Выбрать главу

Грегори Киз

На грани победы 2: Возрождение

ПРОЛОГ

Кровь, дрейфующая в свете звёзд.

Это было первое, что увидел Джейсен Соло, открыв глаза. В дымке капли крови казались чёрными, словно гладко отполированными жемчужинами, отражавшими древний свет звёзд, который просачивался сквозь транспаристил. Он рассеянно заметил, что все сфероиды вращаются в одном и том же направлении.

Он также вращался, правда, очень медленно, словно сквозь кровавую мглу. Даже при незначительном освещении он мог определить, что находится в нескольких сантиметрах от стены.

Почувствовав резкую боль одновременно в ноге и макушке, он наконец понял, что было источником этой кровавой дымки. Становилось холодно и душно.

Что же происходит?

За иллюминатором что-то неестественно большое затмило свет звёзд, и тогда он вспомнил.

***

Цавонг Ла, мастер войны йуужань-вонгов, царапнул отточенными обсидиановыми когтями своей новой ноги по живым кораллам на полу командной залы и стал скептически осматривать конечность в бледном свете миколюминесцентных стен.

Он мог бы клонировать ногу, которой он лишился по вине проклятого джиидая, но тогда он испытал бы не только позор, но и личное неудовлетворение. Было достаточно и того, что сделал этот неверный. Зачем притворяться, что никакой раны нет?

Но хромой мастер войны быстро потеряет уважение, особенно если не он сам принёс эту конечность в жертву богам.

Боль потихоньку угасала, и чувства возвращались в стопу, в то время как нервы прокладывали себе путь внутрь тела. Четыре бронированных пальца вуа'сы уже были практически готовы к ходьбе.

Такой выбор был данью уважения самым древним традициям йуужань-вонгов. Первый мастер войны, сотворённый Йун-Йуужанем, был не йуужань-вонгом, а неким ужасным чудовищем, прозванным вуа’сой. Йуужань-вонг вызвал зверя на поединок, одолел его и занял его место. По сей день Вуа — наиболее популярное имя, дающееся потомству касты воинов.

Цавонг Ла приказал формовщикам вырастить для него вуа’су. Хотя это существо вымерло сразу после уничтожения родной планеты йуужань-вонгов, его модель по-прежнему существовала в архивах формовщиков, именуемых касами. Они сотворили этого монстра, мастер дрался с ним и победил даже несмотря на отсутствие одной конечности. Теперь Цавонг Ла знал, что боги по-прежнему на его стороне и считают его достойным своего положения.

А от свежего трупа вуа’сы он получил новую ногу.

— Мастер войны?

Цавонг Ла узнал голос помощника, Селонга Лиана, но не оторвался от изучения приза.

— Говори.

— Кое-кто желает пообщаться с вами.

— Но это не заранее условленная встреча?

— Нет, мастер войны. Пришла Нгаалу, жрица секты обманщиков.

Цавонг Ла издал громкий горловой рык. Последователи богини Йун-Харлы уже давненько разочаровывали йуужань-вонгов. Тем не менее, секта до сих пор оставалась могущественной, а верховный владыка Шимрра продолжал благосклонно смотреть на кривляния приверженцев богини обмана. И так как Йун-Харла надзирала за кастой воинов и, возможно, помогла ему в бою с вуа’сой, то он, мастер войны, так и быть, тоже благосклонно отнесётся к последователям её культа.

— Я выслушаю её.

Через мгновение вошла жрица. Она имела стройную фигуру, её немного скошенный назад лоб был уже, чем у соплеменников, голубоватые мешочки под глазами имели форму полумесяца. Она носила церемониальную робу из живой ткани, выращенной так, чтобы походить на содранную кожу.

— Мастер войны, — она отсалютовала ему скрещёнными руками. — Для меня большая честь…

— Что у тебя за дело? — бросил он в нетерпении. — У меня есть и более важные занятия. Тебя послал Харрар?

— Именно так, мастер войны.

— Тогда говори.

— Жрица Элан, которая погибла в войне с неверными…

— Которая провалила своё задание, — напомнил ей Цавонг Ла.

— Это так, мастер войны. Она потерпела неудачу, но умерла во славу доблестного народа йуужань-вонгов. У жрицы Элан была любимица, разумное существо по имени Вержер.

— Я осведомлён об этом. И эта любимица не погибла вместе с госпожой?

— Нет, мастер войны. Это и есть причина, по которой я явилась к вам. Она совершила побег и вернулась.

