Наконец я услышал, как уходит сержант. В зал заглянул Крэг, чтобы увести меня в свой кабинет. По пути мы заскочили в кухню, где Крэг сотворил для себя огромную кружку каппучино, естественно без кофеина. Я же налил себе чашку чая.
– Как все прошло? – поинтересовался я.
– Ты был прав. Увидев меня, сержант первым делом спросил, действительно ли я тот самый человек с фотоаппаратом, которого видели на болоте. Я это подтвердил. Какой смысл врать, если они смогут без труда это установить?
– О чем еще он тебя спрашивал?
– Что я там делал, вооружившись камерой?
– И как ты ему ответил?
– Сказал, что следил за Фрэнком, так как тот отказался поддержать «Нет Коп»; что надеялся обнаружить факты, которые можно было бы использовать в качестве рычага воздействия.
– И он тебе поверил?
– Не сразу. Поначалу сержант пытался убедить меня в том, что я прикончил Фрэнка. Говорил он об этом, естественно, не прямо, но намекал достаточно прозрачно. Одним словом, мне пришлось все повторять несколько раз с начала до конца и с конца до начала. Однако я ни разу не сбился. Кроме того, я объяснил ему, что не настолько туп для того, чтобы убить Фрэнка. Мне нужно было, чтобы он поменял свою позицию, а в случае смерти его «нет» осталось бы навсегда. Что, собственно, и произошло. Разве я не прав?
– Ты сказал, что видел там меня?
– Да. И эта информация ему страшно понравилась.
– А о том, что видел Джона Шалфонта, тоже сообщил?
– Да. Поскольку полиции уже все известно о Джоне и Фрэнке, скрывать это не имеет смысла.
– Он просил передать ему фотографии?
– Да. И я ему их отдал. Включая негативы.
– Там были и мои изображения?
– Само собой. Я сфотографировал твое прибытие.
– А отъезд?
– Я же говорил тебе, что уехал вскоре после твоего появления.
– Очень мило.
– Извини, Саймон.
Я с трепетом ожидал появления Дайны. Бар был до отказа заполнен недавними выпускниками университета и состоятельными студентами, решившими хорошенько оттянуться вечером в пятницу. Ко мне это не относилось. В какой-то момент я даже вознамерился отменить встречу, но потом решил, что это не имеет смысла. Объяснения с Дайной мне все равно не избежать.
Она пришла минуты через две после меня.
– Привет, – бросила Дайна и, склонившись, чмокнула меня в щеку. Аромат духов мгновенно заставил меня вспомнить уютную квартиру, музыку, виски и её.
– Привет, – хрипло ответил я, поскольку мое горло почему-то вдруг пересохло.
– Как дела?
– Был страшно занят. Носился по городу, пытаясь установить, кто убил Фрэнка.
– И насколько в этом преуспел?
– Трудно сказать. Почему-то получается так, что чем больше я узнаю, тем больше вопросов возникает.
– А как копы?
– Они, похоже, куда-то продвигаются. Всё ближе и ближе к тому, чтобы меня арестовать.
Дайна сочувственно улыбнулась и прикоснулась к моей руке. Это было всего лишь легкое прикосновение, но мне показалось, что мое тело поразил электрический разряд.
– Ну и достается же тебе, – сказала она.
Я в ответ лишь кинул.
– Лайза вернулась?
– Нет, – ответил я, убирая руку. – Но я очень этого хочу. Мне её так не хватает…– Набрав полную грудь воздуха, я продолжил: – Я очень сожалею, о том, что произошло во время нашей последней встречи. Едва не случилось то, чего я очень не хотел… Нет, не так. Я, как это ни печально, очень этого хотел. Просто с самого начала я не должен был позволять себе думать об этом. Я очень хочу, чтобы Лайза ко мне вернулась, и подобной ошибки больше не совершу.
Я внимательно следил за реакцией Дайны. Некоторое время она молчала, а потом спокойным, рассудительным тоном произнесла:
– Думаю, что этим все сказано. Но если она окажется настолько глупой, что оставит тебя одного, то сама будет во всем виновата. Ты мне нравишься, Саймон. И нам вместе было бы очень хорошо. Запомни это.
– Прости…
Я не знал, как отнестись к словам Дайны. Мне осталось не ясно, делает ли она хорошую мину при плохой игре, оказавшись отвергнутой, или ей всё безразлично. Не исключено, что она пытается показать свой ко мне интерес, не желая меня при этом отпугнуть. Однако, могло быть и так, что она говорит искренне и действительно думает то, что говорит. Понять эту женщину я не мог.
– Ну и что мы будем делать с «Ревер»?
– Мы?
– Да. Ты и я.
– Сдается, Дайна, что у меня в этой стране вообще нет будущего.
– Вздор! Они обязательно найдут убийцу Фрэнка, и с тебя снимут все подозрения. Джил уйдет на покой. Арт – вне игры. Таким образом, остаюсь лишь я.
Уверенность Дайны мне импонировала, но говорить о моем будущем в «Ревер», было просто смешено, поскольку у меня не было никакой уверенности, что к тому времени, когда уйдет на покой Джил, я останусь на свободе.