— Пьер, пусть он уступит позицию Вайсбергу и заедет на пит-стоп, уйдем от штрафа и совершим андеркат. По расчетам Давид окажется впереди после ответной остановки «Биалетти».
— Принято.
Через несколько секунд заработало радио Давида:
— Он выдавливал меня с трассы и едва не вынес в гравий! — рявкнул он, все еще находясь в борьбе за позицию. Болиды вылетели на длинную прямую, Кифер чуть ли не тараном упирался в Давида.
— Мы видели. Верни ему позицию.
— Minchia! Какую позицию? Я был впереди на входе в поворот!
— Не был, — спокойно объяснил Пьер. — Верни ему позицию.
— Non me ne frega un cazzo![1]
Соня оглянулась: механики в гаражах готовились к пит-стопу. Это идеальное время для заезда: шины все равно уходили, а развести двух заведенных до предела гонщиков порой необходимо. Особенно этих двоих. Еще ситуация со штрафом наложилась… в этом заключалась работа стратега: выйти из конфликта с минимальными потерями. Штрафа не будет, если гонщик оперативно исправит свою ошибку.
Тем временем радио «Биалетти» тоже пылало:
— Ему назначат штраф? Он меня дайв-бомбил!
— Мы сообщили судьям, — отрапортовал гоночный инженер Вайсберга. — Но он вернул тебе позицию, расследование закрыто.
— Какого черта? За такое дают десять секунд.
— Нет, Кифер. Не дают.
Соня мысленно усмехнулась, услышав это. Похоже, новый инженер Вайсберга по терпению не хуже Пьера. Потому что заявление гонщика — это смех. Десять секунд?! Ага, конечно.
После пит-стопов наступило долгожданное затишье — Давид гнал вперед, Кифер его преследовал и выжидал. И где-то там ехал Кори, на которого Соня в пылу сражений взглянула впервые. Но похоже, малыш Джексон так и финиширует четвертым.
Пауза в сражениях не могла продлиться долго, вскоре Вайсберг опять сел на хвост Давиду. Машины буквально липли друг к другу, ехали слишком близко и опасно.
— У меня плохое предчувствие, — призналась Соня Нику. Она много раз видела борьбу на трассе и научилась отличать, когда сражение умное и аккуратное, и гонщики в итоге разъедутся на неповрежденных машинах, а когда оба жаждут крови и аварий. Парочка на трассе жаждала, что было ясно со старта. Или до старта. Или до начала сезона.
— Есть предложения?
— Осталось тридцать три круга, можно зазвать Давида на остановку.
— А в конце он без шин как доедет?
— Вытянет на волевых. Этих двоих надо развести.
— Рано. Рано и рискованно, — Ник подключился к радио: — Пьер, что думаешь о пит-стопе прямо сейчас?
— Не вижу в нем смысла, рано.
— Окей, едем по плану.
С решениями Ника Соня спорила редко. Но в этот раз ей захотелось:
— И все же я настаиваю, что Давида надо позвать в боксы.
— Как сказал малыш Джексон — много слов, Соня.
— Ник…
— Давид едет дальше, — отрезал босс.
В напряжении и борьбе гонщики поехали дальше. Все это время командное радио разрывалось: Давид успевал не только пилотировать и отбиваться от атак, но и радовать зрителей итальянскими ругательствами. Борьба происходила за каждый поворот. Соня уже не предчувствовала, а видела будущее столкновение, ведь такая езда всегда заканчивалась аварией. Соне хватало опыта, чтобы предсказать очевидное будущее.
В одном из поворотов Кифер попытался обойти Давида по внутренней траектории, Давид поздно закрылся, и машины на мгновение встретились. Но на скоростях Формулы-1 достаточно мгновения. Никто из гонщиков не вылетел в гравий, не перевернулся, и поначалу казалось, что контакта не было вовсе, но Давид вдруг начал терять скорость, пропустив вперед не только Кифера, но и болид «Килнера», а потом малыша Кори.
— Прокол? — спросила Соня у Пьера.
— Медленный прокол. И антикрыло до кучи.
Ник выругался и обернулся к гаражам смотреть, как пройдет остановка. Медленный прокол — это медленный круг. Замена антикрыла — тоже потеря времени, которое соперник проведет на трассе, уезжая все дальше. Кифер Вайсберг теперь безоговорочный лидер, а Давид хорошо, если войдет в десятку. В этот раз все решилось на середине гонки.
________
[1] Пошло все в жопу! (итал.)
ГЛАВА 15
Из-за проблем Давида на пьедестал заехал Кори, финишировав третьим. Это пусть и немного, но скрасило напряженную обстановку в гаражах. Новичок на подиуме в начале сезона, надо же! Неплохой результат. Гоночный инженер Кори едва ли не сальто крутил от счастья и был счастлив больше самого малыша Джексона, который на известие по радио отреагировал коротким:
— Хмм. Окей.
В этот раз Соня не осталась в стороне и отправилась встречать гонщика — знала, что Кори не будет прыгать в толпу с разбега, а толпа не начнет сходить с ума, все пройдет спокойнее.