Он готов отказаться от бессмертия, только бы Рианнон жила. И никаких проблем, если только проклятие позволит быть вместе всегда. Но он не знал, как сделать ее бессмертной, хотя с другими это случалось. Например, Саймоном, Повелителем Воды и его Мегэлин, но там были чрезвычайные обстоятельства, а у него не было ни одного. Может ему поговорить с Саймоном, и старый друг подарит надежду. Иначе они так и будут беглецами, пока живы, и наблюдатели могут наказать их.
Если бы только Рианнон не смотрела бы на него так. Если бы эти слезы высохли, и она улыбнулась бы ему снова. Как он скучал по этой улыбке. Он давно уже ее не видел… очень давно. И надежды увидеть ее снова не было, вычеркнуть из ее памяти все переживания, не дать пасть духом. Но вместо этого в ее глазах стояли не выплаканные слезы. Одна из них потекла по взволнованному лицу и ниже, он застонал и сгреб ее в охапку. Он словно утонул в этой слезинке.
Все впустую. Его крылья наполовину раскрылись, а твердая плоть упиралась ей в живот, натягивая брюки из кожи угря, он был уничтожен. Это не обсуждалось. Она все поняла.
Когда она вырвалась из его рук, его сердце также плакало. Он готов был поклясться, что слышал, как оно разбилось.
— Рианнон, подожди! — звал он ее, вбегая за ней обратно в дом.
— Оставь меня, хотя бы на какое-то время, — рыдая, произнесла она, около порога. — Не волнуйся…, я далеко не уйду. Вернусь. Как и тебе, мне необходимо уединиться на время.
Он как раз собирался идти следом, но заметил входящего в дом Мэриуса, через руку которого было перекинуто платье. Они встретились взглядом. Пристальный взгляд Повелителя сообщил, что с ней все будет хорошо, и он может идти. Ему и Рианнон какое-то время надо побыть порознь, чтобы все обдумать, и силой воли он заставил себя вернуться к источнику и закрыл дверь.
Едва он задвинул щеколду, как вода в источнике начала бурлить и пузыриться, пока поверхность не вспенилась. И из центра создаваемого вихря в потоках воды появился человек, одетый в брюки как у Гидеона.
Его красивое лицо, состояло из одних углов и граней, стекающие капли минеральной воды, блестели в свете факела, также как и его длинные волосы, перевязанные морскими водорослями.
Это был Саймон, Повелитель Воды.
— Рад встречи, старина, — поздоровался Гидеон, пока Саймон вращался в круге воды и вот оказался перед ним.
— Я оскорблён, темный, — ответил ему Саймон. — Почему ты не обратился ко мне за помощью, а? Разве я многого прошу?
— Я как раз думал призвать тебя, — ответил Гидеон.
— Я знаю, — сказал Саймон. — Ты здесь был не один. Пио, мой заклинатель следовал за тобой каждый раз, когда ты был поблизости от воды. Он прочел твои мысли, вот я и здесь.
— Это та твоя любимая рыба-меч, она буквально по пятам следовала за нами, — добавил Гидеон. — Боги благосклонны к нему. Я пришел бы к тебе сам, но ты, ни чем уже не можешь помочь.
— Может и так, но ты не дал мне шанс попробовать.
— Ты — хороший друг, Саймон, и я знаю, что ты дал бы нам, прибежище, но Рианнон никогда не сможет жить под водой. Она плохо плавает.
— Есть много заполненных воздухом карманов и пещер под водой, Гидеон. Ей даже не пришлось бы плавать, она ходила бы по ровной поверхности.
— Она никогда не смогла бы так жить, да и я по правде тоже. Я — существо неба, Саймон. Мне необходимо летать. Представь себя в небе, вместо воды. Мы те, какими нас создали.
Гидеон протянул руку, чтобы помочь Саймону выйти из воды, но тот отошел.
— Как ты сам сказал …мы такие, какие есть. Я могу, что-нибудь сделать? Тебе надо только попросить.
— Возможно, ты сможешь ответить на вопрос.
— Спрашивай.
— Если бы ты хотел расстаться со своим бессмертием, чтобы удержать Мегэлин, то ты, скорее всего так и сделал бы, но ты поступил по-другому. Мегэлин обрела бессмертие. Я бы тоже так сделал, не задумываясь, но я не могу. Мое проклятие необратимое и вечное. Может ли Рианнон получить бессмертие, как ты это сделал с Мегэлин?
Саймон кивнул и задумался.