— Прощай, я буду тебя вспоминать, — волшебница грустно улыбнулась, а потом шагнула вперед, обдав юношу волной столь хорошо знакомого и притягательного аромата, и поцеловала гонца в покрытую щетиной щеку. Прежде чем он успел что-то сообразить и ответить, Тайми резко развернулась и не оборачиваясь двинулась прочь. На этот раз Винстон не стал ее догонять.
Глава 9
— Ты куда собрался? — спросил Торстен и смычно зевнул.
— В столицу. Пойду разомну кости, — Кель поправил котарди[4], недавно пошитый им у столичного портного. К услугам этого пожилого ашиада брезговали прибегать аристократы, зато он был нарасхват у купцов, умелых ремесленников и вообще всех, кто знал цену деньгам. Тонкое сукно, покрашенное толи редким индиго, толи более доступным соком вайды, было насыщенного сине-фиолетового цвета. Справа на груди красовалась искусно вышитая эмблема гвардейцев Сплава — круг, где в вечной борьбе переплелись два цвета — черный и золотой.
— С каких пор это кость? — хохотнул норд. — Ты ведь опять в этот бордель?
— Если знаешь, зачем спрашиваешь? — улыбнулся Кель. — Айда лучше с нами. Ритал тоже идет. Керит не против, я и про тебя спросил, когда вольную выписывал.
— Так мы только позавчера там гуляли, я месячное жалование спустил. Хватит деньгами сорить, я лучше потренируюсь, — потянулся норд.
— Один раз живем, и только Великие Силы знают, сколько нам еще осталось портить своим присутствием этот мир. А тебе бы все тренироваться… Ежедневного утреннего кошмара мало что ли? Скоро и в постель в обнимку с мечом будешь ложиться, — лукаво улыбнулся Кель. — Хотя, спору нет, что касается мечтаний, то простору твоих фантазий позавидует любой… Нашел на кого заглядываться.
— Заткнись, сколько тебе раз повторять, что я императора разглядывал, а не ее! Слышишь, императора! Начальство, как ни как, его и положено глазами поедать. А вот ты, я смотрю, сердцем прикипел к этой своей ненормальной? Неужто тебя продажная девка охомутала? — не остался в долгу норд.
— Отвали. Еще неизвестно, кто более ненормален: она или весь этот проклятый мир. А насчет продажности — чем мы лучше? Продаем свою кровь и души, а она лишь тело, — недовольно встряхнул головой Кель — Ладно, до завтра.
— Тебя и на ночь отпустили? — удивился Тортен.
— А то. Керит мою выносливость знает, ему главное, чтобы к утренней пробежке я уже стоял в строю с радостной улыбкой, и не слишком сильно покачиваясь, — гвардеец хлопнул друга по спине и двинулся к выходу из казармы.
— Смотри, чтобы не как в прошлый раз, когда нам с Риталом пришлось подпирать тебя с двух сторон, а ты все пытался прикорнуть прямо перед строем, — крикнул ему вдогонку Торстен, но Кель лишь рассмеялся.
Возле распахнутых ворот лагеря в теньке устроился Ритал. Увидев друга, изуродованный гвардеец не спеша встал, поправил ножны и отряхнул одежду.
— Эх ты, страшила! Не бережешь казенное имущество! Ишь, прямо в пыли расселся, — не упустил случая подшутить пребывавший в отличном настроении Кель. Страшилой гвардейцы прозвали Ритала за изуродованное лицо. Сам он нисколько на это не обижался.
— И это ты мне говоришь? — рассмеялся неприятным каркающим смехом Ритал. — Напомнить, что стало с твоим шмотьем?
— Уел, старый пес, — улыбнулся Кель. История, о которой вспомнил ветеран, произошла всего пару недель назад. Любопытный гвардеец как-то бродил по территории лагеря и, увидев полуоткрытую дверь в дом, где жили маги, приписанные к Сплаву, не удержался, и решил наведаться в гости.
Оказавшись внутри, Кель услышал приглушенный плач и, не раздумывая ни секунды, толкнул дверь, из-за которой доносились всхлипывания. Первым, что гвардеец увидел внутри, была Тайми, стискивающая в маленьком кулачке цепочку с каким-то кулоном и рыдающая в подушку. Вторым оказался летящий ему в лицо огненный шар.
Амулет гвардейца спас не в меру любопытного солдата от серьезных ожогов, а вот одежда пострадала сильно. Кель перекатился, сбивая пламя, и опасаясь, что волшебница сейчас его добьет, быстро вскочил, сжимая обнаженный кинжал. Но на кровати уже сидела прежняя хладнокровная повелительница огня, смотревшая на гвардейца с презрением, лишь слегка разбавленным иронией. Если бы не влажные дорожки от слез, хорошо заметные на щеках Тайми, Кель бы решил, что ему все привиделось.
4
Мужское котарди — удлиненная куртка (обычно до колена) с застежками по центру переда и низко расположенным поясом.