— На днях выяснилось, что я больше не способен уснуть, не услышав твой голос. Это моя новая зависимость.
— Интересно.
— Интересно, но выматывает. Поэтому я позвонил.
— Ты такой лгун, у меня нет слов.
— Лгун? Это абсолютная правда. Сегодня мне замазывали мешки под глазами для съемок.
— В таком случае…
Соня нажала на отбой и по-дурацки заулыбалась, увидев через пару секунд новый входящий звонок.
— Как это понимать? — спросил Вайсберг.
— Не хочу, чтобы ты уснул. Будешь завтра уставшим, а значит, Давид спокойно уедет вперед. И никаких аварий между вами двумя, и все счастливы.
— Счастливы все в «Зальто» ты имеешь ввиду?
— Я же из «Зальто». Что мне до счастья остальных команд?
Кифер рассмеялся, потом умолк ненадолго и быстро сказал:
— Предположим… я могу отложить сон на пару часов. Если скажешь, в каком отеле вы остановились. Могу выяснить и сам, но это потеря времени, которого нам и так катастрофически не хватает.
— Киф…
— Соня.
— Нет.
— Мы ведь оба понимаем, к чему все идет, — заметил он после паузы. Его голос звучал так уверенно, словно он видел все те образы, что минутой ранее мелькали в голове самой Сони.
— К чему же, Вайсберг? Что-то я не уловила, как мы так быстро перешли от бессонницы без звуков моего голоса до пары часов без сна в номере отеля. Ты же сейчас не в болиде, не разгоняйся.
— По-твоему, я разогнался? — он засмеялся. — Мы две недели говорили каждый вечер. Думаешь, я часто так развлекаюсь?
— Заметно, что нет. Иначе бы знал, что звонки не приравниваются к допуску в номер отеля. Молодец, что расстарался, но…
— …но ты боишься.
— Боюсь? — она покачала головой, хотя Вайсберг не мог этого видеть.
— Потому что я нравлюсь тебе слишком сильно. Не отрицай, это сразу было понятно — мы сработаемся… в любой плоскости. У нас так много общего, что мы способны как понимать друг друга без слов, так и говорить без остановки — как выяснилось, это удивительное ощущение, которое невозможно испытать со всеми подряд. Между прочим, я расстался с девушкой, едва мы начали общаться — хотел убрать лишние барьеры.
— Я не просила об этом.
— Знаю. Но мне показалось, для тебя это важный момент.
— И чем же он важен, Киф?
— Демонстрацией намерений.
— Плевать мне на твои намерения… точнее, я слишком хорошо вижу их суть. И у тебя даже не было девушки.
— Была.
— И сколько времени ты с ней провел? Дня два?
— Побольше, — он усмехнулся. — Может, даже целый месяц.
— Главное — правильно подать информацию, да, Киф?
В этот момент в дверь ее номера постучали. Соня вздрогнула — на мгновение ей показалось, что это Вайсберг заявился. Но она быстро поняла, как несостоятельна эта мысль. Он, быть может, и вовсе к ней сегодня не собирался, а шикарное предложение на нее обрушил в целях подготовки к грядущему, чтобы не растягивать игру с ночными звонками надолго. Потому что разговоры его интересовали в последнюю очередь. Это логично, это ожидаемо. А Соня вовсе не боялась, она сомневалась в необходимости этого приключения.
Стук в дверь повторился.
— Кифер?
— Ридель.
— Не звони мне больше, — она скинула вызов и отбросила телефон в сторону. Вроде ничего особенного не произошло, но чувствовалось все иначе. Потому что чертов Вайсберг проник ей в голову и взбудоражил кровь. А ведь ей даже никогда не нравились блондины, тем более такие — с наглыми ухмылочками, самоуверенностью до небес и склонностью к манипуляциям. Не ее типаж… но с Кифером произошел сбой. Может, из-за того самого взаимопонимания, о котором он так красиво рассуждал.
Стук в дверь — опять! Соня прошлепала в коридор и щелкнула замком. Недовольство быстро сменилось изумлением — за порогом стоял Давид Моро собственной персоной. Увидев Соню, он нахмурил темные брови и поджал губы — обычная реакция на ее появление.
— Ник сказал, ты не отвечаешь на звонки. Он ждет нас в конференц-зале.
— Сейчас?!
— Угу.
Соня оглядела себя: халат — не лучшая одежда для брифинга.
— Соберусь через минуту, — бросила она и, оставив Давида за дверью, вернулась к вещам, которые даже не разобрала. Из чемодана она извлекла немнущиеся брюки и футболку — для собрания в отеле пойдет.
Давид решил ее дождаться — засунув руки в карманы спортивных брюк, он со скучающим видом разглядывал потолок. Стоило Соне выйти в коридор, молча отправился к лифтам. Она поплелась следом, глядя на его напряженную спину, обтянутую голубым поло. Это чувствовалось странно. От Давида волнами расходилось напряжение, и Соня быстро заразилась его состоянием, хотя пора было привыкнуть к таким отношениям.