Выбрать главу

Annotation

Предлагаемые читателю воспоминания В.Н. Черкасова об обороне Порт-Артура представляют особый интерес, ведь они, как и воспоминания морских офицеров С.И. Лутонина и П.А. Вырубова, уже изданные нами, написаны непосредственным свидетелем тех событий, прошедшим всю осаду Порт-Артура и участвовавшим в морских сражениях.

Основное место в воспоминаниях заняли его письма к жене Ольге Александровне, находившейся во время войны в Порт-Артуре. Эти письма носят отрывочный характер, но тем не менее они отчетливо освещают все события, происходившие как в крепости, так и на эскадре. Его воспоминания затем использовались Комиссией для составления описания действий флота в войну 1904-1905 гг., ссылки на них имеются в “Перечне военных действий флота у Порт-Артура в 1904 году”.

Эти воспоминания в очередной показывают безысходность и трагизм, в котором оказались брошенные на произвол судьбы русские люди. С таким паническим настроением, поразившим верхушку уже в первые дни войны, с их трусостью, подлостью и предательством, все защитники Порт-Артура были изначально обречены. Их массовый героизм мог только оттянуть трагическую развязку и в очередной раз осознаешь, что все жертвы, понесенные русским народом в той далекой войне, оказались напрасными.

Василий Нилович Черкасов

Накануне

В ночь на 27-е

В Порт-Артуре

Первые потери

Гибель “Стерегущего”.

Гибель“Петропавловска”

“Тралящий караван”

В блокаде

Подвиг “Амура”

Потеря Цзиньчжоу и Дальнего

Эскадра готовится к бою

Флот на защите крепости

Флот под обстрелом

Бой 28 июля

Василий Нилович Черкасов

На броненосце “Пересвет". 1903-1905 гг.

Библиотека альманаха Боевые корабли мира

Историко-культурный центр АНО «ИСТФЛОТ» 2010 г.

C-Пб.: Издатель Р.Р. Муниров, 2010. — 72 с.: илл.

ISBN 978-5-98830-045-8

Обложка:

на 1-й — 3-й стр. Броненосец “Пересвет" в различные периоды службы;

на 4-й стр. репродукции с русских плакатов периода русско-японской войны.

Текст: 1-я стр. “Пересвет" в Киле. Октябрь 1901 г.

Редактор В. В. Арбузов

Лит. редактор С.Е. Семенова

Корректор С.В. Лукина

Предлагаемые читателю воспоминания В.Н. Черкасова об обороне Порт-Артура представляют особый интерес, ведь они, как и воспоминания морских офицеров С.И. Лутонина и П.А. Вырубова, уже изданные нами, написаны непосредственным свидетелем тех событий, прошедшим всю осаду Порт-Артура и участвовавшим в морских сражениях.

Основное место в воспоминаниях заняли его письма к жене Ольге Александровне, находившейся во время войны в Порт-Артуре. Эти письма носят отрывочный характер, но тем не менее они отчетливо освещают все события, происходившие как в крепости, так и на эскадре. Его воспоминания затем использовались Комиссией для составления описания действий флота в войну 1904-1905 гг., ссылки на них имеются в “Перечне военных действий флота у Порт-Артура в 1904 году”.

Эти воспоминания в очередной показывают безысходность и трагизм, в котором оказались брошенные на произвол судьбы русские люди. С таким паническим настроением, поразившим верхушку уже в первые дни войны, с их трусостью, подлостью и предательством, все защитники Порт-Артура были изначально обречены. Их массовый героизм мог только оттянуть трагическую развязку и в очередной раз осознаешь, что все жертвы, понесенные русским народом в той далекой войне, оказались напрасными.

Накануне

Осенью 1903 года ожидалась война с Японией.

Эскадра стояла во Владивостоке, когда получила приказание перекраситься в боевой цвет, после чего в полном составе мы двинулись в Артур без захода в Нагасаки. По приходе начались маневры, причем задача была такая: часть эскадры изображала японскую с транспортом десанта, другая же часть — русскую. Японцы должны высадить десант на Квантуне. Сторожевая цепь миноносцев, стоявшая на линии Шантунг- Сент-Джеймс Холл, прозевала нашу эскадру. У бухты Десяти кораблей “Пересвету”, “Победе” и “Ангаре” удалось устроить демонстрацию, оттянувшую войска к бухте, а в это время эскадра спокойно высадила десант в бухте Керр, который под командой генерала Фока в трехдневный срок вынудил генерала Стесселя сдать Артур. Это нисколько не навело на мысль, что Артур следует укрепить.

