Метель усилилась, как только солнце село. Конь настойчиво продолжало идти, напряженно дергая головой. Ничего кроме пустыни, холодного ветра и поющего одиночества.
Узда дернулись, и глаза животного устало захлопали ресницами.
- Ты ее не найдешь, - крикнул басистый голос. Это был еврей, который когда-то обидел Фанэ. В его черной длинной бороде путались снежинки, а одеяния рвал ветер.
- Эту бурю запомнят надолго, - продолжал он, оставаясь на месте. - Потому что твоя звезда это сделала. Она погубит весь урожай!
- Представься, если желаешь говорить, - Иешуа обернулся, позволяя снегу обжигать лицо.
- Джамаль. Отец семерых дочерей, владелец семейного гнезда на юге, маг. Ты усиленно не замечал меня, когда я пытался донести до тебя пророчество! А ты, смотри, что сделал. Теперь холод убьет все!
Всадник развернул лошадь к богатому человеку, подняв на него недовольный взгляд.
- Храбрый Джамаль, будь добр, вернись в семью и пережди бурю. Впредь не подходи ко мне с пророчествами, потому что они утеряли правду.
- Ты говоришь языком мудреца, но в тебе сидит наивный глупец! Сказал же тебе - уходи. Ты не найдешь ее. Потому что.. - мужчина закашлял в кулак. Иешуа спокойно ожидал продолжения. - Я убил ее. Мои слуги убили ее, но слишком поздно из-за тебя!
Лошадь, будто поняла слова Джамаля, издала пронзительное ржание. Однако, всему виной были замерзшие конечности. Голос Иешуа, наполненный невыносимой болью, раздался пронзительным эхом в метели. Он взвыл, как раненный волк, хватаясь за сердце. Джамаль решил добить страдающего влюбленного.
- Я спас тебя, - прозвучало твердое убеждение.
- Замолчи! - приказал всадник, резко схватив за грудки Джамаля. - Это у тебя нет спасения.
Из ножен выскочило лезвие. Джамаль завизжал, не понимая, почему заслуживает смерти. Рука с саблей замахнулась, готовясь отрубить голову черному магу.
- Я все объясню! - завопил чернобородый, жмурясь от снега. - Пророчество гласит, что нужно убить существо, напоминающее белый свет, ибо это есть свет смерти. Он не греет, не придает надежды. И этот свет появился в то время, как сказано..
Лезвие остановилось у шеи Джамаля.
3
- Не стоит этого делать, - мужчины обернулись к мелодичному голосу и были ошеломлены. К ним обращался юноша с неприятной улыбкой. Костлявые руки обтягивали кожаные белые перчатки, на шее держался аккуратный черный бантик. - Я бы очень сожалел, если бы ты убил моего слугу.
- Ч-что?! - завопил еврей. - Кто ты?
- Ты мой слуга, Джамаль. А я твой хозяин. Вот мы и встретились, наконец-то.
Демоны появились за спиной черного мага, наслаждаясь исходящим от него страхом и растерянностью. Наступил час расплаты.
- Это несправедливо! Это я твой хозяин, злое ты существо, - взвизгнул ев-рей, когда его руки заломили за спину и унизительно посадили на колени.
- Твоя правда здесь никому не нужна. Уж мне точно. Уведите это животное, да так, чтобы Звезда не догадалась, что мы были здесь. Завяжите ему рот потуже и сотрите память. Исполняйте.
4
Черный смокинг слегка запачкался от песка и мокрого снега. Неспокойный ветер трепал смолистые волос юноши, завывая в глубине пустыни.
Иешуа обеспокоенно осмотрелся. Интуиция подсказывала о невидимой опасности. Что-то изменилось в самом мире, будто он потерял свою реаль-ность, а все происходящее стало похоже на воспоминания, чем на действи-тельность. Неужели его слабость дала такую слабину мировосприятию? Откуда он мог помнить все это, если он участник этих событий именно сейчас?
Около демона образовалась новая тень, обретя плоть из грязи и сухой листвы.
- Говорил же, что ты озабоченно вдарил этому мужчине, - костлявые пальцы сжались в кулаки.
- А мне кажется, именно таким образом, чтобы полностью отключилось сознание, - голоса собеседников приобрели громкое эхо.
- Ладно. Давай будить, - торопливо попросил рыжеволосый собеседник, поправляя шляпу с красным пером, образ которого стал расплываться невообразимо быстро. Белые перчатки ухватились за деревянную рукоять ведра.
Земля постепенно лишилась красок, превратившись в абсолютную темноту. Уже ничего не осталось, кроме разозленного ветра и мутных образов демонов.
Иешуа несколько раз моргнул, желая избавиться от подступающего волнения и неконтролируемого страха. Глянув под ноги, он заметил сырую каменную кладку, вокруг находились унылые стены с трещинами и выщерблинами. Наверху разрасталась плесень с мхом. Воздух наполнился вонью, влагой и запахом горелого.
Поток ледяной воды ударил в лицо, попав в рот, нос и глаза. Длинные волосы намокли, упав черными прядями на грудь. Иешуа громко вздохнул, округлив глаза. Он мгновенно ощутил зудящую боль в запястьях. Ржавые кандалы приковали руки к холодной стене.
Стражники расхохотались так, будто смешнее момента в жизни не видывали.
- Все же ты сильно тогда вдарил ему, - солдат смахнул слезинки, никак не желая забыть удачную драку вчерашнего дня.
- Как спалось, ваше превосходительство? Вы забыли, что сегодня день вашей казни? - поторопился узнать другой служащий, готовясь дать оплеуху преступнику.
***
Иешуа жмурился от зудящей боли по всему телу, бросив на стражников злой взгляд. Его вели быстро, почти волокли, как мешок, привлекая внимания горожан. Играющие дети разбежались с визгом, распугав гуляющих кур и гусей. Старая женщина нахмурила брови, недовольно цикнув языком. Косынка прятала седую голову, морщинистые руки развешивали выстиранную одежду.
- Бабушка, бабушка! Почему казнят этого дядю? - девочка вцепилась в хлопковую юбку старушки. Парочка мальчишек прибежала к подружке с испуганными глазами.
- Я не знаю, Мелони, - успокоил хриплый голос. - Видимо, он кого-то обидел.
- Но он такой добрый. Вчера я с ребятами и с ним кормили голубей, а потом играли, - Иешуа уже не было видно на переулке. Дети толпились возле пожилой дамы, перешептываясь о своих догадках.
- Если боги милостивы, они его спасут, - выцветшие глаза устало глянули на ребятню. Женщина не хотела обсуждать человека, которого впервые видела здесь. Ей казалось, что с каждым днем светлый город начал приобретать гнилую репутацию. Здесь процветало законное насилие. Люди перестали радоваться жизни, и стремится к знаниям. Великий государь был уверен, что книги и любое другое письмо только смущают послушный народ, следовательно, одаренные умы прятали в темницах или высылали за границу. Видимо, этот мужчина был один из них, - Хорошо, что вы с ним успели повеселиться..
Дальше она говорить не стала. Сердце пронзило глубокое горе.
***
Кобра лениво подняла голову, услышав приятную мелодию флейты. Ее язык стремительно выскакивал, изучаю обстановку с запахами. Хозяин попрежнему был в красном одеянии и привлекал горожан. Это было одно из редких развлечений, которое отвлекало от внутреннего террора в стране.
Жители пугливо обернулись к преступникам, сопровождаемыми стражей. Некоторые с облегчением вздыхали, думая, что самое страшное позади и нетерпеливо вскрикивали о справедливой каре.