Выбрать главу

Не знаю, какое из множества мелких, но ежедневных недопониманий было причиной моего решения жить отдельно. И не просто отдельно, а в другом городе. Конечно, немаловажную роль сыграло наличие комнаты в коммунальной квартире именно в Вороховке, а также поддержка Влада.

Поначалу я чувствовала себя предательницей, в волнении названивая домой по нескольку раз в день. Перепугала родителей так, что они примчались, бросив все дела, намереваясь забрать своё единственное, излишне впечатлительное чадо обратно. Так что все успокоились и смирились с моим выбором они отнюдь не сразу.

Порыв ветра ударил в грудь, заставив пошатнуться. Лишь ощутив озноб, рябью пробежавший по коже, и потеплевший кад-арт, я поняла, что это не просто воздух.

Блуждающий оказался настойчив, вторая атака заставила меня насторожиться впервые за двадцать три года жизни бок о бок с призраками. Воздушная волна чуть не опрокинула на землю, камень разума обжёг кожу, от холода удара на мгновенье онемело тело. Навскидку восемь онн, предел камня десятка, чуть выше - и мозг сгорит в чужой боли. Я выдохнула, выпустив наружу ледяное облачко, и сделала то, что никогда не рекомендуют делать псионники, проводившие с нами тренинги чуть ли не с первого класса. Я побежала. Побежала, зная, что это бесполезно; зная, что призрак без тела быстрее любого живого; зная, что в случае движения жертвы удар будет вдвое сильнее, энергия тела сработает против меня. Но ноги сами несли по направлению к белой стене, пару мгновений назад казавшейся такой близкой, а теперь - недосягаемой. Там люди. Живые. Они помогут, вызовут специалистов, блуждающего усмирят.

Ледяной шквал накатил с затылка, растёкся по позвоночнику, лишая возможности двигаться, мышцы свело судорогой. Я словно налетела на невидимую стену. Мир замер, а потом завертелся. Рыжие брызги разлетелись в стороны, ладони загребли мягкую, тёплую грязь. Кад-арт горел, пытаясь отразить атаки. Голова наполнилась туманом, неясными образами и болью.

- Нет. Это не моё, - закричала я в тщетной попытке отстраниться от удара блуждающего, - Это не я.

Виски сдавило стальным обручем, белая стена, олицетворяющая безопасность, поплыла. Я отчаянно моргала, стараясь смахнуть слезы. Вспышка чужой агонии пронзила тело насквозь. Спазм заставил выгнуться дугой от боли. Предо мной словно опустили тёмную завесу. Последнее воспоминание - мягкая раздражающая вибрация в боку, и мелодия, обычно заставлявшая мгновенно откидывать крышку телефона.

- Зачем ты её сюда притащил? Она же стёртая, - сердитый голос то отдалялся, то приближался.

- Предлагаешь оставить там? - хрипло спросили у него.

Лица коснулось что-то прохладное и влажное.

- Мне без разницы. Такие атаки отслеживаются в обязательном порядке, и куда, думаешь, первым делом заявятся псионники ?Тебе оно надо?

- Мне надо, - прошептала я, и открыла глаза.

Надо мной склонились двое смутно знакомых мужчин. Этих парней я нанимала для ремонта квартиры, на ловца, как говорится, и зверь, вот только деньги сейчас волновали меня меньше всего.

- По-по-помоги-ии-ии-те вста-а-ать, - попросила я.

Голос дрожал, как и все тело. Не знаю, от страха или последствия атаки, но трясло меня так, что зубы лязгали друг от друга.

Один из мужчин тут же обхватил за плечи и приподнял, аккуратно усаживая на бежевом диване. Грудь отозвалась ноющей болью.

- Как себя чувствуешь? - заботливо спросил хриплый.

Антонис, вспомнила я имя.

- Помнишь кто ты? Где живёшь?

- Да, - кивнула я, чуть не прикусив язык - И пппомню, ччтттто выдаааала вам аваннннс, - Получилось не очень внятно, но они поняли.

- Повезло, - протянул сердитый парень, имя которого упорно не желало вспоминаться, - Не успел блуждающий.

