Выбрать главу

Свинтон считал, что такие названия, как «сухопутный гусеничный крейсер» или «гусеничный истребитель пулеметов», уже сами но себе выдают назначение и многие свойства машины.

— Нужно придумать для нее такое название, чтобы к военному делу оно не имело никакого отношения, — говорил Свинтон своему помощнику, подполковнику Дейли-Джонсону. — И в то же время это название должно быть правдоподобным, обозначая какой-то большой громоздкий предмет.

Дейли-Джонсон согласился, что это благоразумно. Но как он ни ломал голову, ничего дельного на ум ему не приходило.

Сам Свинтон 24 декабря 1915 года предложил три слова — цистерна, резервуар и чан (по-английски «танк»). Все они действительно относились к крупным вещам.

— Но слова «цистерна» и «резервуар» длинные, — заметил Дейли-Джонсон, — и немножко смешные в применении к такой машине, как сухопутный крейсер. Я бы остановился на слове «танк». В нем только один слог. Его легко произносить. И в то же время это звучит серьезно: танк! танк!

Соображения Дейли-Джонсона были правильные. И за сухопутным крейсером с 24 декабря 1915 года осталось его новое безобидное название «танк». Очень скоро это слово без перевода перешло и во все другие языки.

В начале декабря в ставке английского главнокомандующего во Франции было получено письмо Черчиля, посвященное различным видам наступления. Автор письма сообщал, что скоро станет возможной «бронированная атака», которую поведут «гусеничные сухопутные крейсера». Чтобы избавить машины от артиллерийского обстрела, атаку следует вести ночью при свете мощных прожекторов, которые будут не только освещать местность, но еще кстати и ослеплять противника.

Перейдя через окопы, крейсера сейчас же должны повернуть вправо и влево и, следуя вдоль окопов, очищать их огнем своих орудий от противника.

За крейсерами должна идти пехота, скрываясь за большими стальными щитами на колесах, которые она будет толкать перед собой. Задача пехоты — занять окопы противника.

Покончив с первой линией обороны, крейсера устремляются ко второй и повторяют там только что проделанные операции. Конечно, их поддерживают новые массы пехоты. В заключение письма Черчиль выразил надежду, что сухопутные крейсера позволят быстро разделаться с немцами.

В конце декабря в замке у Сент-Омера, где находилась ставка верховного английского командования, произошла смена главных действующих лиц. Джон Френч проявил себя плохим полководцем. Как главнокомандующий он наделал много ошибок, в результате которых английская армия понесла огромные потери. Впридачу он проявил еще нежелание согласовать свои действия с французами. Поэтому он был отозван в Англию. Его место занял Дуглас Хейг, командовавший до того первой британской армией.

Письмо Черчиля заинтересовало нового главнокомандующего. И тот, чтобы получше ознакомиться с загадочными сухопутными крейсерами, отправил в Лондон своего человека, подполковника Эллиса из инженерного корпуса.

8 января 1916 года Эллис писал в своем донесении:

«Имеются два учреждения, изготовляющие сухопутные крейсера: Департамент окопной войны, работающий самостоятельно, и Комитет сухопутных крейсеров при адмиралтействе, работающий вместе с военным министерством.

Первое учреждение не изготовило еще ни одной машины. Проект второго уже заканчивается постройкой. Машине дано условное название „танк“.

Размеры танка: длина 8,1 метра, ширина 4,2 метра и высота 2,2 метра.

Вооружение: два морских орудия калибром в пятьдесят семь миллиметров и четыре пулемета Льюиса.

Танк, как боевая машина, представляет несомненный интерес».

В глубине Хетфильдского парка

Свинтон, Черчиль, Триттон, Вильсон, д’Эникур, Эллис и еще несколько человек, посвященных в тайну сухопутных гусеничных крейсеров, с нетерпением ждали окончания постройки первого танка. У всех вертелись на уме одни и те же вопросы:

Будет ли машина, вообще говоря, ходить?

Сможет ли она преодолевать колючую проволоку, широкие окопы и высокие ступени?

Как она будет действовать своим оружием?

30 января Теннисон д’Эникур, возглавлявший Комитет по созданию сухопутных крейсеров, сообщил наконец Китченеру, что машина готова.

Первое официальное испытание танка было назначено на 2 февраля. С утра из Лондона в Хетфильд направилось десятка три автомобилей с представителями военного и морского министерств и верховного командования. Здесь были лорд Китченер, лорды адмиралтейства, Бальфур, Ллойд-Джордж, Робертсон — начальник штаба Хейга, Свинтон, Эллис и многие другие.