— Да ладно тебе! – легонько ударила его в локоть Фостер. — Мы же в Чикаго! Давай веселиться!
— Я...не знаю.
— Послушай подружку, парень! – сказал бармен. — Первая за наш счёт. – подмигнул он девушке и удалился. Парочка осталась сидеть, окружённая шумом и гамом. Клоун то и дело ёжился, не зная, куда деться. Похоть. Она разъедала его.
Он не понимал, как это чувство влияет на его организм. Слишком много людей. Слишком много взрослых.
— Если тебе не нравиться, мы можем уйти. – вдруг сказала Шарлота. Пеннивайз посмотрел на лицо девушки. Оно выражало что-то между разочарованием и стыдом. — Мне не следовало приводить тебя сюда против воли. Ещё не поздно, мы можем уйти и поехать в мотель.
— В мотель... – внутри заиграли чувства неполноценности. Он, могущественное существо, заставляет испытывать к себе жалость? Это было лишь раз, когда умерла Миссис Харис, и то он был под наркотическим эффектом. — Нет! Давай останемся! Ты же...так этого хотела! – ему было вообще всё равно на чувства девушки, но самолюбие взяло верх.
Бармен поставил две текилы на стойку. Пеннивайз принюхался, ощущая запах напитка. Он никогда не пил алкоголь, но знал, как он влияет на людей, и что перебарщивать с ним нельзя. Шарлота взяла и залпом выпила всё содержимое. Клоуна это даже удивило. Сам он немного отпил и, почувствовав вкус горечи, сморщился. Девушку это рассмешило, что заставило гордого монстра последовать её примеру и выпить до самого дна. Горло начало жечь. По телу словно разлилось тепло, проходя по каждой вене.
— Ты типа не пьёшь?
— Нет. – буркнул Пеннивайз, всё ещё привыкая к новым ощущениям. — Горячо...
— Это точно! – подоспел бармен. — Ещё?
— А почему нет? – улыбнулась девушка.
— Понял вас, леди! А вам? – он повернулся к клоуну. Тот немного замялся.
— Мне...тоже! Да! Ещё!
— Понял вас! – бармен забрал пустые стаканы и вновь удалился.
Музыка играла всё громче, но Пеннивайз уже привык к ней и старался игнорировать. Шарлота уже осушила третью рюмку. Клоун начал отчетливо ощущать от девушки некую беззаботность и азарт, которые вызывал алкоголь. Сам он даже не начал вторую, боясь, что эффект может быть такой же, как и с наркотиками и вместо эйфории, он получит уныние и депрессию.
— Так...как вы с Беверли познакомилось? – начала задевать личные вопросы Фостер. Это всё равно было лучше, чем если бы она вновь затронула тему про письмо и клоуна.
— Я просто пришёл и забрал её.
— Нееееет, почему забрал? И почему именно её? – протянула девушка, явно наслаждаясь эффектом текилы. — Ты молодой, одинокий. Зачем тебе ребёнок, да и ещё 13-ти летний.
— Я...я был в сложной ситуации. Она помогла мне, во многих планах.
— Ты что, взял её ради алиментов от государства?! – воскликнула журналистка. Пеннивайз замялся. «Вообще-то я взял Беверли, чтобы потом съесть её и всех её друзей.» вот та правда, которую монстр не мог рассказать.
— Это сложно.
— Она на тебя не похожа. – девушка подняла стакан, чтобы отпить из него, но вспомнила, что он пуст. — Бармен! Ещё налей! – засмеялась она. Парень молча подошел, широко улыбаясь и посматривая на Пеннивайза. Он явно думал, что клоун спаивает даму, чтобы потом затащить её в постель. Но у монстра этого и в мыслях не было. Поведение спутницы только раздражало его, мешая общаться.
— Она и не должна быть на меня похожа. – продолжил диалог он.
— Должна! – стукнула кулаком по стойке журналистка. — Знаешь, ты вроде милый, ответственный молодой человек. Но родитель из тебя никакой.
Лицо монстра сразу поменялось. «Человек из тебя никакой» вспомнил он фразу Беверли, сказанную ему у церкви, когда он во второй раз попытался съесть Уриса. Что же, теперь человек из него очень даже ничего. Зато родитель теперь никакой! Замкнутый круг. Пеннивайз вообще не понимал, почему он вдруг должен становиться ответственным.
Если говорить о природном факторе, то инстинкт размножения у него вообще отсутствовал, не говоря уже о том, что в Марш нет ничего от клоуна. Её воспроизвели на свет другие особи, никак с Пеннивайзом не связанные.
