- Не обращай внимания, – махнула рукой Ханна, усаживаясь за стол.
- Есть хочешь?
- Еще бы! И поболтать хочу, пока возможность есть.
- Совсем тебя благонравностью измучила?
- Не то слово! – пожаловалась компаньонка хозяйки, не сводя глаз с тарелки с большим куском мясного пирога, которую перед ней поставила кухарка. - Марджори, ты умеешь поднять настроение!
-А-то! – заговорщицки усмехнулась женщина. – Только скорее, сама знаешь.
- Ага! - только и смогла ответить с набитым ртом Ханна. Большая Мэри лучше выбросит еду, чем позволит объедаться служанкам.
- Кстати, тебя Лидия Марвел спрашивала! - спохватилась кухарка. - Дружба у вас что ли?
- Не смеши меня, какая дружба?! – чуть не подавилась Ханна. – Так, просьба у нее есть.
- М? – по лицу Марджори были заметно, как она заинтересовалась новостью.
- Даже не спрашивай! – подняла руку Ханна, пресекая возможные дальнейшие вопросы.
- Ну, как знаешь, – надулась собеседница.
- Не сердись, чуть позже, когда-нибудь расскажу, а пока мне еще жить охота.
- Тогда чего связалась?
- Я же добрая.
- К себе или другим?
- Намек поняла!
- Вот и хорошо.
Больше вопросов Марджори не задавала, и Ханна погрузилась в свои мысли:
«Что ни говори, но Марджори права, в любом случае, если отношения Лидии и Алена откроются, крайняя, как ни странно, буду я, хотя я там совсем ни при чем. Нужно поговорить с Лидией и покончить с перепиской».
Перекусив, поспешила к хозяйке.
Миссис Марвел находилась в хорошем расположении духа, потому после полудня отпустила компаньонку посетить репетицию церковного хора.
Мисс Марвел была уже там.
«Еще бы не пришла! – усмехнулась Ханна - Знает же, что письмо должно придти».
Не успела она встать в хор, как Лидия настойчиво стала протискиваться к ней, а вскоре стояла рядом.
«Вот что письмо от любимого творит. Гордые леди начинают носиться за служанками. Ох, то ли еще будет?»
- Получила письмо? – нетерпеливо спросила Лидия, даже не поздоровавшись.
- Да, оно в сумочке, позже отдам.
- Ну вот! – она скорчила разочарованную гримасу. – Не могла его из сумочки прихватить?
- Могла! А могла еще идти и размахивать письмом, чтобы все заметили, что мисс Марвел пришло долгожданное письмо.
- Какая ты злая!
- Зато осторожная, – огрызнулась Ханна. – Но если моя кандидатура тебя не устраивает, найди другого курьера, который будет подносить письма прямо к кровати.
- Не злись, я не подумала.
- Когда обижаешь, тоже не думаешь?
- Ненавижу тебя, Ханна! – выпалила Лидия.
- Зато Алена Уилсона любите! - они посмотрели друг на дружку, не произнеся больше ни слова. Лидии пришлось дождаться окончания репетиции, прежде чем получила долгожданное письмо.
Стоило Ханне протянуть руку, мисс Марвел вырвала его и, не поблагодарив, с нетерпением поспешила в укромное место, но, спохватившись, что ей еще предстоит передать ответ, на ходу крикнула:
- Ответ я тебе передам!
«Вот и вся благодарность, – вздохнула Ханна. – Однако ради возможности дерзить Лидии, можно еще побыть курьером».
Весь следующий день Ханна носилась по дому без передышки. Миссис Гриндл собиралась нанести визиты, потому тщательно и привередливо выбирали наряд. Пришлось перевернуть все шкафы, перемерить платья не по одному разу, пока хозяйка сделала окончательный выбор.
Потом Ханна долго и осторожно разглаживала платье и воланы, а затем ей предстояло помочь выбрать прическу и сотворить ее. Стоило компаньонке завершить укладывать волосы Кэтрин, как та выразила неудовлетворение и потребовала сотворить что-то более праздничное с ниспадающими локонами.
Ханна срочно бросилась греть щипцы, резать бумагу, доставать множество шпилек и заколок. Волосы у Кэтрин были густыми и длинными, поэтому укладывать их было весьма не просто. Больше четырех часов ушло на исполнение всех хозяйских прихотей.
