— Нечего рассказывать, — отмахиваюсь, ухмыльнувшись, а в животе так и щекочет, как только вспоминаю вчерашнюю поездку, вчерашние будоражащие взгляды наглых серых глаз.
— Ну конечно... — заговорщически подмигивает подруга.
— Серьезно. Вчера же ливень был. Илья выезжал с парковки и заметил меня, — отвечаю с деланным равнодушием.
— Да-да. Как скажешь, Лина, — кивает она, многозначительно улыбаясь.
Но внезапно прячет улыбку, смотрит куда-то за наши с Викой спины.
— Так, погодите... — вся вытягивается, машинально приглаживает волосы.
— Что такое? — не выдерживает Вика, откладывает вилку. Я тоже напрягаюсь. Дергаюсь, собираясь обернуться.
— Нет! Только не смотрите туда! — Мила пресекает наш невольный порыв. Затем подается чуть ближе, в ее глазах пляшут искорки довольства. — Заявляю официально: с этой минуты мы — самые популярные девчонки во всем универе, — шепчет она на одном дыхании, а в следующую секунду соседний со мной стул со скипом отодвигается, и на него приземляется Зорин.
— Привет, можно к вам? — Илья одаривает нас ослепительной улыбкой.
— Конечно! — кокетливо отвечает Мила.
Вместе с Зориным к нам подсаживается Оскар. И еще двое парней. Не помню их имен, но они всегда возле Ильи трутся.
Атмосфера за нашим столом заметно оживляется. Завязывается непринужденная беседа. Ребята прикалываются и смеются. Вика с Милой пребывают в полном восторге. И только я в каком-то непонятном ступоре нахожусь. Мало мне рвущегося из груди сердца и дурацкой дрожи, которую одно только его присутствие вызывает, так Зорин еще и поближе придвигается. Продолжает свою пытку случайными касаниями. То ногой под столом заденет, то локтем зацепит. То кончиками пальцев по моей кисти проведет. Едва заметно для окружающих, но пробуждая сотни мелких, перехватывающих дыхание импульсов во мне.
Он издевается? Это какая-то изощренная игра? Бросаю на него настороженные взгляды, но Зорин выглядит расслабленным и привычно невозмутимым. Может, это он и правда случайно? За столом, действительно, немного тесно. Наверное, лишь я придаю значение этим его прикосновениям, а он их даже не замечает! И то, что наши бедра сейчас контактируют, тоже чистая случайность. Как и пресловутые бабочки, порхающие в эту минуту в моем животе.
— Ты какая-то напряженная, Лина, — чутко подмечает мой мучитель.
— Нет, все нормально. Задумалась просто, — отвечаю со всей непринужденностью, на которую способна.
— О чем? — не отстает Зорин.
— От математики отойти никак не можешь? — предполагает с сочувствием Вика.
— Да, наверное, — соглашаюсь с ее вариантом, тем более от истины она недалека. Белов сегодня заявил, что зачет мне не сдать.
— Лина — любимица препода. В кавычках, — спешит пояснить Мила.
— Кто у вас ведет? — интересуется один из парней.
— Белов, — за меня отвечает Илья.
Откуда он знает? Хотя мы на посвящении об этом говорили. Неужели запомнил?
— Да, он, — подтверждаю коротким кивком.
Ребята наперебой принимаются давать мне советы по правильной тактике поведения. Борис Семенович — местная легенда, гроза сессий. Он хорошо известен студентам своим суровым нравом. Но мне нестрашны его пророчества, в предмете я разбираюсь. Неприятно просто.
Вместе заканчиваем обед. Покидаем столовую тоже все вместе. По пути в левое крыло здания на последнюю на сегодня лекцию чуть отстаем с Зориным от группы, плетемся позади.
— Белову важно показать свою заинтересованность предметом, — деловито наставляет меня Илья. — Сам через это прошел.
— Как по мне, ему лучше вообще на глаза не попадаться. Сидеть тише воды, ниже травы, — тяжело вздыхаю.
— В корне неверный подход. Ты уже под его пристальным вниманием, сама видишь. Так прояви интерес. Вопросы задавай, на парах активничай.
— Ну да, — мрачно усмехаюсь. — Чтобы еще что-нибудь интересное о себе услышать?
— Я серьезно. Попробуй. Он консультации проводит раз в неделю. Тебе не помешает на них появляться. К любому можно найти подход, — произносит серьезно, а затем цепляет фирменную улыбочку. — Вот тебе мой ценный совет. Пользуйся. Пока бесплатно.