— Ей нужна твоя поддержка. А ты к ней относишься, как к равной. Словно она твой надоедливый приятель. А ей нужен ответственный наставник. Тот, кто сможет позаботиться о ней. Защитить.
POV Пеннивайз
Хах, к равной?? Равной?! Абсурд. Она для меня блоха. Прожила свои жалкие тринадцать лет жизни. Что она может понимать?? В каком измерении мы равны? При желании я могу съесть её, и она ничего не сделает. Это просто ребёнок. Глупый ребёнок! Она не знает об этом мире ровным счетом ничего. Не было бы меня, она бы давно....пропала. Они бы все пропали... И Стен, и Джорджи, и Лана, и Беверли. Кто о ней позаботится...кроме меня? Что же это получается?? Я невольно взял на себя это бремя?
Конец POV Пеннивайз
— Роберт? Эй! Проснись! – щёлкала девушка пальцами перед лицом клоуна. Они вышел из раздумий и посмотрел на неё. Тут им на стол поставили большую бутылку белого вина. — Мы не заказывали. – удивилась Шарлота.
— Это за счёт вон того мужчины. – улыбнулся бармен и показал на сидящего за одним из столиков парня лет 28-и. Он был прилично и дорого одет. Волосы аккуратно лежали, закрывая лоб. В освещении бара и под действием алкоголя журналистке он показался очень даже ничего. Впрочем, мужчина действительно был красив. Он махнул ей рукой, давая понять, что она может брать бутылку и идти к нему.
— Чего ждёшь? – подал голос Пеннивайз. — Давай, иди.
— Что? Н-нет, я не могу. А как же ты?!
— Я тоже...с кем-нибудь познакомлюсь. – соврал на ходу он, лишь бы отдохнуть от расспросов спутницы. — Давай, он же ждёт тебя!
— Ну я...даже не знаю. – девушка ещё раз окинула взглядом незнакомца, а когда повернулась обратно, клоуна уже не было на месте. Пожав плечами, она взяла подаренную бутылку и припустила к щедрому красавчику.
Сам Пеннивайз направился на поиски укромного местечка, которое в таком заведении найти было крайне сложно. Первое время он просто ходил, отмахиваясь от назойливых официантов, предлагающих очередную порцию алкоголя, и обаятельных стриптизерш, которые не вызывали у клоуна ни капли интереса.
После долгих скитаний, он всё же углядел свободный диван. Монстр быстро занял него, распластав свою тушку на кожаной поверхности. Вид у него был прямо на подиум, где танцевали полуобнаженные красотки. Любой другой только и делал бы, что радовался аппетитным формам девушек, но у Пеннивайза под термином «аппетитные» были совсем другие мысли. Тем не менее алкоголь немного притупил голод, и монстру хотелось больше спать, чем есть. Он не знал, сколько прошло времени с момента как они вошли в бар, но понимал, что стрелки часов уже зашли за 12 вечера.
— Скучаешь, красавчик? – послышался сверху женский голос. Клоун поднял голову. Над ним стояла шатенка, возраста примерно Шарлоты. Она была одета в купальные трусики и лифчик, которые еле прикрывала коротенькая кожаная курточка. Барышня явно спустилась с подиума, видя, что обаятельный клиент заскучал.
— Нет, я просто... – указательный палец девушки прикоснулся к его губам, давая знак замолчать. Мадам начала усаживаться к нему на колени, медленно проводя рукой по внутренней стороне бедра клоуна. Пеннивайз был крайне обескуражен такими действиями и просто застыл.
— Может, помочь тебе расслабиться? – рука девушки приближалась к паху монстра. Тело охватило новое, незнакомое ощущение. Так уж вышло, что находясь в человеческом теле мужской особи, клоун был вынужден следовать его правилам, будь это нужда почистить зубы, сходит в туалет, к чему он привыкал очень долго, или даже естественное возбуждение. Он не испытывал никаких чувств по отношению к его соблазнительнице, но тело словно жило своей жизнью.
Рука легла на зону между его ног. Глаза Пеннивайза начали желтеть. Он издал пару надрывистых вздохов, чувствуя, как орган реагирует против его воли. — Да ты напряжен. – пропел сладкий голос. — Я тебе помогу... – прошептала девушка над самым ухом клоуна и коснулась губами шеи клоуна, одновременно массируя его «достоинство». Пеннивайз никогда бы не подумал, что имеет эрогенные зоны, и что обнаружит их какая-то стриптизерша из чикагского бара. Тем не менее клоун понимал, что если всё продолжится в том же духе, то он рискует опуститься до уровня примитивного представителя мужской части планеты. Монстр вскочил, резко убрав с себя девушку. Та в недоумении чуть не упала на пол.