Осмотрев свое отражение в зеркале, миссис Гриндл осталась довольной. Челка была уложена мелкими кудрями, а спину украшали длинные локоны. Когда хозяйка была полностью готова, Ханна вздохнула с облегчением. Еще полчаса, и она сможет присесть и передохнуть.
Когда же, наконец, супруги уехали, Ханна вздохнула с облегчением и направилась на кухню к Марджори. Что ни говори, там можно не только поболтать, но и перекусить. Зачем же отказываться от стольких удовольствий сразу?
Однако как только вошла в кухню, она сразу заметила, что кухарка не в духе.
- Марджори, что с тобой? Неужели и к тебе придрались? – осторожно спросила.
- Угу, - фыркнула она, угрюмо помешивая содержимое кастрюли.
- Ладно, не буду приставать с расспросами. Захочешь, расскажешь.
- Какая ты добрая, ну, надо же! – огрызнулась кухарка. Ханна с удивлением уставилась на нее. – Чего смотришь? Добрая нашлась! Вот потом и расхлебывай твою доброту, которая боком выходит.
- О чем ты?
- О письмах! Эта глупая Лидия - избалованная девчонка! Угораздило ее пристать ко мне на улице с просьбой передать тебе письмо. Как на грех, в окно за мной следила Мэри. Стоило мне войти, она набросилась с расспросами, что это за письмо? Я пыталась увильнуть, но она крепко наседала, тогда я сказала ей, что Лидия спрашивала тебя, так что тебе и предстоит объясняться с ней. А я ведь тебя предупреждала! – вздохнув, упрекнула Марджори.
- Это не касается Мэри, и нечего ей лезть.
- Ты это хозяевам скажи.
- Придется так и сказать.
- Ну-ну, а я посмотрю на тебя, как ты скажешь хозяину, что это не его дело!
Вечер был испорчен. Радости от появившегося свободного времени не осталось и, пока на кухню не пришла экономка, Ханна ускользнула в свою комнату.
Следующим утром, направлялась в спальню к хозяйке, она столкнулась в коридоре с мистером Гриндлом. Поздоровавшись, поспешила как можно скорее скрыться в спальне миссис Гриндл, однако не успела:
- Наслышан о вашей тайной переписке! – сходу начал он, преграждая Ханне спасительный путь.
- Что? – она попыталась изобразить удивление.
- Что слышали! Письмо мне на стол!
- Но оно не мое!
- Тогда почему у вас?
- Я лишь получаю и отправляю письма. Их содержание мне не известно.
- Отныне, мы будем знать об их содержании, – улыбнулся Айзек.
- Но они не адресованы нам!
- Но вы не их служанка, а моя!
На его замечание ответить Ханне было нечего.
После обеда письмо Лидии лежало на рабочем столе Айзека. Он осторожно коснулся его и брезгливо поморщился:
- Уверен, это любовное письмо.
- Почему вы так уверены?
- Женщина опрыскивает письма туалетной водой, разве это не знак?
Уголки его губ изогнулись в легкой усмешке. Ханна внутренне съежилась: изображать перед ним дурочку было сложно и бесполезно. Что попадалось мистеру Гриндлу в руки, уже было почти не вырвать. Осознав всю тщетность попыток, она перестала играть.
- Если вы откроете письмо, это заметят.
- Смотря, как открывать конверт! – рассмеялся Айзек. – Ханна, вы такая наивная! Вы что, раньше никогда не читали чужой переписки?
Она отрицательно покачала головой.
- Тогда учитесь!
Он взял острый серебряный нож для открытия корреспонденции и очень осторожно, тщательно выверяя каждое движение руки, стал оттягивать заклеенный угол конверта. Когда он не поддавался, мистер Гриндл аккуратно подрезал склеенную бумагу. Вскоре письмо было открыто, он достал исписанный лист и принялся читать. В комнате витал сильный запах духов.
Стоило приступить к чтению, как почти сразу же его серьезное лицо стало расплываться в широкой, самодовольной улыбке, а потом он засмеялся.
- Боже мой, я уже давно так не смеялся! Я знал, что Марвелы - люди не далекие, но что до такой степени? – объяснил, вытирая глаза красным большим кулаком и протягивая письмо. - Хотите прочесть?
Ханна с сомнением взяла исписанный лист и, поколебавшись мгновение, приступила к чтению.