Выбрать главу

Сандерсон Айвен

Тайны 'снежного человека'

Сандерсон А.Т.

Тайны "снежного человека". ("Великие тайны").

Данная книга является хронологическим изложением всех достоверных фактов, собранных как из исторических преданий, так и из трудов современных ученых, по проблеме "снежного человека". Читателей ждет увлекательное путешествие по разным континентам, где когда-либо были обнаружены следы неизвестных существ.

Посвящается Бернару и Монике Хювельмансам

ПРЕДИСЛОВИЕ

В настоящее время в истории происходит неожиданный и знаменательный поворот. В далеком прошлом человек, предположительно, не обладал практически никакими знаниями, но затем в течение многих тысячелетий постепенно приобрел мудрость и невиданные познания об окружающем мире. Это произошло на заре так называемой эпохи просвещения. Но потом случилось нечто странное.

С одной стороны, наши познания мира, в котором мы живем, стали возрастать с невероятной скоростью, но, с другой стороны, еще больше вопросов, которые интересовали наших предшественников, были отброшены как интеллектуальный мусор на том основании, что они будто бы противоречат здравому смыслу. Разумеется, я имею в виду ту ситуацию, которая сложилась в так называемом "западном мире". Люди, которые живут на других континентах - то есть не в Европе и не в Северной Америке, - к тем же вопросам относились совершенно иначе. И вот теперь представители "западного мира" оказались в тупике.

Начиная примерно с 1920 года, как я подозреваю, началось глобальное, спонтанное, ничем не предвещаемое и, очевидно, беспричинное изменение общественного, а может быть, и научного мировоззрения. Людей вдруг стало интересовать буквально все: религия, наука, социальное устройство общества и даже история - по крайней мере, в объеме их знаний. Отдельные темы, о которых забыли или

АЙВЕН Т САНДЕРСОН

которые находились под запретом в течение одного, а то и двух столетий, внезапно стали вновь подниматься. Однако на начальном этапе это касалось прежде всего очевидных фактов и имело прагматическую природу. Революция идей началась только через 40 лет - в год написания этой книги. Одним из следствий этих двух перемен при "повороте" истории было то, о котором я упомянул в начале. Год за годом все новые и новые открытия уводили нас в глубь исторического прошлого. Фактически историческая наука внезапно начала бурное движение в обратном временном направлении. Возьмем такие простые вопросы, как появление первых металлических изделий, первых сельских поселений, первых письменных документов, первых произведений искусства, первых средств передвижения по воде, наконец, первого человека! Сорок лет назад у антропологов появилось предположение, что первый современный человек ступил на землю около 50 000 лет назад. В настоящее время этот временной рубеж отодвинут на двухмиллионную отметку.

К концу Первой мировой войны представители Запада, кажется, пришли к выводу, что если исключить отдельные детали, то картину мира можно считать завершенной. "Обезьяний" процесс был провозглашен победой научной мысли над традиционными верованиями. Библейские сказания о создании мира были объявлены аллегорическими, правильным считался научный подход. Каждый стал придерживаться какой-либо новой интеллектуальной утопии. Подвергались сомнению и выводы науки, и религиозные утверждения, но все осталось на своих местах: разумный компромисс сделал возможным достаточно разумное объяснение противоречий. Оба подхода оказались совершенно верными, дело было только в смысле, который скрывался в утверждениях. Нигде в Библии не утверждается, что Бог создал мир именно в пятницу в 4004 году до н. э., на чем настаивал епископ Ушер. И наука никогда

ТАЙНЫ СНЕЖНОГО ЧЕЛОВЕКА

не говорила о том, что он возник точно за 4, 004 миллиона лет до н. э. Оба эти утверждения были иносказательными. И, к сожалению, оба оказались чистейшим вымыслом. Продолжали происходить неприятные события, причем регулярно и постоянно. Появились факты, которые не укладывались ни в традиционные библейские схемы, ни в новые научные строго логические построения. Большинство этих фактов имело место еще с незапамятных времен, но о них забыли или старались забыть с момента создания и признания научной методологии. Они были объявлены "бабушкиными сказками", а потом, несмотря на признание их простыми людьми, подвергались чудовищной обструкции до тех пор, пока над ними не стал смеяться последний шалопай из сельской школы. К 1920 году дело было почти сделано. Но потом произошло нечто необъяснимое.