— В самом деле?

— Да, мастер войны. Она поведала нам много любопытного о неверных из того, что она узнала во время своего заключения. Она знает больше, но отказывается говорить. Она требует аудиенции у вас, Цавонг Ла.

— И ты не думаешь, что это какой-нибудь ловкий трюк неверных? К примеру, с целью убить меня?

— Мы не до конца доверяем ей, мастер войны, но мы решили донести до вас её слова, чтобы вы сами определили, как с ней поступить.

Цавонг Ла чуть склонил покрытую шрамами голову набок.

— Ты поступила разумно. Несомненно, она должна быть допрошена и исследована при помощи хаар виника. После этого приведи её на мой корабль, но держи подальше от меня. Скажи ей, что мне нужны доказательства правдивости её слов и намерений, прежде чем она предстанет передо мной самолично.

— Будет сделано, мастер войны.

Он подал жрице знак, и она немедленно удалилась. Хорошо. Жрица, знающая своё место.

У окантованного алым входа в приёмные покои жрицу мгновенно сменил слуга.

— Мастер войны, прибыл Куранг Ла. И исполнитель, Ном Анор.

— Немедленно впустить их, — распорядился Цавонг Ла.

Куранг Ла был его кровным братом, менее рослой копией самого мастера. Его лицо пересекали глубокие отметины, а клеймо домена Ла, пусть и не такое большое, как разрез мастера войны от уха до уха, свидетельствовало о его высоком происхождении.

— Белек тиу, мастер войны! — Куранг Ла отсалютовал скрещёнными руками, секундой позже аналогичным жестом удостоил мастера исполнитель. — Жду ваших приказаний.

Цавонг Ла кивнул своему брату и принялся буравить Ном Анора пристальным взглядом. Настоящий глаз исполнителя и его ядовитый плаэрйин бол в другой глазнице, не мигая, смотрели на начальство.

— Исполнитель! — прогрохотал Цавонг Ла. — Я изучил твои последние предложения. Ты уверен, что неверные созрели для новых завоеваний?

— Стены их крепостей ослаблены, мастер войны, — отозвался Ном Анор. — Я лично лицезрел это собственными глазами. Битва будет скоротечной, победа нам обеспечена.

— Подобное я слышал и раньше, — прорычал мастер войны и повернулся к воину. — Куранг Ла, ты был введён в курс дела. У тебя есть, что добавить?

Куранг Ла открыл рот, полный острых зубов.

— Завоевания всегда приятны, — отметил он. — Однако, в настоящий момент начинать новую кампанию мне кажется неразумным. Неверные дрожат перед нашим величием, они боятся переходить в контрнаступление, смеют мечтать о том, что война закончилась у Дуро и мы довольствуемся возможностью жить с ними в одной галактике наравне. В этом наше преимущество; корабельная матка решит их судьбу, но ей нужно время. Сейчас наши корабли сильно рассеяны по галактике. Пока корабельная матка не нарастит наш флот, любой неверный шаг может обойтись нам дорогой ценой.

— Никакой цены не будет! — клятвенно заверил Ном Анор. — Нужно нанести удар прямо сейчас. Если мы промедлим, джиидаи получат больше свободы для ответного манёвра.

— Джиидаи! — прорычал Цавонг Ла. — Скажи мне, Ном Анор. Со всеми твоими контактами в среде неверных и с твоим самопровозглашённым опытом манипулирования ими, почему ты не можешь привести мне одного единственного джиидая, о котором я мечтаю больше других — Джейсена Соло?

Ном Анор даже не вздрогнул.

— Эта задача не из лёгких, мастер войны, — заметил он. — Некоторые джиидаи и их союзники превратились в отступников. Они больше не отвечают ни перед сенатом, ни перед каким-либо другим органом власти, где я имею контакты. Моё мнение таково: когда вы заявили неверным, что остановите вторжение, если нам доставят всех джиидаев, это было выдающимся шагом. Этот шаг дал нам время укрепить позиции и обезопасить территорию. Он привёл к нам многих джиидаев. Но Джейсен — родственник Скайуокера, самого могущественного из них. Он сын Леи Органы Соло и Хана Соло, очень опасных противников, которые пока ускользают от нас. У меня есть идеи, как раскрыть их местоположение; даже сейчас мой план уже работает в отношении Скайуокера и его сожительницы Мары и он вскоре приведёт к нам и остальных беглецов, включая Джейсена.