Вскоре после маневров разнеслась весть, что ожидается война с Японией.

Эскадра усиленно начала готовиться к войне. Были составлены списки всех тех деревянных и ненужных предметов, которые в первый же день должны быть свезены на берег или выброшены за борт, погрузили полные запасы угля и воды, все делалось спешно, с ночными работами, привязали сетевое заграждение и т.д. По готовности мы ушли в Дальний, где по диспозиции встали в боевой порядок, дежурные крейсера и канонерские лодки стояли у входа и светили боевыми фонарями, образуя два ряда световых преград. Светящие корабли были “Забияка”, “Разбойник” и канонерские лодки, которых не жалко было бы даже и потерять. Миноносцы ходили в море без огней, эскадра же стояла в глубине бухты в таком месте, где раньше никогда не стояла, сети были опущены, огни погашены, прожектора прикрыты шторками, пушки заряжены и прислуга по местам. О съезде на берег нечего было и думать. Корабли поодиночке ходили в Артур для пополнения угля, но тотчас же возвращались. Думаю, что появись тогда японские миноносцы — им не удалось бы даже прорваться на рейд.

Но вот, прошло несколько недель и все успокоилось.

12 октября 1903 года адмирал Алексеев сделал большой смотр эскадре в Дальнем. Смотр продолжался три дня. Адмирал должен был оценить нашу боевую подготовку. Адмирал Старк был предупрежден, что наместник обратит особое внимание на строй кораблей, поэтому два дня вся эскадра стояла под парами, и по очереди снимались с якоря, чтобы положить его на 2-3 сажени вправо или влево, в зависимости от ветра или течения, и как на зло к моменту приезда наместника, вследствие начавшегося отлива, только что выровненные корабли чуточку расстворились, чем его высокопревосходительство остался крайне недоволен, что и высказал адмиралу Старку.

Затем началась обычная программа смотров: гребная гонка (парусная за свежестью ветра была отменена), катание на шлюпках под веслами и парусами, спуск и подъем гребных судов, десантное учение, учение отражения минных атак, и даже была одна стрельба, но не боевая, а 37-мм стволами. Всем этим наместник остался очень доволен, что и выразил эскадре сигналом.

После смотра корабли вернулись в Артур, и тут последовало всех нас поразившее распоряжение: “России”, “Рюрику”, “Громобою” и “Богатырю” идти во Владивосток на зимовку, а прочим же кораблям войти в бассейн и вступить в вооруженный резерв. Такое распоряжение, как мы понимали, накануне войны, показалось нам весьма странным, и поэтому на одном из собраний артиллерийских офицеров на эскадренном броненосце “Петропавловск” мы, артиллерийские офицеры, выразили флагманскому артиллеристу капитану 2 ранга Мякишеву свое общее мнение, что не разделять эскадру надо, а, напротив, возможно сосредоточить, и если уже вооруженный резерв так необходим, то лучше нам всем остаться в Артуре.

Мякишев обещал об этом доложить адмиралу и, действительно, на следующем собрании артиллерийских офицеров дал нам следующее разъяснение. Вооруженный резерв необходим — так приказано; посылка же крейсеров во Владивосток делается по приказанию наместника и притом не с бухты-барахты, а по весьма обдуманному стратегическому соображению: эскадра наша, как по количеству, так и по качеству боевых судов слабее японской эскадры, и в открытом бою нам их не осилить (?). Если же отделить броненосцы от крейсеров, то наши 7 броненосцев (“Петропавловск”, “Полтава”, “Севастополь”, “Пересвет”, “Победа”, “Ретвизан”, “Цесаревич”) и крейсер “Баян” могут осилить их 6 броненосцев, лишь бы нам удалось отвлечь их 6 броненосных крейсеров, для каковой именно цели и высылаются наши крейсера во Владивосток. Они хотя и слабее японских, но их задача — только отвлечь неприятельские крейсера, а когда наши броненосцы уничтожат неприятельские, то мы пойдем во Владивосток и разобьем крейсера. Нам осталось согласиться, что рецепт японцам прописан правильно и, несомненно, влечет их к полной погибели. Теперь держись япошка, у нас есть кому о вас позаботиться.