Люди вдруг вспомнили "бабушкины сказки" и начали писать о них. Эти сказания были колоритными, историческими, наконец, просто интересными. А когда этот литературный поток набрал настоящую силу, люди начали высказывать нечто вроде сомнений: "Это не так глупо, как ты думаешь. Моя бабушка ..." (и далее в том же духе).

Ободренные таким поворотом событий, все больше и больше людей пускаются на поиски старинных преданий: на собственных чердаках, в исторических обществах, в старых книгах, в классических произведениях и даже в Библии. И буквально за десяток лет появились люди, которые набрались смелости заявить, что не все старые факты были "бабушкиными сказками", что есть и новые факты, подтверждающие старые.

Таким образом, произошел самопроизвольный пересмотр некоторых исторических аспектов, и одним из примеров этого может служить предмет нашего исследования, который мы кратко назовем проблемой "снежного человека". На Западе это началось в 1920-1921 годы, когда был придуман довольно неудачный термин "снежный человек".

АЙВЕН Т САНДЕРСОН

ТАЙНЫ СНЕЖНОГО ЧЕЛОВЕКА

Он был встречен градом насмешек, и больше всех усердствовала в этом британская пресса.

Тем не менее проблема осталась и в течение 20-х и 30-х годов XX века все более подкреплялась свидетельствами (в данном случае они поступали из района Гималаев) альпинистов, военных, различных официальных представителей и даже ученых-путешественников. Отчеты продолжали поступать из этого района, и в каждом из них содержалась мысль о том, что казавшееся вначале довольно глупым предположение о существовании некоего существа в Центральной Азии, название которого ошибочно перевели как "снежный человек", в действительности содержит в себе рациональное зерно. Доказательства, приводимые в отчетах, были настолько неоспоримы, что за их опровержение были вынуждены взяться некоторые кабинетные ученые.

Однако они не только не преуспели в этом, но вызвали новый град насмешек и спекуляций в прессе и среди публики, поскольку их аргументы и попытки опровержения оставляли крайне жалкое впечатление. Главным результатом был новый поток сообщений, которые приходили от еще более уважаемых и ответственных официальных лиц.

Вплоть до Второй мировой войны данной проблемой занимались почти исключительно британцы, но сразу после окончания1 войны она приобрела интернациональный xapaiCrep. К е^ исследованию подключились представители Швеции, Японии, Аргентины, Австрии, СССР, Монголии, США, Новой Зеландии и даже Индии, а также представители Непала и Тибета. В результате этого появились еще более точные и категоричные сообщения о существовании подобных существ, причем в них говорилось не только о районе Гималаев. Но различные кабинетные ученые и другие "эксперты", которые ни разу в жизни не приближались к Гималаям на расстояние ближе восьми тысяч километров, продолжали насмехаться и пустословить.

кие существа не могли бы обитать в природе, говорили они, потому что это невозможно. Однако никаких аргументов при этом не приводили!

Однако потом ситуация коренным образом изменилась, а в США и СССР началось нечто вроде золотой лихорадки. Настоящие ученые стали прислушиваться к сообщениям, были организованы серьезные экспедиции, газеты, миллионеры и правительства разных стран начали выделять средства для проведения исследований, после чего стали поступать и конкретные доказательства. Во-первых, это были научные отчеты, затем слепки следов, образцы волос, результаты исследования экскрементов, фотографии логова и, наконец, даже фотографии и кинопленки с изображением неизвестных существ. Построившись в боевой порядок, эксперты теперь ведут борьбу не только против обычной публики, путешественников, официальных лиц, прессы и авторов научно-популярных книг во всем мире, они теперь должны были сражаться и с очень сильной оппозицией, сформировавшейся в их собственной среде. Оппозицию составила интернациональная группа выдающихся ученых, замечательных физических антропологов, которые занимали в науке более высокое положение, чем "критики", и чьи высказывания воспринимались с большим доверием.