Выбрать главу

Александр Скирда. Предисловие для русского издания

Слово Нестору Ивановичу Махно!

Двадцать лет тому назад, в 50-ю годовщину смерти Н.И. Махно, мы издали сборник его зарубежных публицистических материалов во французском переводе1, а затем - на английском языке2. В этом году - 70-летие этого печального события, так что мы решили выпустить этот сборник на языке оригинала, то есть на русском3, дополненный другими статьями и текстами. В результате представляем полное собрание - кроме мемуаров - зарубежных сочинений великого бунтаря.

Следует, кстати, напомнить, что повстанческое движение Левобережной Украины было проявлением народной самообороны во имя социальной справедливости и национального освобождения от завоевателей всех мастей и паразитов всех сортов.

Стремления Н.И. Махно и его соратников основывались на учении Михаила Бакунина и Петра Кропоткина - анархо-коммунизм - так, как они его определили во второй половине XIX столетия: этическое соотношение между средствами и целью, взаимопомощь, самоуправление и самодеятельность; одним словом, честь быть человеком, а не хищником, как проявил себя человеческий род в XX веке. Более того, анархия понималась как завершающая стадия гармонического общественного строя - мать порядка, по выражению знаменитого французского ученого Элизе Реклю, а не всеобщий беспорядок, как принято в вульгарном значении, которое господствует в современном обществе, когда допускается наибольшой произвол и крайнее угнетение. А коммунизм - термин, употребляемый в XIX веке в смысле высшего социального идеала, был приспособлен Лениным и его сторонниками только в 1918 году ради отличия от их родной социал-демократии. Большевики почти окончательно опозорили саму идею общественного освобождения, применяя чудовищную систему кровавой тирании. Таким образом, коммунизм стал теперь синонимом государственного ига, полицейской репрессии, истребления мирного населения, уничтожения инакомыслящих и т. п., в конце концов наглого обмана народа в пользу шайки самозванцев, девиз которых - «ложь, лицемерие и подлость». Можно быть уверенным, что если бы близкие и даже последователи и сторонники большевизма вовремя раскрыли, что таилось за демагогией Ленина, мало кто из них пошел бы за ним.

Все статьи Н.И. Махно представлены в хронологическом порядке. В свое время мы рассмотрели содержание большинства из них, переведенных на французский язык: это исследование помещено здесь в русском переводе. Теперь надлежит рассмотреть те, которыми дополнен сборник: во-первых, его Записки, написанные в заключении в Польше под угрозой высылки или приговора. Они не совсем совпадают с последующей редакцией его воспоминаний, поэтому мы решили включить их в сборник. Во-вторых, статьи О создании фонда помощи заключенным анархистам в России - протест против большевистской расправы и выражение солидарности с идейными товарищами; Открытое письмо т-щу Максимову, в котором Махно излагает подробности о редакции «Декларации» движения. Дополнительно мы поместили объяснение Волина; Ответы на запросы американских товарищей, где Махно счел нужным оправдаться в глазах «критических» обозревателей за присутствие в Париже на праздновании 10-летия большевистского переворота. Наконец, его последнее сочинение: некролог по поводу кончины близкого товарища Николая Рогдаева, который он не смог отослать вовремя в редакцию из-за отсутствия денег на марки! Это обстоятельство свидетельствует об ответственности его французских «единомышленников» - бюрократов и моралистов, которые не передавали ему деньги, посылаемые со всего мира, а особенно из Америки, в его пользу. (В нашей монографии подробно изложено, как эти «анархисты» его уморили.)

В сборнике мы впервые переиздаем его важнейшую брошюру Махновщина и ее вчерашние союзники - большевики, в которой он отвечает на клевету и ложь официальной большевистской истории махновского движения, некоего М.Кубанина. Несомненно, этот текст представляет исключительный интерес, ибо он непосредственно опровергает басни, распространенные красными, и поворачивает против них их обвинения:

«Можно ли встретить большую, чем это, мерзость где-либо в других социалистических движениях. Пока она особенно заметна в рядах только марксизма-ленинизма, в его практике».

О трех предполагаемых союзах с большевиками:

«Для Махновщины и ее руководителей совершенно неизвестно о троекратном союзе ее с большевиками. Это Кубанин для большей «политической» важности подчеркивает, что три раза Махно был в союзе с большевистской властью...

Союзов было два: один весною 1919 года против контрреволюции казачества Дона и Деникина и другой в октябре месяце 1920 года против Врангеля.

