Ирина показала большой палец и исчезла с поля зрения.
– Ладно, про Костю мы пока что промолчим, – объявила Дарья, сосредоточенно глядя перед собой.
– А дальше? – не удержалась Надя.
– А дальше, мне нужно переговорить с Юлией Львовной.
– Зачем? – поинтересовалась жердь, ритмично шевеля по очереди то одну рукой, то другой, разогреваясь перед прополкой цветочных клумб.
– Есть вопросы, – кратно ответила дочка и вложила обратно в хвостик светлый завиток, – а пока что, девушки, я очень надеюсь на ваше доверие и молчание.
Жердь понимающе кивнула, Надя сделал тоже самое. Обе они направились к столовой, правда не вместе, а отдельно, будто ни одна из них не хотела столкнутся друг о друга локтями. Дарья же, сорвав несколько травинок, задумчиво потеребила их в своих пальцах. Отбросив зеленый шарик в сторону, Ундина вытащила телефон, и набрала сообщение:
«Ты у себя?»
Тут же получив обратное смс с утвердительным ответом, девушка запустила руку в карман, проверив наличие скомканной бумажки, и зашагала по направлению к общежитию.
Офис и комната по совместительству располагался на втором этаже общежития номер три. Именно по этой причине, Даша никогда не оставалась в этом помещении. Совершенно не за чем было постоянно сталкиваться на лестнице и каждый раз чересчур вежливо кивать в знак приветствия своей нежеланной родственнице.
Тут и там сновали отдыхающие: кто подметал полы, кто менял постельное белье, кто протирал пыль внутри комнат и проветривал помещения. Девушки то и дело натыкались на Дарью, которая, пропустив свое дежурство, осторожно пробиралась к Юлии. Учтиво улыбаясь, худеющие давали ей пройти, застывали на месте и понимающе качали головами, будто говоря, конечно, в такое-то трудное время, даже нелюбимая сводная сестра все же часть семьи. А от семьи-то куда денешься?
Прежде чем Ундина постучала в дверь, по ту сторону она услышала голос Марины:
– Юлия Львовна, мне нужно знать сегодня!
Не вовремя, что ли, зашла? Тук-тук.
– Войдите, – скомандовала бывший первый ассистент.
Дарья послушно отворила тонкую дверь, застав хозяйку комнаты на стуле за столом, и помощницу повара, стоящую напротив нее с излишне хмурым выражением лица.
– Привет, Даш, – между делом кинула Снеговая и снова обратилась к Морьевой, – я, между прочим, специалист со сертификатом! Уже второй день жду ответа!
– Да, да, Марин, я все понимаю, только и я тут не «на пляжу ляжу», – отозвалась Юлия, устало и грустно, кивая в сторону груд бумаг, которые ее окружали на столе, кровати и даже на полу.
– Юля… – Снеговая кашлянула и тут по поправилась, – уважаемая Юлия Львовна, я вас извещаю, как моего официального работодателя. Если к концу дня вы не подтвердите мою заработную плату, то завтра будете сами помогать Любови Захаровне варить яйца.
Морьева в ответ лишь глубоко вздохнула. Маринка, развернувшись на каблуках, исчезла из офиса, оставив после себя вполне уловимый аромат сладковатых цветочных духов.
– Что это с ней?
– Вчера прислала мне е-мейл, что в Хрустальном открывается новое кафе, и ее туда зовут в качестве повара. Вот и просит больше денег. Мол, на бензин слишком много тратит, и выходных в «Островке» совсем мало. Если хочет увольняться, то пусть, – махнула рукой Юлия, – у меня и без нее забот хватает.
Дарья бегло осмотрела комнату. Определенно, у первого ассистента была мебель на ряд выше, чем у остальных отдыхающих. Широкий складной стол, несколько полок из темного дерева, электрический чайник, да и стул совсем не шатался. Тут же рядом с ноутбуком примостились принтер с открытой пачкой белоснежной бумаги и сканер.
На одной из полок, в окружении книжек по менеджменту и самоучителей по бухгалтерии, друг с дружкой располагались две рамки. На одной из них Юлия обнимала свою маму. Галина Владиславовна, если Даша правильно вспомнила ее отчество, стояла рядом со своей дочкой, облаченной в черное вечернее платье. Выпускной, точно. Сколько слез было выплакано из-за того, что мама Дарьи как-то раз бросила «На тебе бы, доча, это платье смотрелось бы чудесно, скинь ты килограмм десять, одиннадцать». Другая рамка держала в себе фото Вероники Юрьевны и Юлии. Улыбающиеся, на вид, такие счастливые, они стояли на фоне одного из ресторанов, где мама отмечала свой 46 день рождения. Серых была не типичной женщиной: для нее сентиментальность являлась редким явлением. Ундина частенько ломала голову над тем, что дарить маме на праздники, пока не поняла, что самым главным в любом подарке была практичность. Беспроводные наушники, спикер для компьютера, видео-регистратор для машины – такого рода подношения были приняты на ура. А вот подушку с обожаемой мамой зеброй, которую Даша преподнесла для дивана в офис, девушка недавно увидела в одном из номеров, куда она зашла на время дежурства.