- Служжжбу контроооля вызвали? - я спустила ноги и встала. Вроде ничего, грудная клетка ноет, дрожь ещё не стихла, но в целом я была жива и относительно невредима. Одежду покрывали живописные разводы подсыхающей грязи, куртку парни с меня сняли, так что выглядело все не так страшно, как было на самом деле.

- Уверена, что хочешь этого? - переглянувшись с напарником, осторожно спросил Антонис.

- Э-э-э… Лена, если не ошибаюсь, - сердитый парень приблизился и посмотрел на меня с интересом и недоумением, - Ты знаешь, кого блуждающий способен атаковать с силой сверх десяти онн?

Знаю, как и любой другой в империи камней. Своего убийцу.

- Я никого не убивала, - заикание уступило место по-детски обидному изумлению.

- Мы верим, - быстро добавил Антонис, пожалуй, чересчур быстро, - Но привидения никогда не врут. Кому из вас поверят псионники?

В его словах был смысл, пусть неприятный, но был. Над этим стоило подумать.

Я точно знаю, что никого не убила ненароком. Неужели теперь придётся это доказывать? Сложно ли доказать факт, который никогда не подвергался сомнению? Я не убийца. Как оказалось, это не теорема, в лучшем случае аксиома.

Наверное, поэтому я растерялась. Хуже, чем растерялась, я забыла все, чему меня учили. Все, что мне когда-то говорила Нирра. Я забыла и саму Нирру….

- Уходи, - потребовал мужчина, - Без обид, но связываться со службой контроля мы не хотим.

Я повернулась к Антонису, слабо надеясь на поддержку, но тот опустил глаза.

Обычная дверь показалась проходом в другой мир. Надо выйти туда, где я снова буду одна. Пусть блуждающим никакие стены не помеха, но атаковать они стараются, когда жертва остаётся в одиночестве. Правда, бывают и исключения, все зависит от желания свести счёт.

Я со злостью сдёрнула куртку со стула и вышла, громко хлопнув дверью. Запала хватило ненадолго, шага на три от крыльца.

Что же делать? Я посмотрела по сторонам. Бесполезно, пока атака не повторится, я и знать не буду, что он рядом. Служба контроля. Они могут помочь. Помочь сохранить разум, иначе следующее нападение сотрёт, выжжет меня дотла.

Я отошла в тень, прижалась к холодной стене барака и вытащила телефон. Три пропущенных вызова - два от мамы и один от бабушки. Нирра! Первая разумная мысль с момента нападения. Приди она на минуту раньше, никакие силы бы не заставили бы меня выйти на улицу, и плевать на то, что думают там какие-то строители. Я зло кусала губы, стараясь попасть трясущимися пальцами по кнопкам телефона. Надо было сразу звонить, а не препираться, глядишь, услышав имя, стали бы посговорчивей. Или сразу выкинули бы меня на улицу, без всяких разговоров и попыток соблюсти приличия. Но это чревато. Моя бабушка Нирра Артахова много лет возглавляла службу контроля. И не городскую, и не районную, а, ни много, ни мало, имперскую.

Людей, неподвластных воздействию призраков, ничтожно мало. Судьба такого человека предопределена почище, чем у носителя камня. Зачисление в пси-академию едва ли не с рождения. И «хочу-не хочу» не играет никакой роли.

Первая пара гудков, когда я ждала ответа, показалась мне по продолжительности чуть ли не многочасовым концертом.

- Алленария, - рявкнула трубка, - Что происходит?

- Бабушк-ка, - произнесла я и от облегчения, позорно разревелась, - К-кто-то… ч-ч-что-то… он…

- Спокойно, - голос в трубке сразу смягчился, - Вдох, выдох, Рассказывай, что случилось.

Не знаю, сколько времени ушло на подобные увещевания, но взять себя в руки и внятно рассказать о происшедшем удалось не сразу.

- Погост далеко? - напряжённым шёпотом спросила она.

- В двух шагах.

- Слушай внимательно и выполняй в точности, как бы невероятно тебе это не показалось. Бегом к ворошкам, напрямую, как можно быстрее, если надо, лезь прямо через забор. Поняла?

- Да, но…

...