В 1918 году у нас не могло быть союза с большевиками потому, что Махновщина, как организованная революционная сила трудящихся, была лишь одна на Украине. У большевиков трудовых вооруженных и организованных сил не было. И Махновщине заключать с ними союзы было незачем».

Он напоминает еще о сущности движения: «Махновщина руководствовалась идеей Революции, свободы и независимости тружеников деревни и города на ее пути и она хорошо сознавала, что ввести в жизнь трудящихся реально эти идеи можно только через полное и решительное физическое уничтожение вооруженных сил действительной контрреволюции на всей территории революции и к этому она стремилась, это она делала».

Большевики, утверждает Махно, «убили украинскую революцию» -вот что Кубанин пытается скрыть.

О «мнимых руководителях, учителях и воспитателях» Махно - черным по белому - пишет: «Движением руководили неизменные его прямые создатели, под идейным и организационным руководительством бесцеремонного дерзкого Махно».

А именно: «Главное руководительство повстанчеством, его армией, во всех ее внутренних разветвлениях, как-то: административных, хозяйственных, организационных и контрольных, строевых и оперативно-боевых, неизменно находилось в руках крестьян и рабочих. Братья Каретники, Ф.Крат, Мощенко, А.Марченко, И.Лютый, братья Махно, Тихенко, Гавриленко и многие, многие другие - все они крестьяне-анархисты, в большинстве своем из батраков.

Т.т. Серегин, В.Данилов, Я.Домашенко - были рабочие.

Эта группа, признав меня первым среди равных на пути движения, сосредотачивала через меня все нити руководства движением».

Сугубый интерес представляет его опровержение так называемого «Дневника жены Махно», используемого поныне противниками, чтобы заклеймить махновское движение: «писать всевозможные выдержки», «давать их разного сорта рассказчикам и баснописцам» и по ним «изучать» Махновщину и ее роль в Революции:

«Я категорически заявляю свое опровержение того, что большевиками цитируется, якобы из этого же «дневничка», что будто бы я, руководя таким грандиозным движением, как революционная Махновщина, имел привычку напиваться допьяна, ходить по селу или деревне с гармонией, наигрывая на ней на утеху себе и жителям. Я на гармонии не играю и никогда в жизни не играл, хотя и люблю послушать ее, когда на ней играет хороший мастер.

Еще с большей категоричностью я опровергаю то, что (опять таки согласно дневничку) большевики утверждают, будто бы повстанцы махновцы - эти безымянные революционные борцы-добровольцы в армии движения Махновщины - получали жалование по 1000 руб. или вообще жалование».

Насчет напрасной стрельбы из пулемета он детально объясняет этот конфуз:

«В практике Семена Каретника, как и у всех моих помощников вообще, которые погибали на своем посту и заменялись другими, было правило, унаследованное ими от меня: Будучи на руководящем боевом посту, ни на кого целиком не полагаться в вопросе о состоянии вооруженных единиц, перед выступлением в поход. Всегда осмотри их, проверь сам. Особенно, правило это практиковалось у нас в отношении тех пулеметных единиц, которые во время переходов и походов, должны были следовать вместе со мной в авангарде всех сил армии. Семен Каретник в таких случаях обязательно проверял эти единицы, в особенности в зимнюю пору, когда слабое охлаждение в них могло замерзнуть. Проверял он их потому, что хорошо знал меня, что я, идущий далеко впереди армии, на случай встречи с врагом, не буду поджидать главных сил армии, а по чисто боевым соображениям, чтобы не дать врагу своевременно осмотреться и подготовиться, согласно своему и нашему положению, брошу свои части на него, хотя бы это стоило больших жертв в начале схватки именно нам, а не врагу...

вернуться

1

Nestor Makhno. La lutte contre i'Etat et autres ecrits. Paris, 1984.

вернуться

2

The Struggle Against the State and Other Essays by Nestor Makhno. AK. Press, Edinburg-San Francisco, 1996.

вернуться

3

В 1999 г. мы предоставили 6 статей для участия в замечательной книге: Нестор i Галина. Розповдають фотокартки. Вiктор Яланський, Лариса Верьовка. Київ-Гуляйполе, 1999, стр. 513-540. Вечная память покойному В.Яланскому († 2003), внучатому племяннику Нестора Махно, посвятившему многие годы и приложившему немало усилий для реабилитации своего прадяди.