К концу каждого дня она чувствовала невероятную усталость. Сил хватало лишь помыться и добраться до постели. А дальше наступало самое трудное время суток. Спать без мужа оказалось так трудно, она постоянно просыпалась среди ночи, ощущая его отсутствие, слёзы предательски капали из глаз, приходилось давить их на корню, ведь ей нельзя нервничать. Всюду её преследовал его запах, она даже стала спать в его рубашках, обнимала его подушку. Помогало слабо, но хоть что-то. Первая неделя завершилась, но Ричард не вернулся. Она находила время среди дня, чтобы подняться на башню и смотреть вдаль, в сторону леса, надеясь первой увидеть приближение отряда мужа. Отряды были, но чужие. Драгон фиксировал их появление и отслеживал передвижение. Они не «шкодили», то есть не причиняли вреда жителям деревень, а как-бы просто проезжали мимо… между прочим по нашей земле! Понятно, что они тоже следили за Замком и ждали какого-то условного сигнала. Но сигнал не поступал и они уходили.
Первое время она находила успокоение, поднимаясь на башню и смотря на море. Ведь это была её мечта: увидеть море! Ричард показал ей самое удобное место для наблюдений, где не так сильно дует ветер и морской простор лежит как на ладони! Вдвоём они поднялись сюда, как только её верхняя одежда была готова. Неописуемый восторг охватил девушку, и она тогда сказала мужу, что готова отсюда взлететь, как птица! Ричард смеялся, такой наивной, как ребёнок, выглядела его молодая жена. Но ему нравилось доставлять ей радость. Аш тогда показалось, что с этой стороны Замок защищён идеально, но муж развенчал её уверенность. Да, подняться здесь наверх трудно, но при желании возможно. Корабль здесь не подойдёт близко к скалам, но шлюпка вполне причалит, там даже есть узкая полоска берега. Вот поэтому здесь присутствуют закрытые смотровые площадки. Их несколько и они не только в самом Замке, но и на скалах. Между площадками оборудованы висячие переходы. С дальних площадок можно даже и до кораблей достать из лука. В смысле корабль может так близко подойти. Сейчас на площадках тоже стояли дежурные воины.
Закончилась Весна и Лето вступало в свои права. Ричарда не было уже четыре недели. Аш держалась из последних сил, молилась всем Богам и также бегала на башню высматривать отряд мужа. На неё с тревогой и надеждой смотрели другие жёны, подруги, матери. И однажды, не выдержав накалившейся обстановки, Аш просто встала на крыльце Замка и громко, чтоб могло услышать как можно больше людей, сказала:
- Да, у нас нет вестей от лорда и его отряда, но и у тех, кто бродит, как шакалы по нашим землям, их тоже нет. Значит, наши мужчины живы и просто делают своё дело. А мы будем молиться за них Богам, ждать их возвращения и готовить все к их приезду и к предстоящей зимовке. Никто не отменит Зиму, так что нечего тут слёзы пускать, унынию предаваться, некогда. Я верю, что мой муж вернётся, и никому не позволю думать иначе. Те, кого ждут, всегда возвращаются! – а потом просто вернулась к оставленным делам. Как ни странно, но это подействовало, люди зашевелились, в глазах появилась надежда, и разговоры пошли в более позитивном русле. Драгон, став невольным свидетелем этой сцены, поднял бровь и удовлетворённо хмыкнул.
Аш нашла еще одну отдушину для своих напряженных нервов. Она очень любила лошадей. В её прошлой жизни конюхи пускали девушку в конюшню и разрешали почистить, покормить лошадей. Когда она подросла, ей даже давали посидеть на лошади, потом попробовать поехать на ней. Аш всему легко училась, а лошади, как и все животные, её любили, чувствовали её доброжелательное отношение к ним и отвечали взаимностью. Правда седло ей никто давать не собирался, так и без него неплохо можно ездить. А еще можно встать ногами на круп лошади и проехать стоя, а еще брать препятствия. Когда уезжали отец с братьями, она с Ульвиной училась делать всевозможные кульбиты на лошади. У себя на родине в Рудии, Ульвина умела делать многое из того, что свойственно рудийцам. Она скучала по дому и интерес девочки к её умениям воспринимала благосклонно. Это был шанс хоть на время оказаться в своей стихии. Поэтому кататься на лошадях, играть на гитаре, пользоваться бубном и кастаньетами в танце – это все научилась делать Аш от своей учительницы. И здесь, в Замке Крейзи, её тоже тянуло к лошадям. А точнее к одной лошади, которая никого к себе не подпускала, седло одевать не давала. Конюхи уже не знали, что и делать. А кобыла была красавицей: гнедая масть, гордая стать, огневой, непокорный характер, а глаза… такие бархатные… и грустные, словно ищет кого-то, ждёт, а он не приходит. Аш нашла в ней родственную душу, приходила всегда с подарком (морковка, кусочек сахара), садилась у загона и начинала разговаривать, делилась с ней, как с подругой о том, что переживает за мужа, что очень любит его и ждет возвращения, что у мужа есть конь чёрной масти, зовут Мрак.