глядя на Лада.

— Пока мы с ним друг друга не поубивали, может, и впрямь скажешь, что выходишь замуж за меня?

Я зарычала. Какое хамство!

— А вот фигу!

Блэк вздрогнул и впился в меня взглядом.

— Ни за кого замуж не пойду!

Ворона тяжело вздохнула и попросила Блэка поставить ее на пол. Тот не обратил на нее никакого внимания, подходя ко мне и вопросительно глядя на мое красное от смущения лицо.

Я же стояла между двух по уши влюбленных в меня мужчин и искренне хотела срочно провалиться сквозь пол. Сквозь пол я и провалилась.

Визг. Крик, руки, выскальзывающие из ладоней Лада и Блэка, пытающихся меня остановить. И вот я уже замурована в камень полностью и все еще продолжаю куда-то двигаться внутри огромной полости, в которую меня, собственно, и втянуло.

— Замок!

— Чего?

— Ты что творишь?

— Ну ты же сама хотела.

— Ну-у-у… в общем-то да.

— Не забывай, что я могу читать твои мысли. Забудешь тут, как же.

Замок выгрузил меня в одном из потайных ходов, сообщив, что если я хочу, то он не будет мне мешать побыть одной. На что я с благодарностью согласилась. Неподалеку стояла кровать с пыльным одеялом и подушкой. Взбив их и расчихавшись от пыли, я забралась под одеяло и тут же уснула, чересчур переволновавшись за этот длинный день… и ночь. Ну их всех, завтра решу, что мне дальше делать.

Глава 32