Информация, что один из охранников умер, быстро привела меня в чувство. Вновь вспомнил все те эмоции, что он испытал, умирая. Отвращение и неприятие, вот что я почувствовал в тот момент. Я понимал, что облажался. Причем, по полной программе. Джедаев учат отрешаться от смерти разумных. У меня же такой практики не было. Единственное, что мне оставалось — это извлечь из этого огромный, неприятный и очень болезненный урок на будущее. А вот сопли на кулак наматывать времени не было.
— Молодец, Триппер, — похвалил дроида. — О том, что я потерял сознание маме ни слова!
— Поздно, Создатель Эйдан, — обрадовала меня она в ответ. — Отчёт о боестолкновении уже отправлен на датапад госпожи Шми.
— Бли-и-и-н! Триппер! — натурально взвыл я. — Ты предательница! Нет, ты хуже, ты — галактическая свинья!
— Такой вы меня создали, — последовал скромный ответ этой нескромной личности.
— Ох-хо-хо-хо, — выдохнул. — Что ж так хреново-то?
— Создатель, нам следует поторопиться, — без грамма сочувствия напомнила С3РО.
— Да-да, — вяло отмахнулся. По всему телу чувствовалась слабость, а голова была тяжёлой, как при простуде. — Сейчас, кровь из-под носа ототру и проверю детишек. И после сразу рванём к Дюку, — провёл рукавом под носом, шмыгнув. — Надо ещё на Арену к старту успеть. Давай, — протянул дроиду другую руку, — помогай хозяину жопу поднять, золотистая свинка ты моя.
— Создатель бесстрашен…
Внешнее кольцо. Сектор Арканис. Система Тату. Планета Татуин. Большая Арена Мос-Эспы.
Год: 2 РС/32 ДБЯ.
Энакин Скайуокер.
(Большая Арена Мос-Эспы)
Арена Мос-Эспы. Грандиозное, похожее на нарисованный как-то Дани Колизей, сооружение, спланированное Гардуллой, но построенное уже Джаббой. Многотысячные трибуны, что были справа и слева от трасы были забиты до отказа. Болельщики умудрились скупить даже места в проходах и на верхних уровнях, лишь бы приобщиться к будоражащему кровь зрелищу — первой в серии гонки.
Самые богатые жители и гости Мос-Эспа арендовали частные ложи, куда не проникал шум толпы. Издалека арена в этот день была похожа на цветастое лоскутное покрывало. В толпе шныряли торговцы закусками, оркестры поднимали боевой дух пилотов гоночными гимнами и популярными мелодиями, а болельщики размахивали флагами с эмблемами любимых участников заезда. За умеренную плату любой мог взять напрокат мониторы, принимавшие сигнал от голографических камер, которые стремительно носились над всей трассой. Гран-при обещало быть жарким.
В этом году двести семьдесят восемь команд со всей галактики были готовы состязаться за главный приз, пятьсот тысяч пеггатов. Огромные деньги, которые могли обеспечить безбедную жизнь какому-нибудь заштатному городку колонистов в течении всего года. Но, помимо главного приза, для поднятия собственного благосостояния остальных существовал крайне продуманный тотализатор.
Им управляли разумные Джаббы, а сам хатт, как и было заведено самой его расой, снимал свой гешефт с любой ставки, не теряя при этом ничего. Каждая гонка, каждая победа пилота давала разумному увеличение его рейтинга ставок. Он формировался на протяжении всей серии, и лишь в финале болельщику можно будет испытать свою удачу, поставив дензнаки на победу своего фаворита или же самому пилоту поставив уже на себя, как участника.
Если так вдуматься, то получалась полностью отлаженная и рабочая система. За честность сделки в вопросе ставок отвечал сам хатт, а он был тем существом, что за свою репутацию готов был пойти на всё. Об этом знали и поэтому, вместе с командами, на Татуин прибыло море, как их назвал Эйдан, «отдыхаек». Все гостиницы и постоялые дома были забиты ими под завязку! Желающих приобщиться к кровавому спорту Татуина было столько, что большинство из них готово было жить на космодроме, в своих же собственных кораблях.
Почему кровавому? Всё просто — без смертельных жертв не проходила ни одна гонка. Каждый заезд её покидали пилоты разбитых подов. Зачастую, вперёд ногами. Именно по этой причине приз был так велик. И именно этого ждала толпа от двухсот семидесяти восьми безумцев. Толпа, как и всегда, хотела хлеба и зрелищ! И желательно зрелищ кровавых.