Отыскиваю своего куратора. Она выдает мне зачетку и распечатку с расписанием. Бегло ознакомившись с предстоящими на сегодня занятиями, спешу через весь корпус в левое крыло этого огромного здания.
Нужную аудиторию нахожу без труда, ступаю внутрь. Высоченные потолки, большущие окна. Места для размещения студентов амфитеатром возвышаются над преподавательским столом, за которым сейчас пусто. Значит, я вовремя.
Взволнованно осматриваюсь. Одногруппники в ожидании лекции переговариваются, наполняя пространство аудитории монотонным гулом. Медленно поднимаюсь по ступенькам, пытаясь сообразить, где же мне лучше расположиться.
— Привет, если хочешь, садись к нам, — обращается ко мне приятная рыжеволосая девушка из третьего ряда. — Я Вика.
Ее соседка, девчонка со смоляными, собранными в высокий хвост волосами поправляет на носу очки.
— Мила, — произносит она с улыбкой.
— Лина, — представляюсь я.
Опускаюсь на скамью рядом с ними. В этот момент в аудитории появляется мрачного вида преподаватель и призывает студентов к тишине. Шум сходит на нет, что позволяет мне уловить досадливый вздох Вики. Перевожу на девушку вопросительный взгляд.
— Попьет он нашей кровушки, — вздыхает она, кивая в сторону профессора.
— Старшая сестра Вики здесь учится, так что мы о многих преподах наслышаны. И о студентах тоже. Белову очень сложно сдать. Семь кругов ада пройти нужно, — шепотом поясняет Мила.
— Ясно, — отвечаю тихонько.
Открыв тетрадь, возвращаю все внимание к профессору. Трудностей я не боюсь. А к высоким требованиям учителей привыкла со времен гимназии. Думаю, каждый хочет получать от своего дела отдачу. Преподаватели не исключение. Бесспорно, подход у всех разный, но что поделать? Все же мы пришли сюда учиться.
Первая пара пролетает гладко и практически незаметно, за ней — следующая. Мы с девчонками держимся вместе, в перерывах болтаем и знакомимся ближе. Я окончательно расслабляюсь, радуясь, что в первый же день смогла обзавестись знакомыми.
Правда, не все знакомства оказались приятными...
Вновь вспоминается утренний инцидент. Будоражащий взгляд серых глаз, нахальная ухмылка... И почему не могу из головы его выкинуть? Типичный избалованный мажор. Никогда такие парни не вызывали во мне интереса. Только раздражение. Уж я на них в той гимназии для золотых деток, куда меня сослал отец, насмотрелась. Поэтому мне совершенно не понятно, почему я все еще размышляю о нем? Дикость какая-то.
Очередная лекция подходит к концу. Молодой преподаватель пускается в рассуждения на отвлеченные темы, очевидно, решив наладить контакт со студентами, а я, нырнув рукой в сумку, достаю свой скетчбук. Всегда ношу его с собой. Ведь заранее не угадаешь, где тебя настигнет вдохновение.
Я с детства неплохо рисую. Мама меня в художественную школу водила несколько лет. Когда ее не стало, я забросила занятия, но карандаш время от времени сам просится в руки. Портреты моя слабость. Лица людей такие разные, каждое по-своему уникально. Некоторые лица отпечатываются в моей памяти настолько хорошо, что я могу изобразить их черты на бумаге. Вот я и набрасываю иногда зарисовки особо интересных типажей. Или тех, кто вызвал эмоциональный отклик. Любой. Не обязательно положительный.
Отрешенно листаю скетчбук, рассматривая старые рисунки. Здесь есть и моя мама. Такая, какой я ее помню. И отец, и гадюка-мачеха. И печальная незнакомка, разговаривающая по телефону со слезами на глазах, встретившаяся мне однажды в парке. Первый учитель, лучшая школьная подруга, с которой наши пути уже разошлись, любимый актер и еще много разных портретов. Удачных и неудачных, похожих на оригинал и не очень, но однозначно оставивших отклик в душе.
И я беру карандаш.
Штрих за штрихом. Плавные линии, тени и полутени. Полное погружение.
Выразительные глаза, смотрящие так пронзительно, будто способны видеть насквозь. Аккуратный нос, волевой подбородок, четко очерченные полные губы. Густая копна темно-русых волос, лежащих небрежно, кажущихся нуждающимися в стрижке, но создающих на голове эдакий стильный беспорядок.
Всматриваюсь в пугающе реалистичный результат нахлынувшего вдохновения, точно под гипнозом. Надо же. Очень даже похоже получилось. Раздраженно фыркаю, рассердившись на себя саму. Давно ли меня стали привлекать смазливые нахалы?