— Ой рискнут, — покачал головой Висельник. — Сам этот Франциск, скорее всего, поостережется, но пушечное мясо послать может. Божьи бараны пойдут и под нож, радостно блея, не то что в подземелья.
— Излишнее беспокойство. Я гарантирую создание впечатления, будто вы отошли обычным путем, но под прикрытием гасящего звуки заклятия.
А ведь и верно. Именно такой амулет граф снял с трупа одного из пытавшихся ворваться в одну из его квартир. К тому же и заряд в амулете явно не исчерпался. Я непроизвольно бросил взгляд на браслет, что в настоящее время охватывал запястье левой руки. Вполне может и выгореть дельце. Но, само собой, потребуется помощь в управлении амулетом, а то при отсутствии опыта немудрено и растратить остающуюся энергию в никуда.
— Помогу, даже не сомневайся, — подтвердил Череп, для которого не остался незамеченным взгляд на боевой трофей. — Для большой войны сейчас время не очень подходящее, зато устроить небольшой погром — дело нужное и очень приятственное. Весомую оккультную поддержку, конечно, не окажу, мне не нужно, чтобы следы магического воздействия, свойственные нашему клану, оставались на изучение господам из церкви. Тогда пропадет вся тонкость и изящество, а то и выяснится, откуда ноги растут. Обойдемся опосредованным влиянием.
Тяжелая поступь гаар-гула, появившегося на пороге, заставила обратить на него внимание. Седрик… Наверняка что-то важное, иначе каменное создание не стало бы нарушать покой Черепа.
— Перед оградой стоит человек, — прогудел гаар-гул. — Внутрь проникнуть не пытается, просто стоит. Не маг, никаких способностей. Убить или просто отогнать?
— Все бы тебе убивать, Седрик. Я гостей не жду, а вот мои гости…
— Верно, граф. Наверное, это один из наших агентов пожаловал с донесением. Клим, — обратился я к старому другу. — Это твоя креатура, по всем правилам тебе с ним и разговаривать.
— Знаю… Схожу, выясню.
Раз Клим что-то сказал, то непременно сделает. Благо и отсутствие его продолжалось не слишком долгое время, которое пришлось занять разговором хоть и полезным, но все же не столь важным. Так, общие разговоры о представленных в библиотеке книгах. Зато как только Клим вернулся, сразу стало ясно, что события пустились в пляс, радостно при этом повизгивая.
— Помер, — Ханна провел ребром ладони по горлу, подтверждая вес своего слова.
— И оживать не собирается. Это один из тех троих агентов, следовавших за покойником по пятам. Феликс, пройдоха, оказался осторожнее, чем мы о нем думали… и еще более жадным.
— А это реально?
— Все реально в нашем мире, Ханна, особенно наипротивнейшие качества натуры человека. Он не пожелал рисковать сам, появляясь пред ясны очи церковников, и послал какую-то шушеру. Но послал не по одному адресу, а сразу по двум — в храм святого Луки, а заодно и прямо к обворованному им Павлову. То ли решил действовать наверняка, то ли запланировал получить денежку из двух источников.
— Курьерами заинтересовались? — Череп, не выдержав, проявил свой живой интерес к беседе.
— Еще бы! Вошедший в храм так там и остался, не знаю уж, живой или уже помер. А с тем, который сунулся к Павлову, совсем неприятная история приключилась. Вышел оттуда, а потом вдруг взял да и бросился под копыта лошадкам из проезжающего экипажа. Теперь в прозекторской остывает и физически разлагается.
— Франциск рубит все нити, а значит озлоблен до крайности. Будь он в более спокойном состоянии — не стал бы так жестко и сразу уничтожать в общем-то небесполезных людей. Хотя пользы от них действительно маловато было бы… Но вот почему он так взбешен? Нужно сначала разобраться, очень нужно. Но последний вопрос… Наемника своего бывшего чисто убрали?
— Обижаете, — радостно оскалился Клим. — Город у нас хоть и тихий, но разбои случаются. Лежит наш Феликс неподалеку от номеров г. Чернова, а в сердце заточка, да к тому же все ценное с трупа снято — деньги там, часы, запонки с булавкой из галстука. Номера там не высокой репутации, подобное ни одного околоточного не удивит, тем более тамошнего. Поищут для порядка, может, и найдут кого…
— Тогда и говорить о нем не стоит. Франциск, а скорее его люди, обязательно обнаружат вашего Феликса и узнают всю информацию. Но в любом случае в трактир они придут не раньше, чем через несколько часов — инерция громоздкого бюрократического аппарата. Это хорошо не только само по себе, но и потому, что есть время выяснить причину злобствования нашего врага.
Причину… Вне всякого сомнения, она кроется в похищенных нами документах. Интереснее другое — пропажа чего именно вызвала столь бурную реакцию? На первый взгляд, попавшее к нам в лапы хоть и было весьма полезным, но утрата всякого рода черновиков и набросков не должна сопровождаться ТАКИМ поведением. Черепу виднее, он-то знает особенности характера нашего общего противника. Ладненько, придется еще разок переворошить всю добычу, вдруг что пропустили.